В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Таможня или Союз?

Разговоры о вступлении Украины в Таможенный союз периодически активизируются в течение вот уже нескольких лет. В последний раз внимание к проблеме было привлечено осенью 2012 года, но до сих пор в этом вопросе нет определенности. Обсуждение перспектив вступления в Таможенный союз возвращает Украину к риторике о многовекторности времен президентства Л. Кучмы.

«Мы обречены жить рядом друг с другом» – звучит по обе стороны восточной и западной границ Украины. Однако, и Восток, и Запад прозрачно намекают, что пора бы Украине и определиться, «либо-либо», не допуская возможности некоего «троистого союза». Множество экспертов подчеркивает, что Таможенный союз – это альтернатива Союзу Европейскому, и об этом не следует забывать. Впрочем, как и о том, что вряд ли оправдаются ностальгические воспоминания части населения нашей страны о социальном равенстве и социальных преференциях бывшего СССР, – в новом союзе гражданам Украины этого никто не обещает.

Восток в лице РФ целью интеграционных проектов, даже в ущерб экономике, видит, прежде всего, политику – возрождение былой мощи и возращение к новым политическим союзам, возглавляемым «старшей сестрою». «Мы предлагаем модель мощного наднационального объединения, способного стать одним из полюсов современного мира и при этом играть роль эффективной «связки» между Европой и динамичным Азиатско-Тихоокеанским регионом» (президент РФ В. Путин). Таможенный союз в России представляют ядром «постсоветского экономического союза» и предпосылкой для далеко идущих интеграционных процессов. Как отметил 3 марта 2011 года первый заместитель председателя правительства России Игорь Шувалов, Таможенный союз «мыслится как промежуточный этап на пути создания единого экономического пространства от Атлантики до Тихого океана».

Евросоюз также пытается найти пути экономического взаимодействия с Украиной, предлагая совместное создание еще одной «зоны» – зоны свободной торговли.

Сама же Украина годами не может определиться, каждый раз решая сиюминутные задачи, – то снижая цену на газ, то получая кредиты на Западе. Четкой сформулированной стратегии взаимодействия с ТС в Украине нет до сих пор, как нет и практических шагов, направленных на реализацию давно озвученных принципов европейской интеграций.

В итоге, вступление в Таможенный союз может стать непродуманным и поспешным, пройти без согласования с бизнесом, который представляет разные сектора экономики. А готов ли наш бизнес к жесткой конкуренции внутри Таможенного союза? Увы, приходится признать, что нет… Следовательно, последствия вступления в ТС могут быть плачевными, прежде всего, для экономики нашей страны, когда ряд стратегических отраслей и предприятий перейдет под контроль внешнего капитала.

Нет сомнений и в том, что членство в Таможенном, а затем и в Евразийском союзе ограничит свободу выбора внешнеэкономических партнеров для членов этих объединений. Но можно ли утверждать, что Украина настолько устала проводить самостоятельную внешнюю политику, что готова делегировать часть своих функций кому-то другому? Готова ли наша страна вернуться под контроль России в ущерб собственным национальным интересам?

Оставляют желать лучшего и результаты работы Таможенного союза для стран-участниц. В Казахстане, одном из главных инициаторов создания Таможенного союза (если вспомнить, то и проект Евразийского союза впервые был выдвинут Нурсултаном Назарбаевым), все чаще поговаривают о том, что именно эта страна является наиболее пострадавшей от введения общего таможенного пространства. И Казахстан, и Беларусь неоднократно нарекали на не выгодное для их бизнеса увеличение таможенных пошлин, на усложнение условий экспорта их товаров в РФ. Предприятиям Казахстана и Беларуси ограничивают доступ к сырью, осуществляя поставки «по остаточному принципу». Эксперты обращают внимание на «закрепление» транзитной (в случае с Беларусью) и сырьевой (за Казахстаном) ориентации экспорта этих стран внутри ТС. И, конечно же, на неравные права в принятии тех или иных решений, в пользу РФ. Российская Федерация, в свою очередь, обвиняет страны-партнеры ТС в контрабанде товаров из Китая и Европы.

Аргументов «за» и «против» участия в Таможенном союзе новых потенциальных партнеров их экспертам и СМИ страны-участницы предоставляют великое множество.

«Диалог.UA» предложил опрошенным экспертам ответить на ряд вопросов. Нужно ли Украине вступать в Таможенный союз, и если да, то зачем? Какие экономические выгоды ожидают страну от такого членства? Как оно отразится на внешнеэкономическом балансе Украины в целом? Какие преференции предлагает ТС для украинского бизнеса? Будут ли прекращены торговые войны между Украиной и Россией, которые так участились в 2012-м?

