В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Недавнее исследование брейн-дрейна (англ. brain drain — утечка умов) из 24 стран, проведенное Мировым Банком, показало, что если бы развивающиеся страны способны были дать образование мирового уровня, а также обеспечить выпускникам возможности для работы и карьерного роста, то миграцию удалось бы снизить. Однако до сих пор этого не происходило. Конечно, можно только приветствовать то, что за рубежом молодые специалисты получают ценные навыки и знания, которые не могут обрести у себя на родине. Но, с другой стороны, обладатели этих знаний и способностей практически никогда не возвращаются на родину...

В то же время, те, кто остается, из-за постоянно нарастающего имущественного разрыва лишаются возможности продвижения по жизни, теряют социальную мобильность. Большие различия в доходах ведут к окостенению социальных структур и снижают шансы людей на улучшение своего социального статуса. В связи с этим многие эксперты даже фиксируют проблему бессмысленности подготовки активных и образованных людей, потому что, оставшись в Украине, они станут маргиналами или, в противном случае, заполнят вакансии за рубежом.

Там, где господствует имущественное неравенство, реализация возможностей становится все более труднодостижимой целью. Не потому ли стала очевидной некомпетентность нынешней украинской политической и бизнес-элиты, неспособных решить основные проблемы страны? И не отсюда ли вымывание людей инициативных, способных к самоорганизации и принятию ответственных решений, имеющих гражданскую позицию в обществе? Если общество не препятствует процессу имущественной сегрегации, нарастающее имущественное неравенство ведет к катастрофическому снижению шансов на самореализацию следующего поколения украинских детей.

И это проблема не только Украины. Даже в Британии правящая элита, похоже, утрачивает «ген компетентности». Все более важной частью британской жизни становится социальный класс и классовая принадлежность. Сегодня классовая принадлежность здесь более важна, чем раса и религиозные взгляды – это разделение можно наблюдать уже среди маленьких детей.

По многим признакам социальная мобильность сейчас в упадке. В обществах с сильным неравенством ступени социальной лестницы становятся круче, либо дальше отстоят друг от друга. А поскольку в Украине большинство политиков, судей, руководителей корпораций и столоначальников имеют схожее происхождение, украинские органы власти, корпорации и учреждения все больше рискуют оказаться оторванными от большинства населения, поскольку перестают работать в интересах общества в целом.

Однако подлинное бедствие – даже не слом «социальных эскалаторов» или социальное расслоение, а моральное разложение элиты, не способной больше предложить адекватную государственную политику. В Украине снова возродилась система родства, появилось разделение на «своих» и «чужих». Соответственно, социальные лифты ориентируются на «своих», а не на отбор лучших. Отсюда деинтеллектуализация всех сфер жизни, нехватка/дефицит профессиональных кадров – классного специалиста найти уже практически невозможно, не хватает даже рабочих, не говоря уже об инженерах. В крайне упрощенных системах управления нет места сложным стратегическим решениям, нет работы на будущее, нет работы даже на ближайшее развитие.

Следуя старой поговорке, люди всегда ищут, где лучше. Но правительство для того и существует, чтобы координировать данные процессы. Если оно заинтересовано в процветании своего государства и своего народа, то оно позаботится о том, чтобы интеллектуальный потенциал страны был реализован на ее территории. У нас же за 21 год в этом направлении не было сделано ни шагу. Более того, множество шагов направлено в обратную сторону, на выдавливание «мозгов» из Украины.

В последнее время распространенным является мнение, что победителем из экономического кризиса выйдет тот, кому удастся достичь пятого или – тем более – шестого технологического уклада, что означает создание и внедрение наиновейших, наиболее эффективных технологий. Те же страны, где живут в основном добычей сырья, потреблением природных ресурсов и выплавкой стали, не имеют будущего. Также нужно принять во внимание, что трудовой вклад – это не просто сумма равноценных усилий, и что очень талантливые люди крайне важны для развития технологий, предпринимательства, для эффективной работы в сфере управления. Следовательно, потеря лучших умов и рук более драматична, чем «просто» демографический кризис, причем этот ущерб трудно сегодня даже оценить должным образом.

Так какое же будущее ожидает Украину в связи с депрофессионализацией кадров и потерей своего интеллектуального, творческого и инновационного потенциала? Где те «грядки», на которых прорастают ростки новых креативных политической и экономической элит? И не является ли несостоятельность украинской управленческой элиты основанием для все более расширяющего свои ареалы внешнего управления?

