В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска
Перекресток цивилизаций
Другие диалоги:

Современные вооруженные конфликты и их социоэкономические последствия

Версия для печати
Евгения Дейт-Бат
18 ноя 2014 года

Несмотря на растущую литературу о вооруженных конфликтах, существует на удивление мало глубоких и серьезных работ по этой теме. Исключением является анализ, сделанный Международной Организацией Труда (МОТ). Исследование показало, что занятость и качество рабочих мест, право на достойный труд может иметь реальное значение для постконфликтных преобразований и построения мира путем улучшения социально-экономических условий для пострадавших регионов и их жителей.

Это и не удивительно - люди, пострадавшие от вооруженных конфликтов ставят доступ к рабочим местам главным приоритетом для органов власти. Это хорошо показывают различные соцопросы. Работа имеет решающее значение для реинтеграции пострадавших от конфликта групп, таких как демобилизованные солдаты, беженцы, перемещенные лица, женщины, инвалиды, безработная молодежь.

Вооруженные конфликты по-прежнему представляют большую проблему для мирового сообщества. Борьбе с ними посвящен ряд резолюций ООН и решений других международных организаций. Генсеком ООН было сделано несколько докладов. В последнее время терроризм добавил новое измерение к уже и без того серьезной ситуации в мире.

Помимо своих ужасающих последствий, вооруженные конфликты усугубляют и другие глобальные проблемы, такие как достижение Целей развития тысячелетия, проблему занятости и бедности, социальной интеграции, гендерного равенства, прав трудящихся, ликвидации детского труда и ряда других.

Вооруженные конфликты крайне вредны для экономики, и оставляют глубокие шрамы на теле общества и простых людей. Важность постконфликтного восстановления была признана еще в 1919 году в Версальском договоре, когда международным сообществом было признано, что занятость и развитие экономики имеют решающее значение для построения устойчивого мира.


Изменившийся характер конфликтов – обострение проблемы гуманитарной безопасности.

Анализ современных вооруженных конфликтов, и их разнообразных последствий проливает свет на состояние гуманитарной безопасности. За последние несколько десятилетий произошли значительные изменения в природе и видах вооруженных конфликтов.

Отметим некоторые из них.

Большинство из конфликтов разворачиваются в пределах национальных границ. Почти 90 процентов вооруженных конфликтов, возникших в период между 1987 и 1997 были межгосударственными. Межгосударственные конфликты происходят и сейчас, например, война в Ираке. Однако в 2001году 15 самых кровавых конфликтов были внутригосударственными; 11 из них выплеснулись за пределы национальных границ, причем 11 оказались продолжительностью в восемь и более лет.

Современные конфликты неоднородны в плане причин, продолжительности, масштаба, числа пострадавших. Их осмысление – это важный шаг в поиске путей разрешения и послевоенного восстановления. Как писали Бердал и Мэлоун в своей работе по гражданским войнам, жадность, а не обиды – вот та искра и порох для возгорания многих из опаснейших современных конфликтов.

К примеру, недавно широко обсуждались, в том числе и в Совете Безопасности ООН, добыча алмазов, да и другие источники конфликтов. Но есть и другие факторы, более прозаичные, это высокий уровень безработицы, бедность и социальное расслоение.

Хотя эти факторы редко становятся прямой причиной вспышек насилия, они часто играют важную роль в его обострении. Многие развивающиеся страны, ставшие жертвой конфликтов в последние несколько десятилетий, имели слабые политические структуры. Это помешало им противостоять своему дроблению в результате войны.

Другие важные факторы, выявленные в литературе, включают в себя:

- этническую вражду,

- идеологические противоречия,

- политическую напряженность,

- религиозные различия,

- конкуренцию за скудные экономические ресурсы, неравенство, угнетение, авторитаризм и другие проблемы.

Кроме того, широко признано, что многие внутренние войны вызваны «мнимой или реальной дискриминацией меньшинств и борьбой за доступ к ресурсам, земле, образованию, рабочим местам, проблемами в здравоохранении или в отношении других жизненно важных потребностей», как говорится в документах МОТ.

Для современных конфликтов также характерна большая длительность. Многие из них длятся десятилетиями, как в Анголе, Колумбии, Гватемале, Мозамбике, Шри-Ланке, Судане - а многие из них это страны бедные.

Кроме того, ряд гражданских конфликтов, по всей видимости, не имеют четкой военной цели, и их трудно довести до конца военными или политическими средствами. Это связано, кроме прочего, с легкой доступностью оружия, территориальной раздробленностью, разрушенной инфраструктурой или элитой, заинтересованной в продолжении войны.

Еще одним важным различием между современными и традиционными конфликтами является изменения в участвующих в них слоях общества или группах населения.