Да и что же, на самом деле, представляет собой Таможенный союз – это экономическое или все же политическое образование наднационального и надгосударственного характера?

Учитывая то, что в западной прессе не часто встретишь анализ данной темы, мы пошли другим путем и предлагаем вам рассмотреть иные, существующие в мире, союзы и вновь возникающих региональных игроков, а также оценки РФ со стороны англоязычных исследователей, редко переводимые в самой РФ

Свернуть

Разговоры о вступлении Украины в Таможенный союз периодически активизируются в течение вот уже нескольких лет. В последний раз внимание к проблеме было привлечено осенью 2012 года, но до сих пор в этом вопросе нет определенности. Обсуждение перспектив вступления в Таможенный союз возвращает Украину к риторике о многовекторности времен президентства Л. Кучмы.

«Мы обречены жить рядом друг с другом» – звучит по обе стороны восточной и западной границ Украины. Однако, и Восток, и Запад прозрачно намекают, что пора бы Украине и определиться, «либо-либо», что Таможенный союз – это альтернатива Союзу Европейскому.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Вопрос быть или не быть Украине в Таможенном союзе лишен смысла

22 фев 2013 года
Если Украина решит стать полноправным членом ТС, можно ли сейчас просчитать экономическую целесообразность от такого вступления?

Помните, в фильме «Ирония судьбы…» главный герой очутился в ленинградской квартире «на полу» и он не помнил, как он туда попал и, что он вообще попал в Ленинград. Так вот, для того, чтобы не вышла такая история в случае с Таможенным союзом, надо четко понимать, что вступление в ТС означает сначала присоединение к ЕврАзЭС, потому что Таможенный союз является своего рода матрешкой внутри другой матрешки под названием ЕврАзЭС. Поэтому можно понять российскую пропаганду, которая выпячивает Таможенный союз как некий самодостаточный субъект. На самом же деле, это лишь элемент ЕврАзЭСа.

Вопрос быть или не быть Украине в Таможенном союзе лишен смысла, поскольку это не столько вопрос исключительно экономического предпочтения той или иной интеграционной модели, сколько вопрос эволюционного выбора, включая, в том числе, и экономическое самоопределение. Сейчас о возможном членстве Украины в Таможенном союзе часто говорят в том смысле, что у Украины есть всего две возможности выбора для присоединения к той или иной модели экономического развития. С одной стороны, – к европейской, а с другой, – к евразийской модели интеграции. На самом деле, такая постановка вопроса является ошибочной, потому что евразийская модель – это не интеграционная модель, это скорее модель аншлюса, поглощения. Она не является интеграционной по своей сути, а лишь в пропагандистских целях ее так называют инициаторы, чтобы замаскировать четкую иерархию и доминирование интересов России в ЕврАзЭС и Таможенном союзе. А также в любых других структурах, развивающихся или формирующихся в рамках более широкой российской модели, так называемого, Евразийского Союза.

Поэтому, с моей точки зрения, какие-либо дальнейшие вопросы и разбирательства по поводу того, какие выгоды, плюсы или минусы, чего больше – лишены смысла, точно так же, как лишен смысла вопрос, что вкуснее: килограмм воздуха или градус температуры.


Российское экспертное сообщество далеко не однозначно оценивает вступление Украины в ТС. Речь идет, в первую очередь, о целесообразности для самой РФ удерживать такого «монстра». Зачем им это надо?

Про экономические выгоды можно говорить лишь в контексте выгод самой России.

Инициируя любые интеграционные формы на постсоветском пространстве, Россия, прежде всего, решает свои собственные проблемы. Ее экономика базируется в большой степени на энергоресурсах, на углеводородах, а эра углеводородов не может длиться вечно, и мы видим как сейчас этот углеводородный фундамент экономики России ощущает тектонические подвижки. Это проявляется и в связи с «революцией сланцевого газа» в США, и в связи с качественными изменениями энергетического рынка Европы – основного рынка для России. Поэтому Россия подспудно испытывает определенную тревогу за свое будущее, когда оно будет лишено углеводородной подпитки. А отсюда – необходимость продумать создание механизмов, которые гарантировали бы ей некую резервную систему подпитки в случае, если сократятся доходы от экспорта углеводородов. И в этом смысле периферия России и бывшие страны Советского Союза, особенно наиболее крупные из них, должны сыграть роль дополнительных источников подпитки, которые помогали бы держаться на плаву самой России. То есть, включение сопредельных стран в экономическое пространство общее с Россией по сути означает, что экономики этих стран будут работать в режиме генерирования финансовых потоков для самой России. Мы видим, во что превращаются те украинские предприятия, которые были приватизированы с участием российского капитала, – мягко говоря, развития мы там однозначно не видим.