Эти и многие другие вопросы «Диалог.UA» предлагает обсудить на своих страницах украинским и зарубежным профессионалам – экспертам в области кадрового обеспечения больших и малых проектов.

Свернуть

Мы становимся свидетелями двойственного процесса – с одной стороны, идет «утечка мозгов» за рубеж. Наша система образования ещё не совсем разрушена, поэтому многим украинцам удаётся найти работу в чужих землях, с достойной оплатой за свой интеллектуальный и физический труд. С другой стороны, те, кто остается прежде всего из-за нарастающего имущественного разрыва теряют возможность продвижения по жизни, возможность социальной мобильности. Большие различия в доходах ведут к окостенению социальных структур и снижают шансы людей на улучшение своего социального статуса, т.е. снижается вертикальная мобильность. Имущественная сегрегация богатых и бедных усиливается, когда усиливается имущественное неравенство, если общество не препятствует этому процессу, это приведет к катастрофическому снижению шансов самореализации следующего поколения украинских детей.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Если не поднимется градус социального оптимизма, то на что-то лучшее можно не надеяться

30 ноя 2012 года

Нет никаких точных данных по количеству выехавших из Украины людей, хотя это явление стало заметным уже в масштабах всей планеты. Какие слои населения, какие категории наших граждан уезжают и чем вызвана столь значительная эмиграция?

Главной причиной эмиграции я считаю то, что люди перестают верить в возможность создать для себя и своей семьи достойные условия проживания и реализовать свои жизненные устремления, соответствующие своим способностям и квалификации.

Надо сказать, что в разные периоды последнего двадцатилетия всё выглядело по-разному. Примерно до 1996 года, когда было совсем тяжело, ещё не существовало, вероятно, такой степени психологической лёгкости, и не было той степени подготовки, которая позволяла бы людям столь массово покидать пределы страны. Тогда уезжали, прежде всего, с западной части Украины. Эти люди начали свою новую жизнь в европейских и других странах с нуля, или даже с отрицательных величин, потому что многие начинали не в качестве легальных эмигрантов.

Так что первой причиной выезда людей можно считать определённую социальную бесперспективность, которую ощущает большая часть народа. Но реагировать на эту бесперспективность может только та часть населения, которая понимает, что она в состоянии устроиться где угодно, или хотя бы в большинстве стран мира.

Что это за люди? Прежде всего те, кто получил приличное высшее образование, а также те, кто после окончания ВУЗа проработал несколько лет и убедился в полной бесперспективности дальнейшего пребывания в границах данного государства. Сегодня это основная часть уезжающих, их возраст примерно лет двадцать шесть.

Вторую, также немалую часть, составляют люди, которым чуть за тридцать, которые состоялись в определённых профессиях, связанных, к примеру, с программированием. Но есть и другие профессии, которыми можно одинаково успешно заниматься, что в Украине, что в Европе, что в Ботсване.

Третья часть, это те, кто ещё учится в наших высших учебных заведениях. Примерно к третьему-четвёртому курсу они чётко понимают, что максимального количества шансов на успех в этой жизни украинские дипломы не дают, что нужно окончить университет в одной из стран, как бы, развитых. Эти люди усиленно изучают иностранные языки, занимаются поисками контактов, стараются ездить на конференции за границу. И тогда, на период обучения в магистратуре, аспирантуре, докторантуре, или даже на бакалаврате, им удаётся попасть в более-менее престижный западный университет, не имея определённых планов по дальнейшему трудоустройству. Но и не намереваясь вернуться.

Вот эти три группы, в возрастном интервале от 19 до 35, максимум до 40 лет, наиболее интенсивно и массово стремятся покинуть нашу страну.

Почему уезжает молодёжь, каковы ее мотивы? Связаны они только с финансовой стороной, или преобладают другие настроения?

Значительная часть молодых людей хочет не просто жизни с приличным вознаграждением. Значительная часть молодых людей хочет самореализации. И когда есть возможность, то пытается переместиться в то место, где эта самореализация более вероятна. Так они делают свой выбор.

Что означает для них самореализация? Во-первых, выбор работы, которая для них интересна. Они готовы отдавать предпочтение интересной работе с меньшим вознаграждением относительно противной работы с самой высокой оплатой. Во-вторых, они хотят свободы. Свободы в смысле перемещения, возможности беспрепятственно дрейфовать по миру. Они хотят легко перемещаться по странам и континентам, что весьма затруднительно в наших условиях – чего стоят одни только визовые процедуры.

