В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Стояти осторонь інтеграційних процесів, які сьогодні охоплюють всю планету, ще не вдалося жодній країні. Хочемо ми чи ні, але крім внутрішньополітичних ритмів, наше життя все більше підпорядковується глобалізованим ритмам, хвилям інтернаціоналізації та інтеграції.

Попри всю відірваність значної частнини української економіки від глобальних ринків та автаркічність економічної поведінки уряду й національного капіталу, Україна змушена більш активно шукати відповіді на виклики глобалізації (вступ до СОТ, доступ до міжнародних ринків капіталів), вирішувати дилему про те, кому врешті-решт „делегувати” частину економічного суверенітету - Росії з її проектом ЄЕП чи об`єднаній Європі, що розширюється, напрацьовувати національну модель співпраці та взаємодії з транснаціональним капіталом.

І уряд, і корпоративний сектор в Україні лише починають розуміти, що здатність синхронізувати себе з процесами, які пов’язані з глобальними та регіональними вимірами, вміння „вбудовувати” свої внутрішньополітичні плани та проекти в глобальні геостратегічні контексти визначає не лише конкурентоздатність економіки країни, але і створює умови для підтримання внутрішньополітичного консенсусу та збереження власної національної ідентичності.

Зазначені питання є актуальними сьогодні для України як ніколи. Адже ні держава, ні бізнес, ні українське суспільство ще не готові до того, щоб продемонструвати сеанс „одночасної гри” на майданчиках, на яких діють принципово різні правила: на традиційних театрах геополітичної гри, у багатовимірному простірі геоекономіки, у світі геокультури. Врешті, застарілі уявлення про національно-державну іділію в умовах кризи „міжнародного порядку” стають просто небезпечними, оскільки можуть призвести Україну до „шоку глобалізації”.

У той же час, навряд чи можна серйозно говорити про осмислену участь України в інтеграційних проектах (ЕС чи ЄЕП). Ні серед політичної еліти, ні в суспільстві в цілому досі немає відповіді на питання – а навіщо Україні взагалі входити в те чи інше інтеграційне об`єднання. Замість реального визначення у багатовимірному світі нових загроз та можливостей, Україна і далі блукає „у трьох соснах”:

  • І влада, і опозиція намагаються залучити зовнішньополітичних гравців на поле внутрішньополітичної конкуренції, нехтуючи при цьому національними інтересами і звужуючи „коридор можливостей” для країни в майбутньому;
  • Продовжується самовиснаження у боротьбі за східний та західний вектор економічної інтеграції, в той час коли обидва вектори є лише похідними від включення країни в процеси інтернаціоналізації та глобалізації;
  • Перехід від економічної автаркії, що була обумовлена специфікою первинного накопичення капіталу, до фронтальної інтернаціоналізації всіх сторін життєдіяльності держави, економіки, соціуму, наполегливо підмінюється вибором між „Сходом” та „Заходом”.

Нарешті, на 12 році незалежності, ні у держави, ні у політичних сил, що представлені у парламенті немає цілісної стратегії розвитку України у світі, стратегії яка б не тільки декларувала, але й пропонувала технології ухвалення та проведення послідовної та прогнозованої зовнішньої політики. Нажаль, з цих питань навіть відсутня змістовна та побудована на аргументах, а не на передвиборчих ідеологемах загальнонаціональна дискусія.

Ми переконані у тому, що тільки розгортання широкого громадського обговорення цих питань дозволить зробити крок до подолання морально застарілих підходів та уявлень про Світ та Україну, про Україну у Світі.

Запрошуючи наших читачів, авторів та експертів до нового діалогу, ми сподіваємося спільно знайти відповіді на питання, які пов’язані з перспективами участі України в процесах інтернаціоналізації, глобалізації та макрорегіональної інтеграції. Ми розраховуємо на діалог, в якому замість відтворення стереотипів, що пов`язані з ідеологією „фортеці, що в облозі”, розпочнеться обговорення глобальних проблем, які стоять сьогодні перед Україною, і визначатимуть наше майбутнє на найближчі десятиліття.