В то время как традиционно бои ведутся между профессиональными армиями на полях сражений, современные конфликты привлекают более широкие слои населения. Правила поведения военных, такие как защита женщин, детей и гражданских лиц больше не соблюдаются, что оставляет неизгладимые последствия для всего общества.

Мало того, что воюющие стороны вовлекают в войну мирных жителей (в том числе детей), но они также прибегают к запугиванию, тактике «выжженной земли», замариванию гражданского населения голодом и уничтожению инфраструктуры, пыткам, массовым изнасилованиям, этническим и социальным чисткам и геноциду.

Процент пострадавших гражданских лиц в сегодняшних конфликтах, по оценкам, составляет 84 процента, по сравнению с 15 процентами в Первой Мировой и 65 процентами во время Второй Мировой войны (Ежегодник СИПРИ, 1999), а число беженцев ежегодно превышает 50 миллионов человек.

Существует большой разброс в интенсивности конфликтов, от «низкой интенсивности» до конфликтов между относительно большими и хорошо оснащенными армиями. Кроме того, широкое использование стрелкового оружия, противопехотных мин, отравляющих газов и кассетных бомб стало характерной чертой современных конфликтов, что создает серьезные риски для безопасности человека и социально-экономического развития.

По оценкам, в более чем 65 странах сегодня установлено более 110 миллионов противопехотных мин. Наиболее сильно заминированы такие страны как Афганистан, Ангола, Камбоджа, Мозамбик, Хорватия, Босния и Герцеговина.

Только в Анголе, на землях сельскохозяйственного назначения установлены более 20 миллионов мин. Их трудно обнаружить, поскольку они изготовлены из пластика и их расположение нигде не зафиксировано. Они калечат и убивают людей еще на протяжении длительного времени после официального прекращения военных действий и ограничивают использование сельскохозяйственных земель.

Вспышки насилия часто происходят уже после подписания формальных мирных соглашений и даже в период восстановления. Поэтому очень важно рассматривать мир так, как он есть - как динамичное, а не фиксированное состояние. Согласно некоторым исследованиям, «наследие насилия является самым надежный предсказателем того, что страна будет переживать насильственные конфликты и в будущем». (Collier, 2001).

Таким образом, возникает довольно мрачная картина происходящего. Увы, но вооруженные конфликты являются более распространенными, и, как правило, более длительными, чем нам бы этого хотелось. Потому так важно понять все их последствия - чтобы предотвратить их повторение или продолжение.


Последствия конфликтов.

Социальные, экономические, политические, экологические и, самое главное, гуманитарные последствия вооруженных конфликтов тесно взаимосвязаны. Страны, где происходили такие конфликты, направляют огромное количество ресурсов не на цели развития, а на ведение военных действий. Страны, раздираемые войной, часто оказываются в состоянии полного экономического, социального и политического распада.

Важно различать непосредственные гуманитарные последствия и более долгосрочные, отдаленные.

Непосредственные гуманитарные последствия наблюдаются на трех уровнях. На макроуровне, это снижение макроэкономических показателей. Далее вниз по мезоуровне– сокращение государственных ресурсов, поскольку налоговая база сокращается, и расходы на войну сокращают расходы в других сферах, особенно социальные инвестиции.

Наконец, на микроуровне, мобилизация, гибель и травмы, полученные на войне, прямо влияют на положение домохозяйств.

Есть другие, непрямые последствия, например, потеря доступа к образованию и здравоохранению.

К долгосрочным последствиям вооруженных конфликтов относятся ухудшение условий функционирования капитала и сокращение притока инвестиций. Приток национальных инвестиций особенно важен, поскольку он затрагивает теневую экономику - вероятно, самый большой потенциальный источник занятости. Капитал в данном случае – весьма широкое понятие, и включает инфраструктуру, производительные силы, человеческий капитал, социальные институты и культуру. При оценке ущерба от войны, необходимо также учитывать потерю возможной прибыли и непрямые военные расходы. Эти расходы различаются от страны к стране в зависимости от местных условий и характера конфликта.

В то время как конфликт в целом приносит человеку страдания и смерть, а также другие социально-экономические последствия, он также может иметь и некоторый позитив. К примеру, позитивные изменения в гендерном плане (когда женщины получают традиционно «мужские роли») или установление демократической власти. Кроме того, в ходе конфликта могут быть установлены демократические формы правления, позволяя слоям и группам населения, ранее исключенным из жизни общества, обрести свой голос.

Тем не менее, негативные аспекты, как правило, серьезно преобладают над положительными.

