В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Новый мировой экономический порядок

Крушение валютных систем, нехватка воды и еды, хроническая безработица, сокращение социальных гарантий и «темная сторона» Интернета — это главные риски десятилетия для мировой экономики, считают эксперты World Economic Forum.

Глобальная экономика опустилась до нулевого роста, ее экономические показатели сместились от повышения благосостояния к сокращению потребления. Долги растут, а меры экономии, призванные их сократить, неизбежно приводят к рецессии, из-за которой, опять же, растут долги…

Последствия не заставили себя ждать. Впервые за последние 200 лет появилось поколение людей, которые не уверены, что их дети будут жить лучше, чем они сами. О чем это говорит? Об исчезновении среднего класса? Об исчерпании ресурсов? Или об исчерпании того экономического порядка, который утвердился в мире в последние десятилетия?

Веками идея экономического прогресса связывала рост производительности труда с улучшением жизненных стандартов. Аксиомой считалась надежда, что бедные страны могут догнать промышленно развитые нации, что мир производства, торговли и финансов должен быть симметричным, позволяя всем странам проводить схожую политику, а не применять двойные стандарты для «своих» и «чужих».

Однако в последнее время сомнению подверглись не только экономические рычаги управления, но и религиозные, политические, экологические, энергетические, а также (меж-, над-, мульти-) национальные модели государственных образований. Мир «трещит по всем швам», разрушая выстроенные за предыдущие века устои.

Пожалуй, это одна из самых сложных тем, которые нам когда-либо приходилось обсуждать. Ее сложность заключается в том, что множество фиксаций следствий не позволяет сформулировать целостное понимание причин и перспектив того, что в последнее время все чаще называют «Новым мировым экономическим порядком». И на Востоке, ни на Западе мало кто имеет хоть какое-то представление о глубинных экономических переменах, происходящих в мире. И о том, как они отразятся на благосостоянии жителей планеты или международной стабильности.

По сути, нет даже идей, как справиться со всем валом проблем длящегося уже четвертый год экономического кризиса или нового мирового беспорядка… Что это – конец света, коллапс или возврат в новое средневековье?

Ясно лишь одно, и в этом едины все, – мир не становится ни более стабильным, ни более справедливым. В отличие от прошлых времен, нас ожидает переход к иному более сложному и многослойному порядку. Однако, ахиллесовой пятой большинства предложений о создании лучшего экономического порядка является неспособность государств справиться с проблемами, которые создают современные транснациональные и финансовые структуры.

Что в таких условиях может стать «двигателем» нового мирового экономического порядка и развития? Будет ли этот «двигатель» снова опираться на потребление, или же будет «взято за основу» что-то еще? Что именно?

При каких условиях возможно возобновление экономического роста в мировой экономике?

И, наконец, какие перспективы открываются перед Украиной? Какими будут ее роль и место в новом экономическом порядке?

Наших авторов, экспертов и читателей мы приглашаем обсудить на страницах «Диалог.UA» самые сложные аспекты перечисленных выше и многих других проблем, связанных с неминуемым приближением Нового экономического порядка в мире.

Свернуть

Пожалуй, это одна из самых сложных тем, которые нам когда-либо приходилось обсуждать. Ее сложность заключается в том, что множество фиксаций следствий не позволяет сформулировать целостное понимание причин и перспектив того, что в последнее время все чаще называют «Новым мировым экономическим порядком». И на Востоке, ни на Западе мало кто имеет хоть какое-то представление о глубинных экономических переменах, происходящих в мире. И о том, как они отразятся на благосостоянии жителей планеты или международной стабильности.

Ясно лишь одно, и в этом едины все, – мир не становится ни более стабильным, ни более справедливым. В отличие от прошлых времен, нас ожидает переход к иному более сложному и многослойному порядку. Однако, ахиллесовой пятой большинства предложений о создании лучшего экономического порядка является неспособность государств справиться с проблемами, которые создают современные транснациональные и финансовые структуры.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Новый мировой экономический порядок

14 мар 2012 года

Переживаемое сегодня миром положение вещей в экономике, заставляет многих задуматься – это кризис или коллапс сложившейся системы экономических отношений? Возможно, мы имеем дело с исчерпанием экономической модели или это очередной цикл, за которым последует подъем, на тех же основаниях? Ведь совсем недавно речь шла об устойчивом экономическом развитии, а сейчас нет ни устойчивости, ни развития. Будет ли найден выход, какой ценой и где могут возникнуть новые точки экономического роста?

