В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Платон сказал: «Идеи правят миром». Овладевая умами людей, идеи рождали цивилизации, возводили и разрушали великие империи. Прогресс (также как и реформы, и революции) возможен только тогда, когда люди верят в основополагающие принципы его осуществления. Таким образом, идеи являются основой любых преобразований в сообществе людей, и наше общество не является исключением.

Однако на сегодня можно констатировать, что не только в Украине, но и во всем мире наблюдается колоссальный кризис идей, вплоть до полного размывания и исчезновения идеологий.

Во многих странах мира коммунистические, социалистические и даже социал-демократические партии если и не погибли окончательно, то находятся в упадке. Даже в консервативной, свято хранящей традиции Англии наблюдается процесс деидеологизации старых партий и возникновения новых. Особенно заметен крах «старых левых».

В Украине отказались от социализма, но наши политические элиты не приняли и западный либерализм. За последние 10 лет, практически сошли со сцены СПУ, ПСПУ, ряд социал-демократических партий, Рух. Тогда как рождения и развития партий, которые отстаивали бы классические либеральные ценности, в Украине так и не состоялось. В тоже время, без идеологии любая партия превращается в комитет по решению каких-то вопросов, в лоббистскую контору, сознательно манипулируя страхами людей.

Политические идеологии становятся все более изменчивыми, они пишутся уже не на десятилетия, тем более, не на века, а «от выборов – к выборам». С одной стороны, это существенно подрывает доверие к таким идеологиям, а с другой, – позволяет силам, их представляющим, оперативно реагировать на требования времени.

Однако предлагаемые альтернативы едва ли могут заменить прежнюю политику с ее разделом на левых и правых. Как замечают эксперты, с упадком левых и правых возникает возможность полной утраты того, что нам было так хорошо знакомо раньше: ритм политики, ее связь с прошлым и будущим, четкий и ясный набор угроз и задач, стабильная активность избирателей и их политическая принадлежность. Это не только еще более усиливает разочарование в политике, но и усиливает впечатление бессилия правящей элиты, которая, похоже, занята только одним: защитой собственных материальных интересов.

Приходится констатировать, что в данный момент не наблюдается не только идеологического, но и такого политического проекта, который можно было бы назвать столь же привлекательным, и в тоже время осторожным, как проекты нации-государства, демократии, государства всеобщего благосостояния или европейской интеграции. Те же политические проекты, которые стремятся заполнить эту пустоту, ставят под угрозу демократию и целостность общества.

Хотя конец идеологий может показаться соблазнительным, без идей, без споров, политика загнивает, и избирателю уже нельзя сделать осознанного выбора. Более того, консенсус элит определяется такими вещами, которые негласно, но постоянно исключаются из общественного обсуждения, как то: причины бедности, власть большого бизнеса, выхолащивание демократии и т.д. Все это заменяют надуманными проблемами – языка, образования, федерализации…

«Диалог.UA» предлагает для обсуждения ряд весьма актуальных, на наш взгляд, вопросов: Насколько важна идеология сегодня? Если вот уже в который раз нам не предлагают на выборах идей (тем более, новых идей), значит ли это, что мы пришли к «концу идеологий» и миру без политики в традиционном ее понимании? Или это всего лишь затишье перед бурей, и нас ждет новый виток борьбы идей? А может, закат идеологий, так же, как и бурно обсуждаемый «упадок личности» и политических пристрастий, был объявлен преждевременно?

Свернуть

Платон сказал: «Идеи правят миром». Овладевая умами людей, идеи рождали цивилизации, возводили и разрушали великие империи. Прогресс (также как и реформы, и революции) возможен только тогда, когда люди верят в основополагающие принципы его осуществления. Таким образом, идеи являются основой любых преобразований в сообществе людей, и наше общество не является исключением.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Даже классические идеологические партии на выборах ведут себя как популисты

18 июн 2010 года

Во всем мире сейчас наблюдается кризис идеологии как кризис общества, как кризис модерна с его кризисом массовых партий. Если идеология уходит, то на ее смену должны прийти новые схемы/системы/инструменты управления обществом, каковы они?


Сегодня я бы не спешил говорить о тотальном кризисе, или окончательном закате так называемых классических идеологий. Хотя еще три-четыре года этот вопрос прозвучал бы даже банально. Почему? Потому что, мы действительно видели все признаки завершения эпохи модерна, кризис национального государства, упадок массовых партий и практически всех традиционных идеологических течений.

Казалось, что те процессы, которые начались в последней четверти ХХ века, изменят мир бесповоротно. Идеологическое противостояние, биполярный мир, контроверсия социализм - либеральное общество – все это осталось в прошлом. Словами Френсиса Фукуямы наступил «конец истории».

