В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

В жизни страны 20 лет – период очень небольшой. Однако если в начале этого отрезка времени лежит точка отсчета, зафиксировавшая момент рождения нового государства, то 20 лет независимости Украины – это подходящий повод задуматься: откуда мы, собственно, вышли и куда пришли. А вместе с тем и определить – куда лежит наш путь, и вспомнить, таким ли он виделся нам в августе 1991 года? Что из утверждений, намерений и планов реализовано за это время, а что так и осталось благим намерением или оказалось мифом? А может, обилие мифов за прошедшие 20 лет и явилось результатом той апатии и безразличия, которые сейчас переживает украинское общество?

Мы намерены также обсудить вопрос, что было сделано результативно на политической карте Украины, а что до сих пор так и осталось нетронутым (система советов, местное самоуправление), что мы пытались развиваться, но пороху не хватило (демократия, гражданское общество, политические партии, политическая реформа, разделение властей…) и почему? Только ли отсутствие политической воли у власти этому причина, или есть на то объективные непреодолимые обстоятельства?

Спустя 20 лет после провозглашения независимости, Украина по-прежнему не дотягивает не только до уровня соседей, но и существенно растратила свой потенциал, который она имела накануне. Упрощение структуры производства, в том числе и экспорта, снижение уровня квалификации и производительности труда, галопирующее нарастание разрыва между богатыми и бедными… Итоги прошедших 20 лет нуждаются в осмыслении.

В тоже время, для граждан нашей страны эти двадцать лет не были потерянным временем – каждый достаточно активный человек открывал для себя новые возможности, чему-то учился, что-то строил, развивался сам, растил и воспитывал своих детей. Если мы будем оценивать прошедшие 20 лет сквозь призму человеческой жизни, мы вряд согласимся с тем, что они были потеряны для каждого из нас. Но стала ли наша страна за эти 20 лет реально свободной, конкурентоспособной и привлекательной, как для собственных граждан, так для иностранцев? Насколько за эти годы развивалось и укреплялось общество в целом и государство как концентрированное выражение этого общества?

Диапазон мнений и экспертных оценок прошедших двух десятилетий достаточно широк. От откровенного приговора – счет оставшегося стране времени идет на месяцы, ибо «время безвозвратно упущено и государство Украина пошло по пути самоуничтожения». До вполне конструктивных, хотя и неутешительных прогнозов – между декларацией реформ и их реализацией, дистанция огромных размеров. Ясно одно – даже самые позитивно настроенные эксперты признают, что результат 20 лет независимости Украины далек от идеала…

Двадцать лет оказались слишком коротким сроком даже для того, чтобы, отказавшись от старых ценностей, приобрести новые – в экономике, в политике, в общественной жизни и культуре. Почему так случилось? Ведь в мире известны примеры, когда за это время беднейшие страны достигали поразительных успехов? Хотя, нужно быть объективными, даже в куда более сильной ФРГ, спустя 20 лет после объединения, восточные земли так и не достигли уровня развития земель западных…

Сайт «Диалог.UA» предлагает также сравнить наш 20 летний путь с другими постсоветскими государствами, с государствами Центральной Европы. Для нас важно определить, действительно ли в украинском государстве, по-прежнему сохраняются демократические тренды и потенциалы, или же политические элиты склонны развернуть кампанию направленную на то, чтобы убедить своих граждан в том, что пора переходить к авторитаризму.

Будет также интересно узнать и то, как оценивают результаты прошедших 20 лет, не только наши, украинские, эксперты, но и зарубежные. Мы традиционно предлагаем вам «взгляд на Украину извне» в тех переводах, которые были подготовлены для этой темы.

Попытка дать оценку происходящему, саморефлексия, какой бы формальный повод для этого не представлялся – это всегда очень ценный анализ, как для государства, так и для общества. Ибо это позволяет определить достоинства и недостатки настоящего момента в развитии страны. Поэтому-то анализ сделанного страной за 20 лет независимости столь необходим для определения и планирования дальнейшего суверенного существования Украины.

