В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска
Перекресток цивилизаций
Другие диалоги:

Судьба Трансатлантического договора и будущее Европы

Версия для печати
Адам Бланден
19 июн 2015 года

Социальные сети и традиционные средства массовой информации, буквально гудят в последнее время об этом торговом соглашении. ТТИП может звучать как аббревиатура болезни на жаргоне врачей, но она стала популярной отнюдь не потому. Неуклюжий акроним расшифровывается как Трансатлантическое Торговое и Инвестиционное Партнерство, целью которого является углубление и расширение торговли между Европейским Союзом и Соединенными Штатами. Предлагаемый договор, теперь, похоже, проходит последний этап обсуждения, после года тайных переговоров между Европейским Союзом и Соединенными Штатами. В случае его заключения результатом будет новый раунд рыночных отношений - пусть и сформулированных корявым языком «нормативной стандартизации», которым европейские элиты, надеются восстановить былую гегемонию.

Оппозиция ТТИП возникла среди европейской общественности еще в марте 2014, когда произошла утечка информации. Общественность узнала, что не только планируется углубить существующие соглашения о свободной торговле между ЕС и США, но и открыть ранее защищенные отрасли экономики европейских стран (особую озабоченность в Великобритании вызывают планы в отношении Национальной службы здравоохранения). После этой утечки, Европейская комиссия, главный орган переговорщиков со стороны ЕС, раскрыла часть соглашения для «консультаций с общественностью», хотя, вероятно, лишь для того, чтобы ослабить критику с ее стороны.

ЕС и США после Второй мировой войны сформировали, пожалуй, наиболее тесные экономические отношения, и, безусловно, самый большой экономический регион. Тарифных барьеров в торговле, производстве и услугах сегодня практически не существует. Положение в финансовых операциях и рынках меняется, но вряд ли существенно. С точки зрения США, ТТИП это попытка изменить условия, на которых американские фирмы конкурируют с другими на развивающихся рынках. Хотя вряд ли удастся вернуться к экспортному буму первых послевоенных десятилетий, Запад может поддержать свою денежно-кредитную и финансовую гегемонию и оживить производственный сектор (американский экспорт снижается с конца 2014 года, отражая замедление экономического роста в США в целом).

Европейские политики, тем временем, пытаются вывести еврозону из кризиса. Углубление экономических связей с США обещает Европе расширить инвестиции со стороны американских фирм. Они надеются, что TTИП станет классическим неолиберальным дерегулированием, которое «как прилив, поднимает все лодки». Таким образом, гражданам просто не о чем будет беспокоиться.


TTИП и видение Европы

Официальная оппозиция TTИП в Европе слаба. Лейбористы выразили «обеспокоенность» по поводу «урегулирования споров между инвестором и государством», которые позволяют компаниям подавать в суд на государство. В Великобритании, по крайней мере, возникновение серьезной парламентской оппозиции этому соглашению представляется маловероятным.

Французы выступают против по другому поводу, дав понять, что они не поддерживают идею включения ISDSs (Investor-State Dispute Settlements), то есть органов разрешения споров между инвесторами и государством, в договор - возможно, потому, что из крупных европейских экономик Франция является одной из самых задолжавших. «Мы должны сохранить право государства устанавливать и применять свои собственные стандарты», сказал государственный секретарь по внешней торговле Франции, Маттиас Фекл.

Правда, в Германии поддержка договора не слишком сильна. Это слабое утешение: после псевдо-консультаций с общественностью Европейской Комиссии и Совета Министров, начнется сильное давление на парламент (который в любом случае имеет очень ограниченные полномочия), чтобы быстро принять соглашение. Скорее всего, политическая угроза соглашению может возникнуть только от народных референдумах – проводить которые никто и не предлагает.

Кто действительно нуждается в договоре, так это, прежде всего, элита ЕС. Независимо от того, согласятся ли государства-члены ЕС на создание механизма ISDS, чему, несмотря на позицию Франции, многие не слишком сильно противятся, этот договор вполне отражает суть стратегии Евросоюза. Бывший еврокомиссар по торговле Карел де Гюхт (несколько демонический представитель готовящейся сделки), был весьма нетерпелив, однако и его преемница Сесилия Мальмстрем мало чем от него отличается. Переговоры предусматривают дерегулирование, приватизацию и снижение налогов.

Надо отметить, что вся административная архитектура ЕС - с Комиссией во главе, была создана, чтобы исключить демократический контроль. Это имело самые опустошительные последствия в Греции и Италии, где никем не избираемые, технократические правительства правили долгие годы, и где чувствуется растущее презрение к европейской архитектуре власти.