Свернуть

Стояти осторонь інтеграційних процесів, які сьогодні охоплюють всю планету, ще не вдалося жодній країні. Хочемо ми чи ні, але крім внутрішньополітичних ритмів, наше життя все більше підпорядковується глобалізованим ритмам, хвилям інтернаціоналізації та інтеграції. І від того, наскільки Україна зможе синхронізувати себе з процесами, які пов’язані з глобальними та регіональними вимірами, навчиться „вбудовувати” свої внутрішньополітичні плани та проекти в глобальні геостратегічні контексти залежатиме не лише конкурентоздатність економіки країни, але і умови для підтримання внутрішньополітичного консенсусу та збереження власної національної ідентичності.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Глобализация для Украины: проникающий нейтралитет и смена элит

Глобализация для Украины: проникающий нейтралитет и смена элит: Глобализация для Украины: проникающий нейтралитет и смена элит

Инна Богословская, президент фонда «Вече Украины», президент консалтинговой фирмы «Пруденс»

Глобализация не должна быть унификацией. Глобальная цивилизация будет хорошо выглядеть только в том случае, если она будет иметь вид разноцветного одеяла, а не «Черного квадрата» Малевича. Именно поэтому для нас сегодня главный вызов – хотим ли мы ассимилироваться без идентичности, которую мы так и не обрели, пытаясь обмануть историю, или все же сделаем попытку обрести свое национальное лицо.

Вначале давайте разберемся с терминами. Что значит для вас понятие глобализации?

Это, прежде всего, создание единых стандартов для всех участников международных отношений – в информации, в качестве товаров, в политике, стандартов общественной жизни... Точно так же как процесс любой стандартизации несет свои плюсы и минусы, глобализация несет свои плюсы и минусы.

В одном из своих интервью вы говорили о том, что Украина зажата крупными игроками, и нам необходим нейтралитет. Имена этих крупных игроков нам известны. ЕЭС, Россия с ее ЕЭПом, плюс США – везде и всюду. Что вы имели в виду под словом «нейтралитет»?

Реально современный нейтралитет не имеет ничего общего с тем нейтралитетом, который был в 18-м веке и в 19-м, потому что это был прежде всего нейтралитет военный. Сегодня нейтралитеты рассматриваются самые разные, и в современном понимании это отнюдь не изоляционизм. Это некое воздержание от присоединения к каким бы то ни было союзам. Это идея, с которой я выступаю, и к которой пытаюсь привлечь внимание, возникла еще в 1989 году, когда стало ясно, что Советский Союз распадется и появится новая страна на карте мира. Тогда стало очевидно, что мы вынуждены будем найти некую новую парадигму развития, пока мы не переживем период трансформации, – самый болезненный.

Поэтому необходим «проникающий нейтралитет». Это один из терминов, который используется и в мировой политологии. Это принцип состоит в том, что мы берем все, что нам выгодно из любых договоренностей. При этом мы не примыкаем ни к каким жестким союзам, чтобы не играть по чужим правилам.

В чем сейчас состоит характеристика всех новых союзов? Союз возникает как объединение нескольких сильных игроков, которые диктуют свои правила более слабым. На примере Евросоюза мы это хорошо видим. Есть матрица, некий набор стандартов и правил, которым тебя заставляют следовать, чтобы войти в это сообщество. Россия, пытаясь создать евразийский союз, диктует свои стандарты. Естественно, здесь сильный получает наибольшие привилегии. Слабый тоже получает определенные выгоды, но он вынужден играть по чужим правилам. Нам хорошо известно, что когда слабый игрок играет по правилам сильного, то по большому счету, он всегда проигрывает. Он может выиграть, лишь потеряв свою идентичность, ценой ее потери. Это тоже вариант, но пока мы не наблюдаем таких тенденций. При объединении все пытаются сохранить свою идентичность…

…И хотя бы часть суверенитета?

Да. Поэтому для нас сегодня очень важно определиться не куда мы хотим идти, а хотим ли мы получить свою собственную идентичность. Если Голландия, Дания, Чехия, Словакия – это те государства, которые уже были либо национальными государствами, либо входили в состав серьезного национального объединения, то Украина такой идентичности никогда не имела. Для нас сегодня главный вызов – хотим ли мы ассимилироваться без идентичности, которую мы так и не обрели, пытаясь обмануть историю, или все же сделаем попытку обрести свое национальное лицо. Пока что нас просто не знают, как девушку, которую на фотографии видели в Интернете.