Мы приглашаем к разговору всех наших экспертов, авторов, читателей. Присоединяйтесь, ведь впереди нас ожидает очень интересный и поучительный диалог.

Свернуть

В жизни страны 20 лет – период очень небольшой. Однако если в начале этого отрезка времени лежит точка отсчета, зафиксировавшая момент рождения нового государства, то 20 лет независимости Украины – это подходящий повод задуматься: откуда мы, собственно, вышли и куда пришли. А вместе с тем и определить – куда лежит наш путь, и вспомнить, таким ли он виделся нам в августе 1991 года? Что из утверждений, намерений и планов реализовано за это время, а что так и осталось благим намерением или оказалось мифом? А может, обилие мифов за прошедшие 20 лет и явилось результатом той апатии и безразличия, которые сейчас переживает украинское общество?

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

К авторитаризму Украину подтолкнул экономический кризис

25 фев 2011 года

Каковы итоги двадцатилетнего цикла развития независимой Украины? Какие достижения и упущения страны за последние 20 лет Вы считаете главными?

Прошедшие 20 лет независимости, которые Украина получила частично – случайно, а частично – в результате стечения целого ряда обстоятельств, вызванных горбачевской перестройкой, – это уже само по себе достижение.

С одной стороны, независимость Украины, как и других постсоветских стран, была закономерной. Попытка Горбачева демократизировать социализм была изначально обречена на провал, с точки зрения теории, которую окружение Горбачева не знало. Такого опыта на то время фактически не было, хотя нечто подобное наблюдалось в Чехословакии в 1968 году, и общие закономерности неизбежно привели бы к тем же результатам, к которым привела Горбачевская перестройка. Но дело в том, что этот процесс тогда был остановлен извне. Советский Союз остановить извне было некому. Проблема заключалась в том, что демократический социализм, который пытался строить Горбачев, – это круглый квадрат, такого не бывает.

Второе – это то, что все-таки, без вооруженных конфликтов и существенных политических потрясений были пройдены первые 19 лет независимости. Не было гражданской войны, как во многих постсоветских странах, у нас фактически не было и каких-то серьезных этнических или межнациональных конфликтов за все 20 лет. У нас не было и классовых конфликтов, несмотря на то, что у нас изменился общественный строй. Это также большое достижение. Потому что в первый-второй год независимости Украины даже оптимисты еще опасались, что это временно, на 5–10 лет. Сейчас, когда прошло 20 лет, я думаю, что это практически навсегда.

Главным недостатком всех 20 лет независимости было то, что Украина в своей трансформации пошла по пост-социалистическому пути. Не по пути Восточной Европы, где тоже были более мягкие, но все-таки социалистические режимы, – к правовым европейским государствам, хоть и тоже не без проблем и не без определенных потуг к авторитаризму, которые были и там. Она не пошла по восточноазиатскому пути трансформации Китая, Кореи и других азиатских тигров. Она пошла по латиноамериканскому пути. Этот путь отличается и от пути европейского, и от пути Восточной Азии, поскольку основан на построении экономики и общества с колоссальными различиями между олигархами- мультимиллионерами и основной массой населения. Этого нет ни в Восточной Европе, ни в Азии. Экономики той же Южной Кореи, того же Тайваня, пошли по пути капиталистической модернизации феодальных обществ. А социализм – это полуфеодальное общество. И у них развитие современной экономики было связано со становлением современного среднего класса, а не раннекапиталистического, который существовал в Европе и 200 и 150 и 100 лет назад.

Вот в этом и есть особенности независимого украинского развития, а раз нет нормального экономического прогресса и в социальной структуре присутствуют огромные различия между бедными и богатыми, Украина неизбежно будет скатываться к авторитаризму. Держать голодные массы без потрясений и погромов можно только с помощью полицейского государства. В чем и нуждается нынешняя власть для того, чтобы сохранить свои позиции.