В руководстве Европейского Союза вообще преобладают неолиберальные, рыночные представления о мировом порядке, и готовящийся договор содержит все антидемократические тенденции этих представлений. И это невзирая на то, что после начала кризиса в еврозоне, главные проблемы Евросоюза лишь немного притупились благодаря рыночным силам.

Поскольку руководство Евросоюза жестко централизовано в Брюсселе и Берлине, в нем нет места для мелких, задолжавших государств, и им не позволяют помочь своей экономике встать на ноги через программы макроэкономической автономии. Тем не менее, несмотря на этот «заколдованный мир» Евросоюза, его члены еще могут воображать, что они играют какую-то роль в нем, и в Евросоюзе у них есть некие освобождающие возможности.

«Торговля касается каждого европейца», заявил еврокомиссар де Гюхт, не замечая вопиющее противоречие: ни с одной европейской страной не проводились демократические консультации. Европейская Комиссия пренебрежительно отбросила все требования и инициативы европейских граждан, предложенных группами гражданского общества.


TTИП и слабые стороны Запада.

С 2008 года доллар претерпел настоящее осеннее оживление: единственная в мире сверхдержава оказалась единственным безопасным местом в период финансовых потрясений.

Тем не менее, трезвомыслящие наблюдатели (например, Барри Айхенгрин) ведут нервные разговоры о китайском юане, который со временем может вытеснить доллар в качестве мировой резервной валюты. Такие переходы редко проходят безболезненно. Поскольку многосторонние усилия по координации свободной торговли, такие как раунд переговоров в Дохе рушатся, а «G20» демонстрирует признаки самостоятельной жизни, США вынуждены прибегать к двусторонним или односторонним действиям. Сверхдержава в настоящее время вынуждена договариваться об условиях ее доминирования на нескольких фронтах. США должны и далее интегрировать другие региональные экономики, и эта тема становится все более актуальной. Поэтому идея ТТИП встречена с фанфарами, и часто упоминается в президентских посланиях Обамы.

Трансатлантический договор, как ожидается, поможет открыть новые области роста в объединяющихся экономических регионах - ЕС, США и их периферийных иждивенцах - и в то же время повысит их конкурентоспособность по отношению к развивающимся странам. Это трудная задача, если не сказать больше. Для создания долгосрочного роста в контексте снижения производительности труда, старения населения и долгого экономического застоя, нужно будет сделать куда больше, чем просто уничтожить систему социальной защиты и углубить проникновение финансовых сил (в соответствии с идеями неолиберализма).

TTИП, несомненно, еще более сблизит европейские рынки с американскими. Но есть надежда, что в долгосрочной перспективе это позволит создать новые рынки и позволит Европе и Америке получить конкурентные преимущества перед развивающимися регионами. И Обама, и Кэмерон сознательно представляют эту сделку как «двигатель роста» для экономики на основе инноваций.

Обама, в частности, явно в курсе того, что этот договор вовсе не о том, чтобы «оставить торговлю в покое», а всеобъемлющая стратегия. Ван Ромпей говорил о «посадке семян» для решения будущих задач. Вся эта риторика может показаться достаточно знакомой, но не может быть никакого сомнения в масштабе их намерений.

TTИП может опираться на неолиберальную модель дерегулирования, но он также намерен выйти за пределы этой модели. В самом деле, некоторые эксперты уже отмечают его связь с экспортной ориентацией программы «Европа 2020». После десятилетий неолиберальной распущенности, западные политические элиты понимают, - возможно, слишком поздно, - что внутреннее согласие при капитализме может быть достигнуто только через перераспределительные эффекты долгосрочного роста. Без роста этого вида, расширение финансовых рынков может только компенсировать снижение реальных доходов.

Угроза демократии, которую представляет ТТИП, и его вызов суверенитету национальных государств, продвигается Комиссией в качестве единственного средства укрепить систему управления в ЕС.

Цель состоит не только в дальнейшем дерегулировании и усилении влияния финансовых кругов в Европе, но и в углублении их проникновения в повседневную жизнь, чтобы сделать ЕС более конкурентоспособным и экспортоориентированным. Это позволит поставлять в развивающиеся регионы новые и передовые формы потребительских товаров, особенно в те регионы, над которыми Запад еще обладает технологическим превосходством. Эти процессы, конечно, пойдут на пользу развитым странам-экспортерам, таким как Германия, имеющим преимущество перед слаборазвитыми или периферийными экономиками.

Тем не менее, чтобы сделать это, европейские элиты и европейская общественность должны обратиться за помощью к своему давнему сопернику - к Соединенным Штатам. Большая открытость по отношению к доллару усиливает риск нестабильности Европы на финансовых рынках. Еще более раскрываясь перед США, ЕС, по существу, очень рискует. Хотя еврокомиссар де Гюхт настаивает, что ЕС является ровней США в экономическом плане, в геополитическом плане это, конечно, не так. Еврозона зависит от доллара, но евро все-таки играет подчиненную роль по отношению к США в мире свободно плавающего обменного курса. В то время как еврозона неустойчива и территориально фрагментирована, доллар остается самой мощной в мире валютой.