Для начала, определимся, это все-таки не коллапс, а кризис. Но не совсем обычный – так как часть системы экономических отношений уже не работает: это касается и финансирования государственных расходов, и развития рынков капитала, и структуры потребления, и снижения эффекта от инноваций. Главная особенность этого кризиса в том, что недавнее потребление (государства, корпораций, людей) основывалось на устойчивом и высоком росте, которое должно будет продолжаться, причем долго и у всех. Но оказалось, что основные драйверы экономического роста исчерпали себя. Таким образом, нынешний кризис – системный.

Однако выход, безусловно, будет найден – но только после того, как пройдут два процесса. Во-первых, должна произойти смена приоритетов – у государств, компаний, людей – и, соответственно, изменены объемы и структуры затрат. Включение режима экономии, но осмысленной (на то, что содействует развитию, расходы могут и увеличиваться). Во-вторых, необходимо активизировать новые драйверы роста. Это могут быть и новые технологические процессы, и новые товары и услуги, и новые рынки. Правда, пока совсем неясно, где и как возникнут новые точки роста.

Скорее всего, на стыке реализации «эффекта замещения» (покупают что-либо новое вместо обычного товара или услуги) и «эффекта дохода» (покупают меньше или дешевле). Здесь возможно включение новых инноваций, для предложения более дешевых, но не менее эффективных, товаров и услуг, либо вовсе новых товаров-заменителей. И, вполне вероятно, рост сохранится на рынках с малой эластичностью спроса (еда, сырье).

Рынки, на которых будет возникать такое предложение, станут геоэкономическими точками роста. Для запуска таких рынков, впрочем, потребуется дополнительная миграция капитала, в том числе, за счет все еще высокой доли спекулятивных операций, но для того, чтобы это произошло, потребуется еще один финансовый шок (а то и два).


А что могло бы послужить двигателем нового мирового экономического порядка и развития? И будет ли этот двигатель опираться на потребление, или же будет «взято за основу» что-то еще? Что, например?

Экономика – производство, инвестирование, торговля – всегда ориентированы на спрос, а, значит, на потребление. Докризисные модели потребления – излишнего, в кредит, ненужного и тому подобного – дали сбой. Следовательно, необходимо дождаться, пока будут выстроены новые модели потребления и, соответственно, спроса. Это «подтянет» за собой торговые потоки, финансирование торговли и производства и, наконец, финансирование собственного потребления. Большинство ведущих компаний мира сейчас признают, что рост потребления возможен в ближайшие несколько лет только за счет развивающихся рынков (что подтверждает, например, исследование начала 2012 года от Accenture). Вместе с тем, также в качестве драйверов роста потребления рассматриваются и большие «старые» рынки, включая США или Японию.

Из-за кризиса финансовый пузырь сжался, но основная масса денег не исчезла. Обладатели капиталов в мировом масштабе ищут деньгам применение, но пока нет четких сигналов касательно новых, посткризисных моделей спроса, долгосрочные вложения ограничены. При этом, напротив, активны спекулятивные перетоки капитала в различные виды активов – государственные ценные бумаги, золото, нефть, биржевые пищевые товары, валютные спекулятивные контракты. Это, кстати, и накачивает спекулятивный гнойник, который неминуемо приводит ко второй волне кризиса.

Как события пойдут дальше, все еще неясно – либо гнойник постепенно рассосется (перевод капитала из спекулятивных вложений в те части реального сектора, которые будут ориентированы на новые модели спроса), либо его прорвет (резкий обвал спекулятивных конструкций). Наиболее вероятен первый вариант, поскольку ключевые мировые стейкхолдеры четко представляют, сколь далеко зашел мировой системный кризис, и активно разрабатывают новые модели для посткризисной мировой экономики (например, саммит 2012-го в Давосе). В то же время, резкий обвал несет в себе риски потери контроля над процессами, а это может привести к потере глобальных позиций.