Попытка после «оранжевой» революции демократизировать страну очень быстро захлебнулась, поскольку удержать с помощью демократических механизмов власть на демократических рельсах оказалось невозможно. И малейший экономический кризис толкал ее к авторитаризму. Причем это было независимо от того, кто бы победил на президентских выборах из тех двух кандидатов, которые вышли во второй тур. Формы могли различаться. Путь – нет.


Сохраняются ли в настоящее время угрозы суверенитету, независимости, целостности страны, национальной идентичности?

Какие бы ни были изначальные намерения руководства и народов постсоветских стран, 20 лет независимости показали, что процесс распада необратим. Никто объединяться с Россией не собирается. Никакого экономически нормального, а тем более политического союза, типа ЕС, на постсоветском пространстве быть не может в силу демографических и исторических обстоятельств. Потому что одни были правящим народом в империи, неважно, советской или досоветской, а другие – вассальными народами. Нельзя сказать, что Украина была колонией России или СССР, но все равно был один народ более «правильный» и другой более зависимый и более ущемляемый. Это была фактически вассальная территория.

Возврат к этому состоянию уже невозможен, независимо от того, кто придет к власти. Поэтому все крики, которые устраивают отдельные представители оппозиции о том, что смена власти в Киеве приведет к потере суверенитета и независимости – это бессмыслица. Практически никогда самостоятельные президенты, короли, цари, почувствовавшие вкус независимости, ни с кем не объединяются. Наоборот – бывает. И тенденции последних 200 лет в Европе свидетельствуют, скорее, о разъединении и о создании каких-то надгосударственных форм кооперации, но без исчезновения государств. Наоборот, возникают новые государства, которые практически не объединяются, по крайней мере, добровольно, без войны никто политически не объединяется.

Будет Украина вступать в будущем в союз с Москвой или с Брюсселем, или с кем-то еще через 10–20 лет, – это вопрос выбора и вопрос течения мировой истории. Но то, что Украина останется как независимое государство, неважно в рамках каких блоков, так это точно.

Сложнее с целостностью и национальной идентичностью. Дело в том, что современная Украина в ее нынешних границах, имеет очень сложную историю, и отдельные ее регионы имеют свои особенности.

В Украину входят территории от Львова до Сум на западе и востоке, и от границы Беларуси – до, фактически, Винницкой, Полтавской и Черкасской областей, где украинцы живут уже, как минимум, полторы тысячи лет, что показывает археология, независимо от того, в какой державе они живут. Здесь украинцы живут на свой земле, живут полтора тысячелетия, при разных режимах. И отношение к власти в этих регионах всегда было плохим потому, что у украинцев до независимости никогда не было украинской власти, – ими сначала правила датская династия, потом литовско-польская, потом российская. А поскольку власть не своя, то отношение к ней не может быть хорошим, независимо от того, эффективная она или нет. Эти традиции в крови.

Но есть другая Украина. Это юго-восток. Эти области были или диким полем, или населялись другими народами. Украинцы в этих местах начали селиться в последние 250 лет, а где и позже. Пришли туда украинцы под началом российского воеводы. Ни при поляках, ни при литовцах эта земля не принадлежала украинцам, и они там не жили. Поэтому для них российский воевода из Москвы или Петербурга никогда не был чужим. Он привел их на эти земли и помог поселиться, и управлял ими из Санкт-Петербурга. «Своей» для них была и советская власть, которая управляла этими территориями из Москвы. Естественно, эта часть Украины очень сильно русифицирована как по языку, так и по ментальности. И это различие не преодолеть ни за 20, ни за 50 лет – даже в рамках единой Украины оно ликвидировано не будет. Это надо учитывать всем при проведении социально-культурной политики. И на внешнюю, и на культурную политику эти регионы всегда будут реагировать по-разному, поэтому нужна дифференцированная политика для того, чтобы удерживать этих людей в рамках одного государства, и чтобы оба эти региона, независимо от того, кто при власти в Киеве, более-менее равно относились к этой власти.