Либеральная демократия, капитализм и рынок одержали победу. Будучи в тридцатых годах прошлого века всего лишь одной из конкурирующих идеологий, наряду с коммунизмом, национал-социализмом, фашизмом и т.д. к концу ХХ века либеральная демократия превратилась практически в универсальную планетарную идеологию. На смену идеям классовой борьбы пришло бесклассовое, сетевое общество «равных возможностей», построенное на экономическом движке расширенного потребления. На смену теориям биполярного мира – глобализация, в основе которой либерализация торговых режимов, свободный переток финансовых ресурсов и делегирование суверенитета наднациональным институтам.

В центре общественных дискуссий оказались проблемы, скажем так не социально-классового, а скорее гражданско-правового характера, касающиеся, в основном, адаптации политико-правовых систем под интересы отдельных локализованных социальных групп. Эти группы зачастую идентифицировали себя не по признаку имущественного состояния, а, например, по гендерному, территориальному или локализованному частно-меркантильному. Широкое распространение получили синтетические идеологические проекты, где определенным образом переплетались и учитывались разные религиозные, ценностные установки различных социальных групп, которые возникли в постклассовом обществе. Зачастую, в таких синтетических «проектах» скрещивались даже ранее несовместимые идеологические течения. К примеру, так называемая идеология третьего пути, социал-либерализм или разные эко-течения.

Что касается новых элементов управления обществом здесь, наверное, уместно привести размышления известного французского политтехнолога Жака Сегела. Так вот, описывая универсальную эффективную избирательную технологию, он отмечал: голосуют за идею, а не за идеологию, голосуют за человека, а не за партию, голосуют за образ социальный, а не политический. Вот такой рецепт политического, почти маркетингового успеха в обществе «расширенного потребления». Здесь политик превращается в «продавца» социальной услуги гражданину, который ведет себя как потребитель и таким же образом мотивирован.

Конечно, нельзя сказать, что идеологическая борьба в конце ХХ – начале ХХI века исчезла в принципе. Она скорее переместилась из стран так называемого мирового ядра на периферию. Именно там, с точки зрения многих современных политологов, продолжилась идеологическая борьба реформаторов-демократов и «реакционеров», в роли которых зачастую выступали левые. При этом, исход такой борьбы опять-таки с общепринятой точки зрения был предрешен. Даже эти проявления идеологического противостояния в основном воспринималось как демократический транзит, постепенное смещение к действительно бесклассовому обществу и к завершению победы либеральной демократии.

Однако, в последние года 2-3 я бы не говорил столь однозначно о том, что классические идеологии не имеют будущего, и их время окончательно ушло. Связано это, в первую очередь с тем, что экономический кризис, который разразился именно в центре, в странах Запада, вновь поставил вопросы о справедливости распределения прибавочного продукта, об отношениях труда и капитала, о социальной справедливости. Вновь возвращаются те вопросы, которые были свойственны началу-середине 20 столетия.

Не удивительно, что сейчас мы видим, процесс постепенного возрождения классических идеологий. Мы видим левый ренессанс в Латинской Америке, усиление позиций левых в странах индустриального пояса в широком смысле и даже рост популярности классических идеологических доктрин в Европе.

Но речь идет не только о левых идеологиях. Идет активный ренессанс национализма. В связи с серьезными неудачами глобализации, с обострением вопросов межэтнических отношений, это характерно и для США, и для Западной Европы, и для постсоветских государств, для так называемого золотого миллиарда в целом. То есть в принципе говорить о том, что век классических идеологий завершен и что мы в дальнейшем будем иметь дело только с некоторыми синтетическими «проектами», с неким набором универсальных идей и принципов социальной организации, мне кажется несколько рановато.


Считается, что после распада СССР, в Украине началось активное формирование собственной государственной идеологии, так ли это? И почему мы до сих пор «бродим в трех соснах»? Почему не сработал не только «проект Украина», но и «Русский проект»?

С одной стороны, ответ на этот вопрос довольно сложный. С другой, достаточно простой. Если принять за основу определение идеологии как системы представлений о мире, ценностей и мотиваций, я бы не спешил оценивать те идеологические течения, которые возникли в Украине после обретения независимости в 1991 году, как целостные, государствообразующие идеологии. Почему? В первую очередь, потому, что системы идей, которую бы разделяло все украинское общество ни в первые годы независимости, ни сейчас, не предложено. То, что появилось в Украине после распада СССР — это скорее прото-идеологии, полу-мифы — полу-идейные построения, которые определенным образом пытаются ответить на вопрос об организации и развитии украинского общества и государства.

В этом ряду, мы можем говорить о классическом диаспорном мифе. Он появился в 1991 году, и здесь в Украине получил много носителей. Эта прото-идеология связана с определенным толкованием прошлого, с утверждением украинского языка, развитием украинской культуры, обретением государственности украинской нации. Но, он совершенно не отвечает на многие другие вопросы. Например, на вопросы об организации социально-экономической системы государства, о характере отношений различных социальных групп, о путях обеспечения справедливого перераспределения прибавочного продукта. Он не отвечает на вопрос о характере политической системы. Поэтому считать его универсальной идеологией, в данном случае, довольно проблематично.