В-третьих, молодёжь хочет интересной жизни и обеспечить перспективу своей семье. Хотят, чтобы их маленькие дети росли в благоприятных экологических условиях, чтобы они получили наилучшее среднее образование, чтобы овладели двумя-тремя иностранными языками, чтобы могли затем поступить в хорошее высшее учебное заведение.

Они хотят находиться там, где медицинское обслуживание позволяет дожить хотя бы лет до восьмидесяти. И так далее. По всем этим параметрам мы проигрываем большей части европейских стран, значительной части стран Северной Америки, определённым странам Юго-Восточной Азии, Океании, Австралии, и т.д.

Возможно, и некоторым странам Африки… Например, португальцы стали уезжать в Анголу, их там уже сотни тысяч. Едут туда и люди с Украины. Если в Африке есть перспективы роста, возможность подняться в социальном статусе, то почему бы и нет? А что можно сказать о вертикальной мобильности в нашей стране?

В нашей стране вертикальная мобильность для многих молодых людей является вещью желательной, но недоступной. Почему это так? Очень многие у нас сумели сделать великолепную карьеру в фантастически раннем возрасте. Достаточно посмотреть на списки руководителей целого ряда ведомств – там есть люди, которым чуть за тридцать, тридцать пять. Такие взлёты не имеют аналогов в прежней истории Украины, разве что в период между 1917 и 1920 годом. Тогда можно было года за три стать народным комиссаром, начав карьеру в возрасте 18-19 лет.

Но означает ли это, что такие возможности доступны для всех молодых людей? К сожалению, нет. Беда состоит в том, что лимитирующим фактором в наших условиях является не компетентность, а лояльность. Если ты лоялен к кому-то, а ещё лучше – предан, то тогда получаешь некоторый шанс. Конечно, если твой патрон сам находится вблизи кормила власти, или этим кормилом является. Но если ты не вхож в некую узкую группу клиентелы своего патрона, то твоя компетентность на государственной или муниципальной службе никакого взлёта не обеспечит. Незаурядные способности могут помочь взлететь лишь в сфере бизнеса, но что наиболее удивительно – лишь в сфере большого бизнеса: украинского или международного. А в малом и среднем бизнесе условия семейственности, непотизма и кумовства будут доминировать.

Таким образом, компетентность не послужит тем трамплином, который поможет в вертикальном перемещении. В результате, большая часть молодых людей, получив эти уроки либо по собственному опыту, либо из опыта близких и друзей, приходят к выбору: войти в избранный состав клиентелы, либо сменить сферу деятельности или сменить место проживания. В целом, немалая часть делает выбор первый, но всё большее число склоняется к выбору второму.

Как все эти вещи отражаются на том, что называют словом «власть»?

Не слишком хорошо отражаются. Хорошему человеку трудно попасть в структуры власти, а ещё труднее реализовать свои карьерные потуги реальными достижениями.

Поэтому мы не можем констатировать, что имеем сегодня на подходе значительную массу молодёжи, которая могла бы заместить собой хотя бы половину служащих пенсионного и предпенсионного возраста. Отдельные группы, или микрогруппы, таких людей есть, но ещё раз подчёркиваю, что это связано не столько с их профессиональными способностями, сколько с их лояльностью. Крайне редко совпадает лояльность с высоким профессионализмом.

Мы двадцать лет ждали, что придёт новое поколение и всё переменится к лучшему. А чего ждать дальше, исходя из сложившихся реалий?

С одной стороны, мы видим достаточно большое желание молодых людей занять наиболее высокое положение в современном обществе. То есть, мы не видим апатии. Посмотрите, к примеру, на состав желающих пройти в народные депутаты или органы местного самоуправления. Это весьма отрадная картина. Но есть её другая сторона: эти желающие не всегда принадлежат к лучшей части нашей молодёжи. Они, обычно, являются карьеристами, причём карьеристами невысокого пошиба. Они, скорее всего, не в состоянии привнести что-либо радикально новое. Это те люди, которые уже в молодые годы осознали, насколько выгодно обладать каким-то кусочком государственной или муниципальной власти нашей стране. И в силу своих амбиций, или своей дерзости, а может наглости, они готовы начать эту борьбу в двадцать два года, а не тридцать пять.

В целом, ситуация выглядит, скорее, печально. Потому что те, кто занят интеллектуальной или научной работой, не имеют возможностей что-либо значительно улучшить. Люди с научными или инновационными устремлениями ориентированы действовать, либо уже действуют за пределами нашей страны.