Проблема целостности страны остается. И состоит она в том, что раскол страны по социо-культурным признакам усугубляется. А усугубляется он почему? Победа сил, которые поддерживал юго-восток, приводит к тому, что они пытаются насадить для всей страны свою ментальность. Победа сил, которые поддерживает центр и запад, приводят к тому, что они в другом регионе пытаются насадить свою ментальность. Это усугубляет раскол. Нужен поиск компромиссов. Национальных компромиссов, которые бы устраивали обе части Украины. Пока же частичная демократизация средств массовой информации и свободы собраний, которая произошла после «Оранжевой революции», усугубила раскол. Потому что люди стали открыто говорить, что они думают, и защищать свои позиции. И, наоборот, в свое время цензура ограничивала возможности и тех, и других отстаивать свою идентичность. Поэтому угрозы целостности страны, – хотя они и не такие острые, поскольку крайние регионы – Донбасс, с одной стороны и Западные области с другой, разделены центрально украинским «болотом», – но они все равно существуют.

Ну, и наконец, угроза национальной идентичности. Недавно кто-то сказал, что нельзя отдавать Министерство образования человеку, который не любит украинский язык, потому что под его руководством напишут учебники, которые изменят нацию. Сто лет назад так бы оно и было. Когда для малограмотного народа учебник был единственным источником информации. Сейчас, когда 90% школьников работает в Интернете, наличие казенного учебника может привести только к ненависти к учебникам, а не к массовому изменению сознания и зомбированию. Школьники многих регионов, которые не воспримут эту информацию, будут смеяться над учителями, которые это проповедуют, а свою позицию не изменят. Запреты уже не помогут, потому что есть источники информации, которые не могут быть контролируемы государством, если оно не станет полностью тоталитарным, как Беларусь или Китай, где и Интернет полностью контролируется государством. Да и эти государства, в принципе, не ставят перед собой задачи, в плане сохранения культурной идентичности. И Беларусь, и Китай делают это по политическим мотивам, а не по социо-культурным.

Поэтому проблема национальной идентичности у нас существует. Она не осмысленна до конца даже теоретически. Какую же идентичность мы будем строить? Возьмем, например, наиболее национально идентифицированную Западную Украину. Но и тут есть проблемы. Национально-сознательные лидеры пытаются возрождать национальную идентичность западных украинцев 20–30 годов прошлого столетия, а не строить новую, – национальную идентичность всей Украины. А все народы окрестные, как и на западе, так и на востоке от Львова уже переросли свою идентичность 20–30 годов, и сегодня по-другому ее осмысливают.


Что бы Вы еще отнесли к «проблемным зонам» Украины? Что необходимо делать, чтобы ликвидировать эти «проблемные зоны»?

Проблемные зоны везде. В общем-то, вся Украина – это проблемная зона, и не может быть по-другому. Поскольку мы вместе с некоторыми другими пост-социалистическими странами (но не со всеми) осуществляем тройной переход. Во-первых, от административной экономики – к рыночной. И этот переход можно осуществлять либо к современной рыночной экономике, либо к ранней рыночной экономике. Мы двинулись к ранней рыночной экономике.

Мы также осуществляем переход от социалистического тоталитаризма – к демократии. И, третье, – мы осуществляем переход от провинции к независимому государству. Все это осуществляется одновременно, поэтому за 20 лет, естественно, завершить все эти три перехода не удается. И проблемы есть, прежде всего, в первых двух процессах. Провинцией мы уже никогда не будем. А что касается первых двух системных переходов, то проблем много.