Для разработки послевоенных программ и достижения прочного мира, крайне важно понять реальные последствия конфликтов для пострадавших регионов. Хотя нет двух одинаковых конфликтов, во множестве случаев можно найти схожие черты.


Человеческий капитал и население.

Очевидно, наиболее значительным последствием войн и конфликтов является число людей, погибших в боевых действиях. Оценки человеческих потерь современных конфликтов сильно различаются. Например, Сивард (Sivard, 1987) подсчитал, что с 1700 по 1987 год в мире прошла 471 крупная война, большинство из которых возникло в ХХ веке, и они унесли жизни более 100 миллионов человек. Но есть и более трагичные оценки. Например, Руммель (Rummell,1997) подсчитал, что в период только между 1900 и 1989 погибло более 170 миллионов человек.

Здесь важно понимать, что на самом деле больше всего людей гибнет от голода, холода и болезней. Болезни и отсутствие медицинских услуг губят больше людей, чем боевые действия. Таким образом, наиболее тяжелых последствий конфликтов можно избежать, путем разработки и осуществления постконфликтных программ, позволяющих ослабить наиболее серьезные угрозы.

Хотя число людей, убитых в ходе конфликтов, само по себе ужасает, в настоящее время картина сдвигается в еще более худшую сторону, поскольку растут потери среди гражданского населения.

Например, Гольцман выяснил, что жертвы среди гражданского населения (в основном женщины и дети) после Первой Мировой войны увеличились в девять раз. По данным Международного Комитета Спасения, только после с 1998 года более 2,3 миллионов человек погибли от голода и недоедания, вызванных войной.

Кроме того, значительные слои населения получают тяжелые физические или психологические травмы – и таких людей огромное количество. Даже после окончания конфликтов, многие люди теряют жизнь или получают увечья, подрываясь на минах. В глобальном масштабе, по оценкам, ежемесячно получают тяжелые увечья или гибнут на минах более 2000 человек.

Помимо физических и душевных страданий, есть и другие серьезные гуманитарные последствия.

Прежде всего, конфликты приводят к утрате значительной части квалифицированных кадров и трудового потенциала вообще.

Например, в Камбодже среди 1,7 миллиона человек, погибших за 20 лет войн и репрессий в стране практически исчезли врачи, юристы и преподаватели. Некоторые слои общества могут быть целенаправленно уничтожены. Например, в 1994 году в Руанде было убито более 800 тысяч представителей национальности тутси.

Вследствие войны происходит массовое вынужденное переселение, которое приводит к демографическим сдвигам или скоплению беженцев в поселениях за рубежом. Миграция приводит и к «утечке мозгов», как тысячи специалистов уезжают в более спокойные страны.

В Восточном Тиморе, из-за боев беженцами стало более 75 процентов населения. В Демократической Республике Конго, из-за внутреннего конфликта появилось более двух миллионов беженцев, почти треть из которых сосредоточено в двух провинциях - Северная и Южная Киву. В целом по миру наибольшая часть беженцев (более 20 миллионов) бегут именно от войны, а не из-за ситуации в экономике. Из них – 5 миллионов из Африки, причем 80 процентов из них составляют женщины, дети и пожилые люди.

Конфликты также приводят к резкому снижению продолжительности жизни. Например, в Сьерра-Леоне она сейчас составляет всего 25,9 лет (Taylor, 2002). Когда конфликты заканчиваются, некоторые районы (часто городские центры) испытывают демографический рост. Эти демографические изменения имеют важные последствия для общества в целом. Например, женщинам, скорее всего, придется взять на себя больше ответственности за то, чтобы обеспечить элементарное выживание своих семей.

Кроме того, возникают новые социально незащищенные группы населения, в то время как положение тех, которые уже уязвимы, могут оказаться в еще более худшем положении. В Афганистане, например, по оценкам, из-за войны овдовело 1,5 миллиона женщин.

Еще одним часто наблюдающимся последствием войны является рост рождаемости. Возможное объяснение заключаются в том, что шансов на выживание у новорожденных становится меньше, а потому люди решаются на рождение большего числа детей. Это еще более увеличивает нагрузку на и без того скудные ресурсы страны, пережившей войну.

В результате войн и конфликтов происходят не только демографические изменения, ухудшаются навыки и квалификация рабочей силы. Эти последствия также еще долго сказываются после фактического завершения конфликта. Значительная потеря квалифицированной рабочей силы может помешать восстановлению и развитию экономики, особенно если не будут приняты такие меры как массовая подготовка и привлечение специалистов.