Что делать в такой ситуации? Вокруг нас создается три лагеря, три мира. Первый – это Евросоюз. Второй – это евразийское пространство. Третий – это мусульманский мир. Есть еще несколько крупнейших игроков. Есть Китай. Есть Япония. Есть Соединенные Штаты Америки – единственная сверхдержава. Естественными и активными сторонниками интересов США в Европе являются Великобритания, Польша, частично – Голландия и Италия.

Происходит трансформация военно-политических союзов. НАТО трещит по швам, и в нынешнем виде лет через пять оно уже точно существовать не будет. Реально нет ни одного устоявшегося, «кристаллизованного» пространства. Все, что вокруг нас, находится в процессе трансформации. После войны в Ираке началась серьезная трансформация и мусульманского мира. План США в Ираке состоит во внесении светскости в весь мусульманский мир. Ирак покажет, возможно это или нет. Первый подобный эксперимент начался в Турции, хотя пока назвать его удачным сложно – страну лихорадит.

Япония, например, первая приняла идеологию либерализации рынка при наличии фундаментальных религиозных основ. Поэтому кризис, который ее настиг – это кризис ментальный. Это разрыв между принципами ведения бизнеса и вековыми традициями, начиная от семьи и кончая формами государственной власти. Я говорила со многими японцами, и убедилась, что пока что они не видят выхода. То же самое происходит и в мусульманском мире.

Итак, везде идут трансформации, но во всех этих трансформациях участвуют субъекты, которые имеют уже историческое лицо, самоидентичность. А мы появились как новое государство, которого никогда не было. Мы объявили о намерении интегрироваться в Европу в первую очередь для того, чтобы выйти из сферы евразийских, российских интересов. Это пока что лишь политическое решение. Но мы – единственная страна на всем этом пространстве, которая не имела своей идентичности.

Сейчас идет формирование новой карты мира. Наше государство на подъеме, оно ищет себя, оно в поиске. Поэтому если мы правильно вычленим векторы цивилизационного развития, то мы имеем огромный шанс стать реальными субъектами новых цивилизационных отношений.

Возможно ли это, учитывая нашу экономическую слабость?

Нам нужно время покоя. Нам нужно время, в котором мы не будем бежать за чьими-то стандартами, а постараемся поработать в поле национального эгоизма. Это не мое изобретение, этот термин придумал Игорь Дидковский. Если люди откликаются, на заявление «Украина – это я», то есть надежда, что произойдет и национальная идентификация. Мы пока сами не знаем, какие стандарты жизни нас устраивают. Те, кто был в Европе, знают, что трава там не зеленее. Если немного утрировать, то реально вокруг нас три «концентрационных лагеря», и мы имеем возможность на некоторое время стать территорией свободы.

Когда-то Украина уже была такой территорией. Историки говорят, что только треть казаков Запорожской Сечи были украинцами. Все остальные были русские, немцы, датчане, кто угодно. Сюда бежали те, кто не хотел жить по жестким стандартам. Не забывайте, что Запорожская Сечь существовала триста лет!

Нам необходим период, чтобы мы поняли, что мы такое и что из себя представляем, чего хотим. Евросоюз нас пока не хочет. Только в 2012 году мы сможем подать заявление. Если мы четко заявим, что мы хоти в Евросоюз, значит, мы должны играть по их правилам. А если мы переходим на их стандарты, то где наш ресурс развития? Ирландия сделала огромный рывок за счет того, что ввела минимальные налоги, сегодня страдает оттого, что Евросоюз требует от нее повышения налогов. Нам скорее нужно сыграть в игру Ирландии, игру Индии, игру Кипра.

Мы транзитное государство с колоссальным потенциалом. Все вокруг заинтересованы в том, чтобы транзитный узел находился в покое, в порядке, потому что рванет пару газопроводов – и пострадают все. Второй наш козырь – это оффшор. Нормальный, белый оффшор. В Украине должны быть очень низкие ставки налогов. Мы должны стать территорией свободы, территорией, на которой работать легко и просто. Если у наших соседей все отношения будут жестко зарегулированы, то мы тем самым получаем возможность скачка. Если же мы начинаем играть по тем же правилам, что и Европа, то прыгнуть нам уже не удастся – разрыв окажется непреодолимым. В чем тогда наша идентичность? В качестве кого нас примут за рубежом? Чехов принимают как чехов. Но уже поляки страдают оттого, что теряют свое лицо. Нам нужно еще посмотреть, что станется с польским опытом, потому что у нас с ними много общего.

