В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Украинская модель гуманитарного пространства была и остается предметом нескончаемых споров и обсуждений, где каждому мнению противопоставляются десятки других, часто противоположных. В своем большинстве эксперты едины лишь в том, что теоретически она отмежевалась от советской модели гуманитарной политики с ее идеологическими догмами, но так и не смогла уйти от нее в своих практических проявлениях, сохраняя верность множеству «рудиментов» советской идеологии и политики.

В условиях, когда во всем мире одним из масштабных вызовов современности становится дегуманизация общества и деградация ключевых социальных институтов – семьи, системы образования и воспитания, когда доминируют духовное опустошение, массовая культура и засилье потребительского отношения к жизни и окружающим, в Украине эти явления достигают устрашающих размеров. Страна неотвратимо движется в сторону полной деградации и депопуляции населения. Статистика роста масштабов алкоголизма, наркомании, заболеваемости туберкулезом сегодня шокирует даже видавших виды исследователей беднейших стран Африки и Латинской Америки.

Изо дня в день мы наблюдаем катастрофическое снижение уровня образования, падения престижа и уважения к науке. Не исключено, что уже в ближайшее время ситуация в гуманитарной сфере засвидетельствует о полном развале прежних государственных институтов. «Скоро некому будет служить в армии, некому будет работать на высокотехнологическом оборудовании, некому и некого будет учить. Это не мелкая сезонная неурядица, это проблема существования народа и его страны», – констатирует М.Минаков, и его тревогу разделяют многие эксперты.

Все эти проявления свидетельствуют о глубочайшем гуманитарном кризисе, который переживает наша страна. На протяжении многих лет украинская гуманитарная политика была нацелена на фрагментирование общества, на рост недоверия между группами и сословиями, последовательно направлялась на изоляцию от глобальных и региональных процессов. Кому и зачем это было нужно – тема отдельного исследования, но результат такой политики более чем негативен. И простого рецепта преодоления ее последствий не существует.

Не поэтому ли гуманитарная политика это прежде всего предложение обществу консенсуса по ряду важных вопросов, решаемых доступными государству путями — в частности, через культуру и образование, через государственные СМИ, посредством бюджетного финансирования тех или иных культурных и социальных проектов и программ. Для Украины, где на протяжении всех лет ее независимости оставались неопределенными общезначимые ценности, которые бы объединяли украинское общество, последовательная гуманитарная политика приобретает значение фактора, влияющего как на становление, так и на сохранение суверенитета нашим государством.

Экономические потрясения становятся перманентным явлением в нашей стране, отодвигая на задний план вопросы развития гуманитарной сферы. А ведь многие эксперты признают, что эффективная гуманитарная политика – фундаментальная составляющая экономического роста. Для ведущих стран гуманитарная политика – это больше чем гуманитарная сфера в узком смысле. Ибо она непосредственно влияет на структуру и качество производства, на занятость и производительность труда – и, таким образом, на экономическое развитие и конкурентоспособность экономики, способствуя достижению и многих других целей экономической политики.

Если система взаимопроникновения и обратной связи экономики и гуманитарной сферы нарушается, кризисные явления охватывают практически все сферы жизни общества. Ни для кого не секрет, что Украина все более отстает от своих западных и восточных соседей по качеству и объему создаваемых культурно-образовательных продуктов, информационных потоков, в развитии гуманитарной инфраструктуры.

«Украине угрожает превращение в плохо функционирующую полуавтократию и абсолютную периферию», – утверждает Эндрю Уилсон, ведущий научный сотрудник Европейского совета по международным делам. И это лишь один из многих пессимистических сценариев, которые сегодня обсуждаются в экспертной среде.

В Украине накопилось великое множество проблем, связанных с гуманитарной сферой и гуманитарной политикой нашего государства. Это не та область, где все можно начать с «чистого листа», разрушив до основанья наработки предыдущих поколений. Но, возможно, есть лишь один способ избавиться от множества комплексов прошлого,- прекратить с ним бороться, и устремить свои помыслы и энергию в будущее.

Свернуть

Украинская модель гуманитарного пространства была и остается предметом нескончаемых споров и обсуждений, где каждому мнению противопоставляются десятки других, часто противоположных. В своем большинстве эксперты едины лишь в том, что теоретически она отмежевалась от советской модели гуманитарной политики с ее идеологическими догмами, но так и не смогла уйти от нее в своих практических проявлениях, сохраняя верность множеству «рудиментов» советской идеологии и политики.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Мы ожидаем спасения только извне

25 апр 2012 года

Отошла ли Украина за 20 лет независимости от советской гуманитарной политики, и если нет, то почему? Какие принципиальные изменения все же произошли?