Также можно сказать об определенно существовавшем в начале 90-х и до сих пор имеющем носителей, «реставрационном» мифе. В 90-е годы он был очень силен, сегодня, он определенным образом эволюционировал, но тоже существует. Это идейное построение отвечает на вопрос о том, как организовать и обеспечить социально-экономическое развитие государства, о том, как строить внешнюю политику, экономические связи. Имеется в виду расширение сотрудничества с Россией, со странами СНГ. Возрождение в том или ином виде, большого проекта, существовавшего в 20-м веке на этих территориях. Но он не отвечает на вопрос, какое место занимает украинская нация в этом проекте. Как она сможет развиваться, какой будет наша культура. И в этом смысле, он тоже не может считаться завершенной идеологической конструкцией тем более, претендующей на статус собственно государственной идеологии.

В определенные моменты, был шанс на появление некого идеологического концепта, который в той или иной мере мог быть поддержан всеми украинскими гражданами. Этот шанс возник в период с 1994 по 2004 год. В этот момент действительно мог появиться объединительный проект. Он мог быть в некотором смысле синтетичным, учитывающим и вопросы социально-культурного развития украинской нации и отвечал бы на вопросы социально-экономического развития, и места Украины в мире, ее задач, ее миссии, миссии украинской нации. Не случайно, именно в тот период и возникли дискуссии об украинской идентичности, национальной идее и так далее. В принципе, тогда появился шанс на государствообразующую идеологию. Но, в связи с определенными политическими событиями, появиться в жизнеспособном виде такая идеология не смогла.

Насколько вероятно появление государственной идеологии в ближайшее время, вопрос пока остается открытым. Во-первых, у нас до сих пор существует конкуренция идейных проектов 90-х. Она не завершена и определенным образом воспроизводится. На сегодняшний день она еще и усиливается влиянием кризиса. Потому что кризис заставляет сегодня опять искать новые ответы на вопросы, которые раньше казались очевидными. Например, вопрос построения рыночной экономики, либеральных ценностей, ориентиров во внешней политике, вопросы развития национально-культурной идентичности. Сегодня по всему этому спектру проблем идет активный поиск новых ответов. Возможно, в этом процессе и зародится прообраз новой объединительной, государственнической идеологии для Украины.


Возможно ли возникновение идеологически ориентированной партии в Украине? Почему да/нет? Или какие партии, такая и идеология? Как вы считаете, наличие качественной идеологии позволило бы современным украинским партиям стать «настоящими»?

Дело в том, что они существуют. У нас существует несколько идеологических партий и на правом и на левом фланге. У них есть определенная электоральная база, есть граждане Украины, которые стабильно за них голосуют. Но пока прироста поддержки у классических партий мы не наблюдаем. Наверное, здесь проблема в самих политических партийных организациях, которые зачастую догматичны и не способны к критическому осмыслению реальности. Для многих из них «золотой век» как бы уже был. То есть был исторический опыт воспроизводства подобных общественных систем, и в мире, и на территории Украины. И, скажем так, современные оценки этого опыта крайне противоречивы. Однако, нынешние партии продолжают часто апеллировать к этому опыту, а не предлагают гражданам новую картину будущего.

Каждому идеологическому проекту нужен свой «город солнца», своя утопия, обращенная в будущее. Так и возникает определенный политический парадокс — у идеологий шансы есть, а у ее политических носителей в их сегодняшнем состоянии, они невелики.

Кроме того, в процессе развития общества появились новые большие социальные группы. Например, по типу занятости — самозанятые, работники сферы интеллектуального производства, служащие офисов, менеджмент… Интересы этих групп партии-носители классических идеологий во многом не учитывают. Пока, классические правые и левые не могут предложить этим категориям граждан внятную картину будущего и их место в этом будущем. И поэтому, старые идеологические проекты, возможно, и дальше будут пользоваться популярностью у некоторой категории украинских граждан, но, в общем, стать в полном смысле массовыми они не смогут.

А проблема, почему в политическом центре не появляется новых идеологических проектов, заключается в том, что мы немного отстаем от всего мира. Мы как раз сейчас пришли к тому, что наша политическая элита стремится не предложить некий целостный концепт идейно-идеологический, а всякий раз предлагает набор идей, которые бы пользовались у граждан наибольшей поддержкой. Вот так, собственно, и возникают популистские партии, популистские идеологические проекты. Но идеологией это трудно назвать, это скорее стиль и метод работы с электоратом, стиль и метод мобилизации сторонников для победы на выборах.