Самый главный недостаток, что именно на 20 году независимости проблем в плане демократического развития стало гораздо больше, чем было последние 10–15 лет. Но начались они раньше. Потому что не может быть демократии в неправовом государстве. И режим позднего Кучмы, и режим Ющенко, и нынешний режим в этом плане идет скорее путем регресса, чем прогресса. Я, в свое время, называл режим Ющенко таким, которого не существует нигде в мире – неправовой демократии. Неправовая демократия не может быть устойчивой. Она неизбежно скатывается к неправовому аторитаризму. Если законные процедуры не работают, то долго не может быть так, чтобы в стране не появился хозяин, чье слово становится законом. Потому что долго без закона народ жить не может. И в этом плане мы вступаем в период, когда можно с помощью чистого мошенничества менять Конституцию, менять и толковать законы. А самое главное, когда все законодательство от уголовного до экономического, – действует лишь для врагов. Враги не могут нарушать ни административные, ни экономические законы, установленные в государстве. Для своих же нарушение законов разрешается. И эта тенденция прогрессирует. Она была всегда в Украине за эти последние 20 лет.

В этих условиях, невозможно построить модернизированное, технически развитое социальное государство европейского образца. В Европе столетиями соблюдали плохие законы, поскольку не были написаны другие. У нас же не соблюдают ни плохих, ни хороших законов.

Причем, у нас до сих пор не поняли, что 90% законов в государстве пишутся для власти, а не для народа, как в демократическом государстве. Поскольку у власти всегда есть ресурсы и сила, то законы, Конституция и другие законодательные акты пишутся для власти: они должны ей диктовать, что власть может делать, а чего нет. У нас же считается, что законы писаны для простого народа, а для власти вообще законов не существует.

Сегодня бывшая власть обижается, – оказывается, ее можно «привлечь». Но дело в том, что как и в любом полуфеодальном государстве, предыдущая власть всегда ссылается на своих предшественников и на предыдущую власть: «Их же за это не сажали, то чего же нас сажают? Это политические преследования». Если бы всех сажали за эти же нарушения, – и тех, кто был при Кравчуке, и тех, кто был при Кучме, и при Ющенко, и тех, кто преступает закон при нынешнем президенте, тогда это действительно было бы восстановление законности. А пока складывается впечатление, что если бы вчерашние политические конкуренты не представляли угрозы для нынешней власти, их бы за экономические правонарушения никто бы не преследовал.


Как прошедшие 20 лет отразились на качестве жизни людей?

В Украине за времена независимости были разные периоды. Первые 8 лет – это была экономическая деградация, снижение уровня жизни у порядка 90% граждан. Потом началось постепенное повышение уровня жизни, оно продолжалось около 10 лет – до 2008 года. И качество жизни повышалось. Более того, в конце 2008 года и уровень, и качество жизни у 80% населения был существенно выше, чем на период распада Советского Союза. Хотя многие люди этого и не понимают. Они начинают сравнивать все статистически. Что вот колбаса стоила 2 рубля 20 копеек, авторучка – 30 копеек, и с этим сравнивают свои доходы –нынешние и прежние. Но дело в том, что колбаса действительно стоила 2,20, но на 80% территории СССР ее нельзя было купить и за 10 рублей, потому как она вообще отсутствовала. Автомобиль стоил столько-то, но для 90% населения он был недоступен, поскольку, даже имея деньги, человек купить его не мог.

В плане повышения покупательной способности граждан, особая ситуация сложилась в последние два года. Экономический кризис сильнее всего ударил по тем странам, которые быстрее всего развивались последние пять лет перед кризисом. Это касается не только Украины, это касается и Латвии, и Венгрии, и, особенно, Испании и Ирландии. Они в последние пять лет перед кризисом демонстрировали в два раза выше темпы роста, чем другие европейские страны. Потому и упали сильнее. Потому что весь этот вал был основан на надувании финансового пузыря, на раздаче кредитов и предприятиям, и гражданам без контроля над тем, вернут они эти кредиты или нет. В Украине этот пузырь надули два «великих реформатора» – руководители Нацбанка Украины 2004 года Сергей Тигипко и Арсений Яценюк, его первый зам. Это они разрешили в Украине выдавать кредиты в долларах и под более низкие проценты, чем гривни. Народ начал брать кредиты на машины, квартиры. А поскольку у банков не было столько долларов, чтобы раздавать их направо и налево, то банки еще набрали кредитов у западных банков. Население купило то, на что денег не было, и теперь ему нечем отдавать долги. А банки раздавали кредиты чужими деньгами и теперь нечем возвращать кредиты западным банкам.