Советская гуманитарная политика определялась одним центром власти. Независимая Украина прошла путь от неисполнения любой сколько-нибудь преемственной гуманитарной политики в 1990-е, до попытки реставрации государственной монополии на определение гуманитарной политики в 2005 — 2012 годах.

Возвращение к гуманитарной монополии произошло в новых условиях — в условиях, когда посттоталитарное государство захвачено несколькими финансово-политическими группами, сменяющими друг друга в политической борьбе. Гуманитарная политика видится этими группами как еще один инструмент управления массами, отделенными политически, культурно и географически от власти.

В отличие от гуманитарной политики СССР, идеологическая составляющая Украины невнятна. Если в советские времена цельность общества была важна для тоталитарного государства, то украинская гуманитарная политика направлена на фрагментирование общества, рост недоверия между группами и сословиями, а также изоляцию от глобальных и региональных процессов. Поэтому простого рецепта преодоления этого раскола нет.

По моему мнению, единственный — тяжелый и рискованный — путь для Украины — это создание открытого общества и превращение государства в республику с разбросанными по территории страны центрами принятия решений.


Складывается впечатление, что участники украинского гуманитарного рынка смирились со своей ролью объекта для извлечения прибыли более активными игроками? Что нужно и возможно изменить в украинской гуманитарной сфере и кто это может сделать?

С точки зрения развития, Украина – дистопия, то есть общественная система, которая гасит любые входящие импульсы, не давая этой системе ни развиваться, ни изменяться в сколько-нибудь управляемом ключе. Как правило, дистопичные общества — это медленно умирающие общества, которые сами себе не интересны, в которых настолько неудобно и неприятно жить, что их гибель не вызывает особого сожаления. Дистопичные общества, как правило, управляются олигархически, создают условия для «бегства» своего человеческого капитала и формируют кратковременный политический режим сверхэкспулатации населения. Долго дистопии могут существовать лишь исходя из интересов великих держав.

В этих условиях, переход из дистопии к режиму развития возможен лишь при сверхусилиях как политического, так и креативного класса. Первый шаг такого сверхусилия — понять ценность гуманитарной политики.

В любом политическом режиме заложено внутреннее противоречие — политическая антиномия. Эта антиномия касается того, что любой политический режим одновременно производит насилие над человеком и его защиту. Эта антиномия неплохо артикулирована в структуре любого современного правительства: часть органов власти направлены на насилие и убийство, часть на поддержку человека и общества. Соотношение долей ресурсов, выделяемых на каждый из этих двух блоков, показывает весомость гуманитарной политики.

Украинский гуманитарный блок включает Министерство социальной политики, Министерство здравоохранения, Министерство образования, науки, молодежи и спорта, Минрегионстрой, Минагропром и Министерство экологии. Роль этих министерств в реальной политике, в распределении доступа к национальному богатству либо мала, либо направлена на усиление эксплуатации и насилия. Управление этими органами предоставлено исключительно классу имущих. Таким образом, если говорить об изменениях, – нужно говорить об изменении властной доли и понимания задач этого блока в Украине.


И что же должно измениться?

По большому счету, сверхусилие должно быть направлено на ограничение аппетитов политического класса, разделение бизнеса и власти и возвращение идеи социальной справедливости как основополагающей идеи национального и государственного строительства. Власть должна быть поделена между политиками, гражданским обществом и бизнес-группами. Власть судебной ветви и института омбудсмена должна быть не меньшей, чем у Президента и Премьера. Самостоятельность университетов и других центров научно-гуманитарного производства должна быть неоспоримой. Правовая и налоговая системы должны поддерживать предпринимательство, которое и в гуманитарной сфере является залогом развития. Языковая политика должна быть ориентирована на интересы граждан и групп граждан, а не метафизические заблуждения. Информационная политика должна быть направлена на раскрытие страны, невозможность манипулирования сознанием граждан ни одним внутренним или внешним агентом. Политический класс и государство должны перестать быть препоной для развития страны.


Располагает ли украинская гуманитарная сфера собственным потенциалом самоорганизации и развития? Как из объекта чужой гуманитарной политики стать субъектом глобальных культурных и гуманитарных процессов?

Украина, фактически, в гуманитарном плане является одной из самых изолированных стран на территории от Дублина до Владивостока. Мы не вовлечены ни в какие интеграционные системы, и не можем быть вовлечены, поскольку информационно, культурно и гуманитарно мы существуем в параллельном пространстве по отношению ко всем. Чтобы выжить как политической целостности, Украине нужно создать политические, социально-экономические и правовые условия, при которых внутренний потенциал людей, живущих в этой стране, мог быть реализован в ее же пределах.

Потенциал сегодняшней Украины я оцениваю не высоко. С каждым годом этот потенциал уменьшается.

Украину нужно пересоздать как место, где человек может себя реализовать — в искусстве, бизнесе или политике. Именно так будет воссоздаваться потенциал и субъектности, и инициативности нашего общества.