В таком случае, при каких условиях возможно возобновление экономического роста в мировой экономике?

Рост в мировой экономике никуда не исчез, он продолжается, хотя его темпы и стали меньше. Есть проблемные точки. Другое дело, что на таких проблемных точках, вроде Еврозоны, завязана мировая экономика. А экономика нынешних драйверов роста, например, стран Восточной Азии, по-прежнему во многом носит вспомогательный, комплиментарный характер по отношению к ключевым экономикам мира.

Поэтому в целом в мире экономический рост есть и он продолжится. Так, согласно январским (2012) прогнозам Мирового банка, экономический рост в мире в 2012 составит 2,5%, при том, что рост в развивающихся странах прогнозируется на уровне 5,4%, а вот спад в Зоне евро – до -0,3%. Характерно, что в начале 2012 года Мировой банк существенно понизил свои прогнозы по сравнению с июньскими (2011-го). Однако в целом в мире экономический рост продолжается – ведь Западная Европа еще далеко не весь мир, это только 20% мирового ВВП, причем доля эта постоянно сокращается.

Развивающиеся экономики уверенно теснят «старые» развитые. К примеру, по итогам 2011 года, согласно исследованию CEBR (The Centre for Economics and Business Research), основанному на данных МВФ, экономика Бразилии по объему превзошла экономику Великобритании, став 6-ой, а экономика Россия переместилась с 11-го на 9-е место, обойдя Канаду (и Индию). Причем, это данные по номинальному ВВП, а с учетом валютного паритета покупательной способности (ППП) доля развивающихся экономик растет еще быстрее.

Точки экономического роста смещаются по линиям Запад – Восток и Север – Юг. Это также и означает, что меняется палитра спроса в мировой экономике в целом, а значит, и отраслевая структура предложения. Перенос центров экономического веса в развивающиеся экономики требует большего предложения инвестиционных товаров, а также и многих товаров потребления, от базовых пищевых продуктов до товаров класса люкс (например, в Китае сильно растет спрос и на зерновые, и на «оригинальные» iPhones).


Сохранятся ли сложившиеся на сегодня принципы разделения труда и типы занятости? Будет ли и дальше происходить специализация регионов, в зависимости от ресурсов, будет ли она углубляться? Или произойдет разрыв сложившейся промышленно-инвестиционной кооперации?

Безусловно, экономическое развитие мировых регионов будет происходить на базе своих конкурентных преимуществ. При этом борьба за ресурсы будет только обострятся. И сейчас она часто принимает видимые конфликтные формы – столкновение с Ираном в Персидском заливе, сепаратизм в Африке (Судан, Сомали и другие), множество прочих конфликтов.

Вместе с тем, новый передел мира не означает в итоге замкнутости «в себе» ключевых игроков. Дело, скорее, в стремлении нарастить – пользуясь глобальным кризисом – свой экономический вес. В таком направлении сейчас активно действуют и все страны БРИК, и еще десятка два основных развивающихся экономик. Однако все они заинтересованы в развитии глобальных экономических связей – вот только на новых, выгодных для них условий.

При этом почти все понимают, что процесс такого переформатирования будет долгий и непростой. Например, несложно было бы для многих ведущих экономик «завалить» американский доллар в 2008-м или евро в 2011-м. Однако последствия таких действий ударили бы по всей мировой экономике. Поэтому процесс перехода на взаимное использование региональных валют в качестве международных платежных и даже резервных, происходит медленно и будет идти еще долго.

Одновременно с этим происходит и переформатирование промышленной, инвестиционной, и даже инновационной кооперации. Это видно и на примере Украины, где в 2011 году стала расти роль рубля и юаня, где развитие железнодорожных инвестпроектов стали обеспечивать корейцы, а телекоммуникационные технологии стали предоставлять китайцы.

Кто – Восток или Запад занимает хорошую позицию, чтобы сыграть свою роль в глобальном обновлении?

Наилучшая, для потенциала экономического роста, позиция у Востока. Однако роль Запада останется ведущей еще на протяжении нескольких десятилетий. Во-первых, благодаря накопленным «старым» капиталам, многие из которых не особо заметны и часто не попадают в «топ» рейтинги, однако часто играют серьезную роль.