Все подъемы Украины происходили за счет надувания мыльных пузырей, а не за счет естественного развития. Более того, сейчас государство не знает на чем новый мыльный пузырь надувать, для того чтобы стимулировать рост экономики. Ведь чтобы стимулировать рост экономики, нужно иметь потребителя, а потребителя нет. И все эти меры по закручиванию гаек в экономической сфере, по ограничению доходов, они никуда не ведут. Они дают возможность какое-то время продержаться. Но они не дают идей, как двигаться вперед. Потому что не появляется потребитель, следовательно, и дальше хиреет экономика.


Насколько свободным, амбициозным и пассионарным выросло поколение времен независимости?

Что касается нового поколения времен независимости, оно не выросло ни свободным, ни амбициозным, ни, тем более, пассионарным.

В студенческой среде количество личностей, которые бы высказывали мнение, противное преподавательскому, всегда было около 5%. По крайней мере, в гуманитарных вузах, а в технических – еще больше, поскольку там давали больше возможностей высказаться. Но в наше время на эту тему говорили только в общежитии и на кухнях. Как ни парадоксально, сейчас этот процент еще ниже. Сейчас зависимость от руководства настолько большая, что люди опять боятся высказывать свою точку зрения. Это не выгодно. Поставят тройку, – не заплатят стипендию. Поставят двойку – выгонят из вуза. Сейчас народ стал гораздо более циничным и прагматичным, а не свободным и амбициозным. Поэтому интересы выше, чем позиция. Молодежь гораздо больше готова поступаться принципами и служить начальству, чтобы делать карьеру, чем люди старшего и среднего поколения, у которых появились какие-то новые принципы или остались старые советские заблуждения, но они их отстаивают больше, чем молодежь.

Приспособленцы не могут быть пассионарными. Они могут быть активными, но лишь там, где это позволяет им лучше приспособиться и получить выгоду из ситуации. Это, разумеется, касается не всех, но абсолютного большинства молодых людей.

Уровень образования в высших учебных заведениях резко упал, и даже в элитных вузах, например, в Институте Международных отношений, где учится одна элита, он не дотягивает до того уровня, на который можно выйти, обучаясь за рубежом.

В 2011-м году, несмотря на сокращение бюджетного госзаказа на подготовку специалистов определенных специальностей, мест в вузах будет больше, чем выпускников. И конкуренция будет наблюдаться только за поступление на определенные бюджетные специальности в 40–50 наиболее престижных вузах Украины. Добиться повышения качества образования в таких условиях практически невозможно.

По большому счету, это говорит о том, что сегодня нет спроса на высококвалифицированных специалистов. Появись такой спрос, нашлись бы и вузы, чтобы его удовлетворить – рынок есть рынок. Но за год-два специалиста высочайшего уровня не подготовишь, поэтому поддерживать высокий уровень образования хотя бы в ведущих вузах страны, – это очень актуальная задача.


Где вы видите место Украины в следующем 20-летнем цикле? Какие ценности и приоритеты должны быть поставлены во главу угла?

В ближайшие 20 лет Украина будет оставаться там, где она находится сейчас. Страна за это время может сделать несколько шажков вперед или назад. Но, естественно, Украина не будет в Евросоюзе, если не произойдет чего-то чрезвычайного. ЕС – очень прагматичная структура, и дотировать такую огромную страну, подтягивая ее до своего уровня, – ей крайне не выгодно. Поэтому, пока Украина не превзойдет по уровню жизни хотя бы Польшу, в Евросоюз ее никто не примет.