В Украине нужно вкладывать деньги в людей. Самые важные вещи для производства жизни – это система здравоохранения, система образования и набор культурных и социально-экономических условий, которые бы позволили семьям смотреть в будущее с оптимизмом — и рожать детей.

Сейчас же нас с каждым днем становится меньше. Людям приходится работать больше, чтобы выжить. Цена труда не высока и даже падает. То есть украинцам, чтобы прожить, нужно гораздо больше и эффективнее работать. Система власти устроена так, чтобы не решать насущных вопросов людей, живущих на подконтрольной государству территории. Сегодня, Украина — это страна, где население является жертвой сверхэксплуатации крупного капитала, который настолько оторван от интересов основной части населения, что контролируемое им государство просто не способно принимать решения в интересах этого населения.

Чтобы стать субъектом истории, украинскому обществу необходим национальный диалог между бедными и богатыми, между горожанами и селянами, между украино- и русско-культурными гражданами. Чтобы стать субъектом истории, украинским гражданам необходимо сверхусилие по национальному и государственному строительству.


Наблюдались ли в Украине за последние 20 лет какие-либо достижения в гуманитарной сфере?

Я бы считал достижением то, что в Украине не произошел ни один значимый конфликт. Как бы ею иногда ни пахло, гражданской войны нам удавалось избежать. Это, безусловно, заслуга и общества в целом, и политического класса. Инстинкт самосохранения еще жив. У нас, пожалуй, это единственный безусловный успех за двадцатилетие.

В остальном, двадцать лет были потерянным временем. Из народа надежд, мы стали населением безнадеги. Из граждан, ценящих свободу и достоинство, создалось население, мирящееся со своей растущей бедностью и чужой навязчивой роскошью. Из образованного народа мы превратились в племена, верящих в магов и шаманов.


Гуманитарная политика – это инструмент развития творческого потенциала украинского общества или же инструмент манипулирования сознанием?

В либеральных общества две ценности имеют доминирующее значение – это ценность самореализации и ценность публичной рациональности.

В случае с Украиной, тяжело говорить о возможности для самореализации. Есть группа людей, которые оторваны от ресурсов, и живут за счет продаж продуктов своего творчества во вне, за пределами Украины. Они могут реализовать свой потенциал, но для этого приходится либо долго жить за границей, либо постоянно выезжать. Одним словом, украинские социально-экономическая условия устроены так, что креативный класс (ученые и художники) не имеет доступа к ресурсам страны.

Эта изоляция когнитариев от влияния на состояние дел в стране позволяет политическому классу монополизировать свое влияние на все процессы в стране. Загнанные во внутреннюю или внешнюю эмиграцию, люди науки и искусства не воспроизводят влиятельность ценностей свободы и критической рациональности. Мифомания, магизм и нетерпимость распространяются и среди политиков, и среди общего населения. Управлять такими гражданами — легко и безопасно. Таким подданным легче погибнуть в безвестности, чем отстоять свое достоинство.


Почему у нас отсутствует или «не котируется» собственный взгляд на мир? Мы пользуемся чужими новостными потоками и оценками происходящего, пребываем в чужих смысловых и культурных контекстах, парадигмах и смыслах существования. Как долго это может продолжаться?

Безусловно, в Украине политический класс под маркой «информационной безопасности» отобрал и сконцентрировал доступ к информационным ресурсам только для себя. Но в эпоху глобальности изолироваться в информационном плане — невозможно. Попытки изолировать информпространство Украины ведут к обеднению и форм, и содержания информпродукта. Эта политика сделала подавляющую часть страны союзником других обществ. Почему так важен в политических дебатах аргумент интегрирующего фактора? Потому что мы ожидаем спасения только извне.

Раз нет продуцирования смысла изнутри страны, мы будем пользоваться смыслами, которые производиться вне ее. В России, в Европе, в США. Есть регионы, где символическое влияние соседних стран является превалирующим.

Сосредоточив у себя функции символического производства, Киев — и как культурный центр, и как политический центр — не оправдал свои притязания. Не получая смыслов из Киева, Крым, Закарпатье и Луганск будут пользоваться культурным продуктом, созданным в других странах. Это естественно и неизбежно.

Единственный выход я вижу в такой информационной открытости, где бы культурный и информационный продукт мог конкурировать друг с другом, предоставляя украинским гражданам лучшее из произведенного в мире. Игра в изоляцию только кажется продуктивной: она неизбежно ведет к максимальной зависимости от внешних игроков.


Какими должны быть составляющие украинской гуманитарной политики? Какими должны быть критерии успешности, какие ценностные ориентиры могли бы показать, что мы на правильном пути?