Во-вторых, отличный инновационный и технологический запас прочности.

В-третьих, сплоченность и партнерство Запада (Евросоюз, трансатлантические связи и т.п.). Возможно, этот фактор сплоченности и есть наиболее уязвимое место Востока, где относительно стабильно работает только партнерство в рамках АСЕАН, притом что сохраняются (и долго сохранятся) конфликтные линии вроде Индия – Китай, или Японии со всеми своими соседями.


А как трансформируется существующая финансовая система? Какие есть или могут быть сценарии трансформации модели сложившейся финансовой системы?

В финансовой системе уже сейчас повышается роль валют ведущих мировых экономик (прежде всего, юаня, но также рубля и других), также роль стабильных валют небольших развитых экономик (скандинавские кроны, австралийский, канадский и новозеландский доллары, ряд других). Государства продолжат активно работать над контролем госрасходов и дефицитов госбюджетов, снижением доли спекулятивных финансовых операций (вплоть до специальных налогов, вроде недавней французской инициативы).

Это, кстати, означает и сокращение – долгосрочное – предложения государственных ценных бумаг, и также сокращение – в целом – объема спекулятивных операций, что в перспективе может привести к сжатию финансовых рынков. Такой процесс зафиксирует со временем и «сдутые пузыри» финансовых рынков. В то же время, это будет означать оздоровление финансовых рынков.


Сегодня одной из актуальнейших проблем является исчерпаемость георесурсов. Каким образом она будет коррелироваться с демографическими вопросами (как поддерживать жизнедеятельность этого и, пока растущего, количества людей)? Можно ли тут говорить об альтернативной энергетике? Как будет и будет ли трансформироваться технологический уклад?

В кратко- и среднесрочной перспективе технологический уклад не трансформируется никак. Для этого просто нет достаточного задела инноваций, и, больше того, ощущается нехватка «длинных» денег (включая госрасходы), необходимых для финансирования фундаментальных разработок. Вместе с тем, ввиду замедления темпов экономического роста, включая инвестиционную активность, спрос на георесурсы стабилен, так что проблема исчерпаемости временно откладывается. Однако это касается ресурсов для инвестиционной активности.

Зато спрос на ресурсы для потребления, прежде всего, продукты питания будет постоянно расти – и снова за счет развивающихся рынков (в нескольких словах, «азиаты стали больше кушать»). С учетом того, что такие рынки отличаются высокой демографической динамикой, то спрос на продовольствие – а стало быть, и цены – будут перманентно расти. Проблема в том, что у продуктов питания нет товаров-заменителей.

Вообще, процессы с замещением ресурсов проходят крайне медленно. Например, так называемая альтернативная энергетика по сути заменителем не является, так как предложить конкурентную цену в большинстве случаев она способна при государственной компенсации (субсидии, и в ЕС, и в США, и в Украине, и т.д.), а у государств, по мере развития кризиса на такие игрушки средств всё меньше и меньше. Для эффективного, «альтернативного» замещения необходим серьезный технологический прорыв, а для его подготовки денег сейчас тоже не хватает.

Ну и, наконец, об Украине. Каковы перспективы для Украины – роль и место в новом экономическом порядке?

Перспективы Украины в пост-кризисном мире не слишком хорошие. Страна оказалась неподготовленной к текущему кризису и, скорее всего, может еще пострадать от возможной второй волны кризиса. Хуже того, из-за кризиса у Украины нет ресурсов для полноценной модернизации, а ведь по многим параметрам Украина отстает от развитых экономик (в той же «Зоне евро») на десятки лет. Поэтому – и, к сожалению, – на ближайший десяток лет у Украины будет «догоняющая» стратегия. Но это – пассивная стратегия.

Возможная (и желательная) стратегия для Украины в том, чтобы подготовится уже не к следующей волне кризиса, а к собственно следующему мировому кризису, который может, ввиду цикличности мировой экономики, произойти через десять-двенадцать лет. Для этого стране потребуется совершить технологический рывок и воссоздать свои уникальные конкурентные преимущества и укрепиться на наиболее перспективных (в результате кризиса) рынках. Такая стратегия и может задать роль и место Украины в новом экономическом порядке.