Несмотря, или, скорее, потому, что в основе валютного союза лежит неолиберальная логика, евро не обеспечивает достаточные основания для единства Евросоюза, чтобы он мог успешно конкурировать на мировом рынке. Идея аутсорсинга производства в более бедные страны ЕС и жилищного финансирования в его "ядре" была дискредитирована из-за суверенного долгового кризиса, и кризиса самого евро - оба из которых возникли именно от этих системных региональных различий. Перекачка средств из стран Северной Европы в бедные южные страны еще более усугубила проблему, когда в 2008 году иссякли потоки кредитов, потому и Трансатлантическое торговое соглашение с США, скорее всего, усугубит эти суровые реалии.


TTИП против "механизма рециклирования доходов".

Реальность мировой экономической власти в том, что она не может быть равномерно распределена между регионами. Для того чтобы элиты ЕС сохраняли свою гегемонию, они должны найти некоторую дополнительную, но подчиненную, роль по отношению к США, которые контролируют мировую систему. Повышение конкурентоспособности - вот суть договора, и ТТИП - это просто последнее из найденных решений.

Тем не менее, неравномерность развития Европы, расширение финансовых рынков и разделение стран Европы на успешные и неудачливые, будут препятствовать и в конечном итоге подорвут эти усилия по созданию экспортоориентированного, конкурентоспособного блока. Кроме того, гегемония доллара на финансовых рынках, которую элита ЕС должна будет поддерживать, будет еще более усугублять рост долга и внутреннюю неравномерность объединенной европейской экономики.

Каковы же тогда шансы готовящейся сделки? Внутри самого ЕС вряд ли возникнут серьезные проблемы, поскольку ЕС крайне недемократичен, и сделка вполне может пройти мимо множества министров финансов, которые окружают столы переговоров. Есть некая мрачная ирония в том, что более всего от нее выиграют США: если готовящаяся сделка даже и попадет в Конгресс, она будет принята в обеих палатах. Учитывая преимущества, которые она обещает США, ее промышленному и финансовому капиталу, возможности проявления недовольства незначительны.

Однако один из источников нестабильности остается открытым. Евро существенно уязвим к потрясениям, как это было и до кризиса. Несмотря на настроения европейских лидеров, еврозона не будет с удовольствием сбрасывать своих членов. Выборы в Греции в январе впервые привели к власти партию, выступающую против режима "жесткой экономии", а в Испании возникла новая левая партия, которая пошла по следам греческой СИРИЗА. Реструктуризация долга или выход Греции из еврозоны может серьезно затруднить принятие ТТИП. Кроме того, "механизм рециркуляции доходов», который направлял бы инвестиции от богатых стран к бедным, предложенный министром финансов Греции Янисом Варуфакисом, является прямым вызовом современной европейской модели. "Механизм рециркуляции профицита" предлагает, по крайней мере, в теории, средства для социального регулирования инвестиций и экономики, в отличие от углубления рыночных отношений, как предлагает ТТИП.

Какие конкретные формы может принять этот механизм в европейском контексте? Я.Варуфакис давно выступает за объединение положительных сторон финансового союза (в виде еврозоны и облигаций, выпущенных ЕЦБ) с запланированными инвестициями (при помощи ЕЦБ ) и европейского «Нового курса». Против ТТИП и политики жесткой экономии, которую Варуфакис называет претенциозной затеей Тройки, европейские левые выдвигают стратегию восстановления государственных инвестиций. Важно отметить, что это будет реформа общеевропейских государственных инвестиций, которые позволят уйти от нестабильности финансовых рынков и, как следствие, от политики жесткой экономии, которая обрушивает такие страны, как Греция, в штопор.

Пока суд да дело, Америка, тем временем, разочарована продолжением европейского кризиса, и все чаще обращает свое внимание на страны Тихого океана, хотя до конкретных договоренностей с ними еще очень далеко. Если принятие ТТИП замедлится, то у бедных и страдающих от кризиса стран южной Европы, похоже, появится шанс.


Перевод А.Маклакова.

Источник: www.newleftproject.org/

Версия для печати
Рекомендуем к прочтению

Испытание рутиной

Эйфория от институциональных прорывов в интеграционных процессах России, Белоруссии и Казахстана развеялась. Пришло время тщательной притирки друг к другу наших непохожих хозяйственных комплексов

Читать далее

 

Материалы по теме

 

page generation time:0,158