В то же время нейтралитет – это временное явление, лет на 10–15. Мы говорим, что оставляем основным приоритетом евроинтеграцию, но никуда пока не вступаем. В Европе есть несколько стран, имеющих совершенно разный нейтралитет. Например, Швейцария, которая не была членом ни одного экономического или военно-политического союза и с огромным скрипом стала членом ООН. Есть Австрия, которая не входит в НАТО, но входит в Евросоюз. Есть Норвегия, есть Финляндия. У всех этих стран своя архитектура нейтралитета. Самое главное состоит в том, что все эти страны имеют собственные стандарты и правила, по которым они развиваются. Они лишь частично используют чужие стандарты, и только те, которые им выгодны. Мне кажется, что это единственно правильный путь для развития Украины.

Какова вовлеченность Украины в международную экономическую интеграцию?

Пока очень низкая. Большая страна с большим пластом проблем. Мы потеряли рынки государств, бывших членами Варшавского договора. Подобных проблем не было ни у одного государства. Даже Финляндия, которая была невероятно интегрирована в рынок СССР и стран соцлагеря после распада Союза потеряла многое, но ее потери были на уровне 30 % ВВП. Украина потеряла почти 60 %. Мы очень сильно пострадали, и только начали выздоравливать.

Кроме того, в мире есть только два субъекта, которые являются игроками в разделении труда и капитала. Это транснациональные компании и государства, разумеется, в том случае, если они берут на себя эту функцию. Например, и японское государство продвигает национальные интересы, и «Тойота», как ТНК. В Украине пока нет ни первого, ни второго субъекта. Только сейчас в Украине создана первая транснациональная компания, это ИСД, который соединился с «Дуферко». И то им «дали по рукам», не давая купить завод в Польше. Государство наше не умеет работать пока в этом поле. Оно еще очень молодое, не имеет навыков защиты национальных бизнес-интересов в мировом экономическом пространстве. Очень плохо, что мы в свое время не приняли закон, которым бы запретили старой партноменклатуре занимать государственные должности. Этим мы задержали процесс смены управленческих элит. Это – самое главное.

Из приятных неожиданностей есть то, что глобализация не смогла остановить процесс локализации. Стало понятно, что глобализация не должна быть унификацией. Глобальная цивилизация будет хорошо выглядеть только в том случае, если она будет иметь вид разноцветного одеяла, а не «Черного квадрата» Малевича.

Как антипод глобализации часто приводят термин «устойчивое развитие». Как вы к нему относитесь?

Я очень не люблю этот термин. Любое развитие неустойчиво. Если говорить «постоянное развитие», то тогда понятно. Мне кажется, что в ближайшие 50 лет в мире будет происходить процесс глобальной трансформации. В мире все трещит и трещать будет. И это очень хорошо, потому что именно в трещинах и разломах рождается новое качество. Рождается новое качество цивилизации, совершенно другие скорости развития, другие процессы. Появление такого фильма, как «Матрица» можно сравнить с изобретением Леонардо акваланга или вертолета. Он дает нам возможность заглянуть в будущее. Идет новый этап допуска человека к другим ноосферным полям знаний, информации. Вернадский должен стать просто культовой фигурой. Его открытие ноосферы должно стать азбукой для первых курсов институтов. Лобачевский, Вернадский, Блаватская – это наши люди. В этом смысле я расцениваю шансы Украины как очень высокие. Мы живем на разломе, как и все человечество в целом. И в этом разломе рождается новое качество. Только для того, чтобы это все реализовать, необходима смена элит.