Ну, а качественно лучшее место в мировой экономике страна сможет занять уже в пост-посткризисном мире - лет через десять. Ближайшие годы, в лучшем случае, должны уйти на подготовку страны к этому прорыву.

Беседу вела Евгения Сизонтова

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Вооруженные негосударственные силы: тенденции и вызовы

Когда государство не справляется с охраной общественной безопасности, эту лакуну заполняют негосударственные вооруженные силы – инсургенты, банды, частные охранные фирмы; значение этих формирований в мире неуклонно растет. Наиболее тревожным, пожалуй, является то, что процесс приватизации госструктур безопасности происходит «как бы легитимно», когда группировки, описанные выше, не стремятся свергнуть само государство, и действуют якобы на законных основаниях. В самом деле, несмотря на аполитичный характер некоторых вооруженных групп, они разрушительны для государства, в особенности, когда криминальные элементы получают власть и расширяют сферу влияния посредством подпольной деятельности.

Незаконные, негосударственные вооруженные формирования – как и их законные «братья», они формируют сложную сеть безопасности для решения различных задач, первая из которых – их собственное выживание. Приватизация органов охраны общественного порядка разрушительно сказывается на общественной безопасности, так как ответственность переходит в частные руки. Гарантированная безопасность, в конечном счете, становиться доступной только тем, кто располагает средствами для содержания частной охраны, либо рискует довериться нелегальным группировкам и бандам. Это подрывает и без того низкую репутацию государственного правового режима.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Сергій Дацюк, философ

Новые экономические представления

Лесь Герасимчук, культуролог

Реманент цивілізації майбутнього

Юрий Павленко, доктор философских наук, доцент (Институт Мировой экономики и международных отношений НАН Украины)

Мир нуждается в реальном производстве и совместных прагматических решениях

Александр Кендюхов, доктор экономических наук, профессор

В ближайшие годы Украина может стать аграрным придатком Китая

Ігор Бураковський, Інститут економічних досліджень та політичних консультацій

Рано чи пізно людство прийде до всесвітнього пакту стосовно того, як споживатимуться ресурси

Василь Юрчишин, к.ф-м.н., доктор наук з державного управління, директор економічних програм Центру Разумкова

Глобальных изменений в ближайшем будущем в экономике не будет

Александр Литвиненко, заместитель директора НИСИ

Не имея своего видения будущего, мы будем поставлены в то место, которое нам отведут сильные мира сего

Тантели РАТУВУХЕРИ, кандидат политических наук, политолог

Проблема может быть не в экономическом росте, а в перераспределении его благ

Владимир Головко, кандидат исторических наук, Центр политического анализа

Нынешний кризис – это перераспределение экономической мощи и власти между развитыми и развивающимися странами

Олег Соскин, директор Института трансформации общества

Мир идёт к хаосу

Мэд Джонс, президент Международного института менеджмента, США

В следующие десять лет мы увидим мощный сдвиг экономической и политической власти с Запада на Восток

Анатолий Баронин, Директор Аналитической группы" Da Vinci AG"

В среднесрочной перспективе мы не увидим окончательно сформированного нового порядка

Владимир Дубровский, старший экономист центра «CASE-Украина», Киевская школа экономики, старший консультант.

Путем искусственного раздувания потребления невозможно создать долгосрочный экономический рост

Ярослав Матійчик, Виконавчий директор ГНДО "Група стратегічних та безпекових студій"

Існуюча економічна модель відносин себе вичерпала, і зараз переживає пертурбації

Олександр Шморгун, канд. філос. наук, доцент, провідний науковий співробітник Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України, старший науковий співробітник Інституту європейських досліджень НАН України

Головне питання сьогодення – це альтернативна модель світоустрою

Сергій Телешун, доктор політичних наук, професор, завідуючий кафедрою політичної аналітики та прогнозування Національної Академії державного управління при Президентові України, голова Платформи «Діалог Євразії» в Україні

Відповідальність за майбутнє мають брати на себе всі

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,128