Если мы хотим, чтобы люди оставались здесь жить, не эмигрировали и не уходили во внутреннюю эмиграцию, то нам нужно ставить во главу угла интерес человека. Эти слова так часто произносились политиками, что их смысл «отскакивает» от нашего сознания. А на самом деле, интерес человека — это вполне понятные бюджетные, управленческие решения по превращению государственного аппарата в сферу услуг. Да, власть — это всего-лишь административные, медицинские и прочие социальные услуги населению страны. Если бы удалось поменять логику работы государственного аппарата в этом ключе, то это бы произвело оздоравливающий эффект для всей страны.

Повышение продолжительности и качества жизни и улучшение всех составляющих, от которых зависит это качество, имеют стратегическое значение. Ведь украинский человек настолько некомфортно живет в собственной стране, настолько настроен негативно внутренне и пассивно-агрессивно по отношению к правящему режиму, что будет очень сложно перетянуть общество на сторону реформаторов.

Долгое время я серьезно считал, что нынешний политический класс пытается провести настоящие реформы. Но в 2011 году стало очевидно, что и само слово реформы, и новаторство, и модернизация уже не несут необходимого содержания — из-за совершенных в 2005–2011 годах ошибок и откровенных преступных деяний политического класса. Власти уничтожили доверие украинца не только к реформаторской терминологии, но и к собственному государству. Наш политический класс создает революционеров каждый день: каждым решением в пользу ФПГ, каждым нечестным тендером, каждым неправомочным распределения бюджета, каждым непотистским кадровым решением. При этом, наше общество настолько больно, что не переживет еще одну революцию.

Беседовала Евгения Сизонтова

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

НАТО: ответ на кризис в Украине и безопасность в центральной и восточной Европе

Действия России в Украине вынудили наблюдателей и политиков по обе стороны Атлантики, включая членов Конгресса США, пересмотреть роль Соединенных Штатов и НАТО в укреплении европейской безопасности. Особую обеспокоенность в плане безопасности вызывает ситуация вокруг таких стран не-членов НАТО, как Молдова и Украина. Отражая взгляды США и их европейских союзников, генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен назвал военную агрессию России «самым серьезным кризисом в Европе после падения Берлинской стены», и заявил, что НАТО «больше не может вести дела с Россией, как раньше».

Этот отчет, подготовленный всего месяц назад Исследовательской службой Конгресса США, хорошо передает образ мысли и расхождения позиций среди американских законодателей в отношении НАТО и кризиса в Украине – с одной стороны, заявления о готовности защитить интересы членов альянса, а с другой – ссылки на пророссийское общественное мнение в ряде стран Запада.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Лесь Герасимчук, культуролог

Політику треба залишити для політиків. Культура – не політика

Богдан Бенюк, актор театру і кіно, народний артист України

Дух патріотизму можна виховати тільки на прикладах перемог, досягнень, бажання жити, існувати

Влад Троицкий, основатель Центра современного искусства «ДАХ», режиссер, продюсер

Как можно говорить о гуманитарной политике, если ее нет?

Василь Кушерець, голова правління товариства «Знання», доктор філософських наук, професор

Нам треба позбутися конфронтаційної моралі

Сергій Дацюк, философ

У страны без собственного гуманитарного пространства нет будущего с точки зрения свободы и независимости

Лесь Танюк, народний депутат, голова комітету Верховної Ради з питань культури та духовності

Без хліба духовного не може бути хліба насущного

Мирослав Маринович, віце-ректор Українського католицького університету

Пасивність і покора не приносять порятунку

Микола Жулинський, директор Інституту літератури ім. Шевченка НАН України, академік НАН України

Цілісної гуманітарної політики у нас нема, оскільки у наших урядів немає стратегічного мислення

Наталья Заболотная, Генеральный директор НКММК “Мыстецкий Арсенал”

Теперь Украина сама стала центром «культурного притяжения»

Владимир Никитин, доктор культурологии, эксперт Международного центра перспективных исследований

В данный момент гуманитарная основа является более важной, чем экономика

Оксана Мельничук, историк, советник по культурной политике Национального института стратегических исследований

10 заповідей – це і є та матриця, навколо якої має будуватися будь-яка гуманітарна політика

Марина Ткаченко, эксперт по вопросам социального проектирования Института Горшенина, писатель

Гуманитарная политика – это прерогатива государства, но оттуда к нам сигналов никаких не поступает

Василь Яблонський, заступник директора НІСД

Наші політики не помічають, що саме в гуманітарній сфері формується той дороговказ, без якого люди не знають, куди йти

Максим Стріха, керівник наукових програм Інституту відкритої політики, доктор фізико-математичних наук

В гуманітарній сфері України дуже відчутний постколоніальний присмак

Владимир Семиноженко, лидер «Новой Украины», академик НАНУ

Чтобы построить действительно современную экономику, нужно современное общество

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,220