Никогда Украина не войдет в экономический союз с Россией, что бы кто ни говорил. Россия может объединяться с Казахстаном, Азербайджаном, но никак не с Грузией и не с Украиной. У России и ее потенциальных партнеров чисто сырьевая экономика, причем их сырье – энергоносители, всегда будет пользоваться спросом. Это не металл, который можно купить в десятках стран на мировом рынке. У этих стран однотипные экономики. Поэтому и таможенные пошлины, и другие экономические соглашения, которые выгодны этим странам, не будут выгодны Украине. Будь на месте России, условно говоря, Франция или Германия – ситуация не изменилась бы. В этих условиях Украина еще долго будет балансировать между Западом и Востоком.

При этом, изменить структуру экономики настолько, чтобы стать привлекательнее для одного из направлений интеграции также не просто. 80% украинской экономики принадлежит так называемым олигархам. Их фамилии могут изменяться, но количество – вряд ли.

Средний и мелкий капитал также пока не могут потеснить олигархов –перераспределить рынки и денежные потоки в свою пользу, – крупный капитал имеет очень сильное влияние на законодательную власть. А защищать мелкий и средний бизнес в стране просто некому.

Частичные изменения в виде Зоны свободной торговли с ЕС могут несколько изменить ситуацию. Однако отсутствие прозрачных и постоянных правил на украинских рынках не сделает их привлекательнее для инвесторов. Крупный бизнес еще может претендовать на наиболее прибыльные сегменты украинской экономики, а вот для более мелких инвесторов украинские риски слишком велики.


Вы хотите, чтобы ваши дети и внуки жили в Украине?

Естественно, я хочу, чтобы и мои дети, и внуки, и правнуки жили в Украине. Но чтобы эта Украина была в составе Европейского Союза, чтобы, если им захочется поучиться или поработать в другой стране не нужно было спрашивать на это разрешения. Ни у кого.


Беседу вел Виктор Сизонтов

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Испытание рутиной

Эйфория от институциональных прорывов в интеграционных процессах России, Белоруссии и Казахстана развеялась. Пришло время тщательной притирки друг к другу наших непохожих хозяйственных комплексов

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Виктор Щербина, доктор социологических наук

Наступает время для возникновения новой утопии

Густав Водичка, писатель, историк, общественный деятель

Украинцам никто никогда не мешал жить, просто мы дураки

Ярослав Жалило, кандидат экономических наук, первый заместитель директора НИСИ

Те, що два десятиліття тому здавалося дивом, сьогодні – вчорашній день

Олег Верник, председатель Всеукраинского независимого профсоюза "Захист праці"

Система распределения ответственности (и безответственности) многих устраивает

Ігор Коліушко, експерт з публічного права, голова правління ГО "Центр політико-правових реформ"

Відсутність професійної і чесної влади – проблема всіх 20 років української незалежності.

Александр Майборода, доктор исторических наук, профессор

История нас учит, что она ничему не учит

Николай Ожеван, д.ф.н., профессор кафедры международной информации Института международных отношений Киевского национального университета Тараса Шевченко

Двадцать лет мы не производили почти ничего… кроме слов

Александр Стегний, доктор социологических наук, исполнительный директор Центра социальных и маркетинговых исследований «Социс», ведущий научный сотрудник Института социологии НАНУ

За эти двадцать лет мы научились жить в законах, которые сами же презираем и нарушаем

Сергей Згурец, эксперт Центра исследований армии, конверсии и разоружения

Формирование украинской государственности еще не завершено

Виктория Подгорная, к.ф.н., директор Центра социально-политического проектирования

Время безвозвратно упущено и государство Украина пошло по пути самоуничтожения

Владимир Золоторев, журналист

Государству Украина ничего не угрожает

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,148