Другое дело люди, избравшие борьбу на политическом поприще. Они знают, что как эмигранты за рубежом они не многого смогут добиться. Там надо немало прожить, чтобы получить право на натурализацию, хорошо освоиться в непривычной обстановке, и выходит, что уехав отсюда лет в 20-25, там можно заняться политикой не раньше, чем в 40-45. В таком возрасте и начинать уже не захочется.

К сожалению, я давно не вижу в Украине юношей, мечтающих о военной карьере. Зато вижу колоссальный отряд, стремящийся к карьере в правоохранительных органах, в таможенной и налоговой службах, что не должно быть свойственно психически здоровым людям в молодом возрасте. Есть вообще аномальные случаи, когда некоторые личности с детства стремятся и с конкурсом поступают в учебные заведения, которые готовят служащих пенитенциарной системы. Не понимаю, как можно мечтать о том, что лучшие годы своей жизни ты проведёшь в тюрьме или колонии, охраняя насильников, убийц и грабителей?!

В итоге выходит, что если этот тренд не будет переломлен, если не поднимется градус социального оптимизма, то на что-то лучшее можно не надеяться. И всё это усугубляется общей мировой ситуацией, которая и в других странах заставляет людей по иному оценивать свои перспективы у себя на родине. Мы видим сейчас миграцию европейцев в страны Азии и Латинской Америки, и другие новые миграционные тенденции, а уезжают всегда наиболее деятельные и относительно молодые люди.


Беседовал А.Маклаков.

Версия для печати
Рекомендуем к прочтению

Опасность распространения прав человека

Если бы права человека были валютой, их курс сегодня оказался бы в состоянии свободного падения в силу инфляции многочисленных правозащитных договоров и необязательных международных инструментов, принятых за последние десятилетия самыми разными организациями. Сегодня на эту валюту можно, скорее, купить страховку для диктатур, нежели защиту для граждан. Права человека, некогда вознесенные на пьедестал основных принципов человеческой свободы и достоинства, сегодня могут быть чем угодно – от права на международную солидарность до права на мир.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Лесь Герасимчук, культуролог

І крешем, і кришим, і крушим як стій

Ольга Балакирева, кандидат социологических наук, доцент, Глава Правления Украинского института социальных исследований им. Александра Яременко

Мы не должны потерять новое поколение, которое идет за нами

Наталія Юріївна Кривда, Академічний Директор Единбурзької бізнес-школи у Східній Європі

Саме менеджмент компанії має бути носієм основних цінностей, що сповідує компанія

Валерий Вакарюк, вице-президент Фонда Виктора Пинчука

В Украине нет субъекта, который бы хотел управлять страной

Юрій Буздуган, голова Соціал-Демократичної Партії України

Нам вкрай необхідна реіндустріалізація України

Олена Кочемировская, заведующая сектором проблем трудовых отношений и человеческого потенциала НИСИ

Мы уже находимся на уровне стран, зависимых от экспорта технологий

Татьяна Мокротоварова, главный редактор интернет-портала «Комментарии»

Управленцев, нуждающихся в обучении, намного больше, чем институтов, которые могут их обучать

Евгений Фёдоров, депутат Государственной Думы России

Причина миграции – колониальная система управления

Ярослав Рущишин, сенатор Українського Католицького Університету

Конкуренцію в Україні необхідно наповнити новим змістом

Людмила Калита, директор по персоналу АО «Банкомсвязь»

Выбор мы всегда делаем сами

Дмитро Потєхін, директор Групи європейської стратегії

Якість приватного менеджменту — це проекція майбутніх виборців Європарламенту

Юрій Ковбасюк, президент Національної академії державного управління при Президентові України

Українська освіта сьогодні перестає грати роль реально працюючого соціального «ліфта»

Марина Ткаченко, эксперт по вопросам социального проектирования Института Горшенина, писатель

Мы называем управлением то, что управлением не является

Владимир Головко, кандидат исторических наук, Центр политического анализа

У элиты одно будущее, у общества другое, а у страны третье

Владимир Балабанович, председатель Профсоюза работников сферы предпринимательства

«Заробитчане» - это мощный коллективный инвестор

Максим Стріха, керівник наукових програм Інституту відкритої політики, доктор фізико-математичних наук

У державі сьогодні діють потужні механізми «негативної селекції»

Олег Соскин, директор Института трансформации общества

Україна стає «інкубатором сірості»

Владимир Никитин, доктор культурологии, эксперт Международного центра перспективных исследований

В Украине профессионалы и интеллектуалы просто не востребованы

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,102