Популистские проекты они, в общем-то, успешны, именно потому, что для среднего потребителя они предлагают довольно простой набор решений текущих проблем, которые перед каждым избирателем-потребителем стоят. Популистские проекты довольно универсальны и пользуются широкой общественной поддержкой. Именно поэтому, нередко, даже классические идеологические партии на выборах ведут себя как популисты.


Почему люди еще совсем недавно были готовы бороться за свободу зарабатывать, выезжать в другие страны и отказываются от свободы выражать свое мнение. Иными словами, почему они выбрали частные свободы, но отказались от общественных?

Это во многом обусловлено сегодняшним уровнем развития общества. Нельзя не признать, что бурное развитие информационных, коммуникационных технологий, автоматизация средств производства привели к постепенному отчуждению человека от процессов массового производства. Все больше людей начинают работать в обособленных секторах: финансовом секторе, сфере услуг, в сфере производства интеллектуального продукта, а это не требует организации больших коллективов. Это значит, что коммуникативные цепочки и связи, которые раньше существовали в сфере массового производства, в больших социальных группах, сегодня обрываются. Происходит определенная индивидуализация производства и обособление сознания. Поэтому гражданин чаще готов с упорством бороться за собственные права и пытаться отстаивать их на всех уровнях, чем защищать коллективный интерес. Для многих сегодня коллективного интереса не существует, или он вторичен.

Важно также учитывать тот факт, что глобализация по-новому открыла для человека мир. Очень многие искренне любят то место где родились, но, тем не менее, сейчас появилось достаточное количество граждан с космополитическими взглядами. Они пытаются перемещаться туда, где есть возможность работать, или есть та социально-экономическая, общественно-политическая система, которая, по их мнению, подходит их образу жизни.

На сегодняшний день это так. Но, повторюсь, вопрос в другом, как дальше будет развиваться мир. Неудачи глобализации, кризис модели финансового капитализма и общества потребления создают новые точки социальной, межэтнической, межгосударственной напряженности. Вполне возможно, что под влиянием кризиса, особенно если он будет приобретать более жесткие формы, углубляться разрушать систему, людям придется искать возможности для организации в новые большие социальные общности, большие социальные группы и тогда вновь возникнет необходимость в защите коллективных прав и свобод. Такой вариант развития ситуации полностью исключать не следует.

Беседовал Виктор Сизонтов

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

«Земля. NET»

З 1 січня 2013 року в Україні відкриють для публічного доступу електронний Державний земельний кадастр. Старт віртуального кадастру вчора підтвердив під час презентації тестового режиму даної системи голова Державного агентства земельних ресурсів України (Держземагентство) Сергій Тимченко.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Игнат Захарченко, сотрудник Института Политических и Этнонациональных Исследований, аспирант политических наук

Общество стало наименее гомогенным за всю свою историю

Густав Водичка, писатель, историк, общественный деятель

Украина находится в активном упадке

Кушниренко Владимир Александрович, кандидат политических наук

Для формирования идеологии время утеряно

Тимур Алексеєнко, науковий співробітник Vienna School of Governance

Кто такая идеология и к кому за ней обратиться

Віталій Кулік, директор Центру досліджень громадянського суспільства

Можно ожидать создания новых идеологических проектов, которые будут постепенно набирать обороты

Сергей Гмыря, кандидат исторических наук, член ЦК Коммунистической партии Украины.

Буржуазная политика в Украине больше заидеологизирована, чем даже в годы советской власти

Ігор Жданов, президент Аналітичного центру «Відкрита політика»

В умовах кризи партійні ідеології перетворилися на конкурси «Вступають всі», «Захищаємо усіх»

Владимир Фесенко, директор Центра прикладных политических исследований «Пента»

Криза ідеологічних трансформацій в Україні співпала з кризою трансформації суспільства

Олексій Гарань, доктор історичних наук, професор Києво-Могилянської Академії, науковий директор Школи Політичної Аналітики

У нас немає партій, які чітко представляють основні політичні ідеології, але це не означає, що у нас немає в цьому потреби

Виктория Подгорная, к.ф.н., директор Центра социально-политического проектирования

Без идеологии любая партия мертва, превращаясь в лоббистскую контору

Виктор Щербина, доктор социологических наук

Идеи были, есть и никуда не девались, нет идеологов

Кравчук Леонід Макарович, перший Президент України

Поділивши суспільство і країну на дві частини, не можна довго втримувати ситуацію стабільною

Олександр Шморгун, канд. філос. наук, доцент, провідний науковий співробітник Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України, старший науковий співробітник Інституту європейських досліджень НАН України

Ми стоїмо перед зародженням нових типів тоталітарної ідеології

Юрий Романенко, директор аналитического центра «Стратагема»

Должна родиться идеология новой жизни, иначе с отмиранием всего старого умрёт и общество как таковое

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,035