Беседовал Андрей Маклаков

Версия для печати
Рекомендуем к прочтению

НАТО: ответ на кризис в Украине и безопасность в центральной и восточной Европе

Действия России в Украине вынудили наблюдателей и политиков по обе стороны Атлантики, включая членов Конгресса США, пересмотреть роль Соединенных Штатов и НАТО в укреплении европейской безопасности. Особую обеспокоенность в плане безопасности вызывает ситуация вокруг таких стран не-членов НАТО, как Молдова и Украина. Отражая взгляды США и их европейских союзников, генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен назвал военную агрессию России «самым серьезным кризисом в Европе после падения Берлинской стены», и заявил, что НАТО «больше не может вести дела с Россией, как раньше».

Этот отчет, подготовленный всего месяц назад Исследовательской службой Конгресса США, хорошо передает образ мысли и расхождения позиций среди американских законодателей в отношении НАТО и кризиса в Украине – с одной стороны, заявления о готовности защитить интересы членов альянса, а с другой – ссылки на пророссийское общественное мнение в ряде стран Запада.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Ернст Заграва, економіст-аналітик, автор книги "Глобалізація і нації"

Україні потрібно знайти новий, виключно свій шлях

Владимир Бревнов, экономист

Экспансия культуры – средство сохранения монополии в интегрированном мировом хозяйстве

Сергій Максименко, директор Інституту регіональних та євроінтеграційних досліджень „ЄвроРегіо Україна”

„Невизначеність з вибором напрямку інтеграції є вкрай загрозливою”

Ростислав Павленко, директор програм Школи політичної аналітики при НаУКМА

“Пропорційність інвестицій – одна з умов рівноправної інтеграції”

Сергій Телешун, доктор політичних наук, професор, завідуючий кафедрою політичної аналітики та прогнозування Національної Академії державного управління при Президентові України, голова Платформи «Діалог Євразії» в Україні

„Україна може стати ристалищем”

Антон Бутейко, екс-посол України у Сполучених Штатах, заступник голови Української народної партії

Новий ізоляціонізм

Владимир Дубровский, старший экономист центра «CASE-Украина», Киевская школа экономики, старший консультант.

Мы должны пробиваться на внешние рынки

Олег Зарубінський, народний депутат, перший заступник Голови Комітету з питань Європейської інтеграції

„Європейський Союз потрібен Україні значно більше, ніж Україна ЄС”

Илья Пономарев, директор Центра новых технологий ИПРОГ (Россия).

За глобализацию равных возможностей

Олександр Шморгун, канд. філос. наук, доцент, провідний науковий співробітник Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України, старший науковий співробітник Інституту європейських досліджень НАН України

На тлі фінансової кризи національні ринки будуть закриватися

Олексій Плотніков, доктор економічних наук, професор, завідувач відділу міжнародних валютно-фінансових відносин Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України

Вплив глобалізації на Україну швидше негативний

Евгений Минченко, генеральный директор аналитического агентства «Нью Имидж» (Москва)

С процессами интеграции нельзя торопиться

Володимир Сіденко, директор економічних програм Українського центру економічних і політичних досліджень ім. Олександра Разумкова

Україна задіяна в глобалізації асиметрично

Ярослав Жалило, кандидат экономических наук, первый заместитель директора НИСИ

„Діяльність транснаціональних компаній може реально пожвавити роботу нашої економіки”

Кагарлицкий Борис Юльевич, Директор Института проблем глобализации (Москва)

Нынешнему рыночному порядку будет положен конец

Валерій Новицький, заввідділом зовнішньоекономічних досліджень Інституту світової економіки і міжнародних відносин

„Україні було б корисніше бути автаркічною країною, ніж настільки безглуздо відкритою, як зараз”

Олександр Сушко, директор Центру миру, конверсії та зовнішньої політики України

„Рівень залученості України до глобальних процесів не відповідає її об’єктивному потенціалу”

Ігор Бураковський, Інститут економічних досліджень та політичних консультацій

Переваги потрібно реалізовувати в реальній конкурентній боротьбі

Тантели РАТУВУХЕРИ, кандидат политических наук, политолог

Суть глобализации в глобальном мышлении

Александр Литвиненко, заместитель директора Национального института стратегических исследований

Нас уже интегрируют, а куда - не спрашивают

Вадим Карасев, политолог, лидер партии «Единый центр»

Кто получит глобализационный дивиденд?

Александр Пасхавер, президент Центра экономического развития.

Борьба за статус

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,085