Во время конфликтов также деградирует и человеческий капитал, из-за резкого сокращения инвестиций в образование и профессиональную подготовку кадров. Школы, университеты и учебные центры могут быть разрушены или закрыты, тем самым ухудшая воссоздание человеческого капитала страны. В странах, где уровень школьного образования и без того невысок, конфликты еще более замедляют темпы воспроизводства человеческого капитала еще больше. Возникает порочный круг, поскольку отсутствие квалифицированной рабочей силы значительно затрудняет восстановление страны, и тех же учебных заведений.

Эти, а также многие другие, не рассмотренные здесь опустошительные последствия вооруженных конфликтов, требуют от нас расширения и укрепления социальной защиты. Эта проблема усугубляется частым крахом сетей соцзащиты.

При этом потребности населения выходят далеко за рамки одной лишь финансовой поддержки. Людям необходимо многое – адекватное питание и жилье, работа, образование и здравоохранение, тепло- и электроснабжение, уход за детьми и стариками. Все это говорит о том, что расширение социальной защиты и поддержки должны стать неотъемлемым элементом программ послевоенного восстановления.


Перевод А.Маклакова

Источник:http://www.ilo.org/global/publications/ilo-bookstore/order-online/books/WCMS_PUBL_9221138100_EN/lang--en/index.htm


Версия для печати
Рекомендуем к прочтению

«Земля. NET»

З 1 січня 2013 року в Україні відкриють для публічного доступу електронний Державний земельний кадастр. Старт віртуального кадастру вчора підтвердив під час презентації тестового режиму даної системи голова Державного агентства земельних ресурсів України (Держземагентство) Сергій Тимченко.

Читать далее

 

Материалы по теме
Зал периодики

"Укропы держатся пучком"

Россия собирает мощную группировку войск у границы с Украиной

Die Zeit: пустой взгляд на Восток

Вахтанг Кипиани: Крым как Абхазия. Между оккупацией и этноцидом

Война государства против граждан

In memoriam: Чему погибший Джон Нэш мог бы научить Украину

Олександр Турчинов: Ядерна загроза з боку Росії - реальність

Бернар-Анри Леви. Путин, Украина и исторический ревизионизм

Мінські домовленості. Три місяці — чи є результат?

Война-2015

Что Украина выиграет от сговора США, России и Германии

Ставки сделаны. Какое решение Россия и США приняли по Донбассу

Донбасс – что дальше?

В гостях у БИНТЕЛ — Майкл Блейзер

Как сорвать план Кремля в отношении Украины

От Большой Европы к Большой Азии? Китайско-российская Антанта

Доклад "Путин. Война": сотни погибших солдат и 3 трлн рублей из бюджета

Рада приняла новый закон о режиме военного положения

Джемі Шеа: НАТО вже стикається і з гібридними загрозами, і з російською пропагандою

Путин зря просит пощады, ни он, ни, к несчастью, Россия ее не получат

Евразийский союз - это тупик для всех его участников

Каждому свое. Чего хотят Запад и Восток Украины

Важко зменшувати безробіття, не знаючи його розмір

Нужна ли стране национальная идея

Порошенко-1 чи Ющенко-2? Чи повторить президент помилки 10-річної давнини

Геннадій Москаль: Росія ви́знає ЛНР та ДНР. Але не в цих “кордонах”

Саммит разочарования

Украина – слабое звено мировой политики

Шесть вариантов развития конфликта в Донбассе в 2015 году

Скандинавы готовятся дать отпор Москве

Куди ведуть усі Шовкові шляхи

Україну схиляють до капітуляції

Анатолій Гриценко: є кілька місяців, аби уникнути сценарію failed-state, коли Україна може зникнути

Удар по імунітету. Як Україна може юридично захистити себе від агресії РФ?

Сендвич в горле: почему уголь стал инструментом реванша в Украине

Економічні зв’язки з окупованим Донбасом: відрізати чи реінтегрувати?

Крупнейшая партия Европарламента готова воевать с Россией

Для чого нам декомунізація? Чотири уроки французького професора Мельника

Украинская карта в истории с С-300

Запад теряет военное лидерство? Обзор новой книги Марка Урбана

Какие новые черты Путина раскрыла «Прямая линия»

Лише подвійний дипломатичний удар Німеччини та Франції зміг дати шанс миру на Донбасі – французький дипломат

Минские соглашения: война на грани мира

Суміш примусу, зволікання та успішного досвіду сусідів

Кремль взял глобальный курс на разжигание региональных войн

ВОЛОНТЕРСКИЙ ДЕСАНТ В ФИСКАЛЬНОЙ СЛУЖБЕ

Сепаратисти на Донбасі скоюють воєнні злочини – «Міжнародна амністія»

Кваснєвський: ця війна, якщо станеться, буде страшною, в тому числі за кількістю жертв

Кто остановит Путина

Последние дни "ДНР" и "ЛНР"

 

page generation time:0,146