Что касается Таможенного союза, то это, опять-таки, очень четко прослеживается. И тут даже не надо быть экспертом в таможенной сфере, чтобы понять одну простую вещь: в рамках Таможенного союза Россия, пользуясь своим доминирующим положением и большинством голосов, устанавливает тот таможенный заградительный барьер, который сделает невыгодным или минимизирует экспорт из-за границ Таможенного союза. Это относится к продукции большей части мировых производителей, которые выпускают нужные потребителям товары. И автоматически высокие таможенные ставки позволят российской промышленности наводнять этот рынок своей продукцией, заставят потребителей в странах Таможенного союза покупать именно российскую продукцию. Ну, и каждый потребитель может сам отдать предпочтение – покупать холодильник российский или нероссийский, автомобиль российский или нероссийский и так далее. Выбор здесь совершенно очевиден.

Намерения и действия России и есть попытками не только за счет российского потребителя решать вопросы российского производства и удовлетворения российских олигархов, которые, прежде всего, паразитируют на этом производстве, но еще и приобщить к этому кругу потребителей из Казахстана, Беларуси и Украины. И сказать им – довольствуйтесь тем, что есть, и гордитесь причастностью к великому Таможенному пространству.


Что можно будет сказать о внешнеэкономическом балансе страны в случае вступления в ТС?

Предполагается, что украинский бизнес получит т.н. необъятный российский рынок и рынок Таможенного союза, – это теоретически. Но тут же встает вопрос, что если сравнивать два рынка – стран Таможенного союза и Европейского союза, то сравнение явно будет не в пользу стран ТС, как в количественных показателях, так и в показателях покупательной способности потребителя на их рынках. Потому что эти рынки несоизмеримы. Здесь, конечно, присутствуют и сиюминутные интересы ряда украинских олигархов средней руки, которые делают низкотехнологическую продукцию, с которой они не могут ткнуться на европейский рынок. А вот рынок России и стран Таможенного союза они рассматривают как естественный рынок этой продукции.

Может быть, это и так, с точки зрения низкого технологического уровня продукции и непритязательности потребителя, но вопрос в том, что целый ряд промышленной номенклатуры выпускается и в самой России, и в странах Таможенного союза. И они, естественно, будут больше заинтересованы защищать своего производителя, нежели производителя пусть и из таможенного союза, но все-таки из другой страны.

То есть, конкуренции никто не отменит – это первое. Второе, – такие страны Таможенного союза, как Казахстан и Россия, имея неплохие доходы от экспорта углеводородов, могут себе позволить и позволяют покупать самое лучшее, что в том или ином виде продукции, товаров или техники может быть изготовлено в мире. И не обязательно они будут покупать именно украинское. Яркий пример, причем свежий, этого года, – это покупка Казахстаном двух самолетов С295 производства европейского авиационного концерна «Эйрбас Индастрис». Казахстан купил европейские самолеты – не российские, не украинские, а европейские, хотя российские и украинские аналоги существуют.


Будут ли прекращены торговые войны, которые так участились в 2012?

Не стоит говорить о полном их прекращении. Просто, вероятность их возникновения будет ниже, потому что все будет решаться через процедуры в рамках Таможенного союза, то есть, в интересах России. Потому что она занимает в этом сообществе ключевую позицию, имеет контрольный пакет – вот и все. Поэтому, с формальной точки зрения, российская сторона будет все решать и решать так, как ей выгодно.

Можно взять как яркий пример наш, так называемый, автопром. Это не означает, что Россия с легкостью даст развиваться украинскому автопрому, принадлежащему преимуществено Васадзе и Порошенко, в ущерб своему, который, по сравнению с европейским, хоть и выглядит бледно, но все-таки является реалией постсоветского рынка. В отличие от автопрома Украины, который влачит свое существование из-за слабой, недальновидной стратегии олигархов, которые всеми доступными коррупционными и иными средствами ограждали себя от альянса с ведущими европейскими или американскими, или японскими автомобилестроителями.

Они сознательно не пошли путем Словакии, которая вообще не имела своего автомобильного производства, а теперь является одной из ведущих стран Европы по производству автомобилей. У Украины были все возможности, чтобы последовать этому примеру, что могло привести к качественному преображению нашего автопрома. Если этого не сделали в кооперацией с Европой, то тщетно надеяться, что это будет сделано в кооперации с Россией. А если даже и предположить гипотетически, что это произойдет, то снова-таки, возвращаемся к старому вопросу: покупку автомобиля, чьего производства вы предпочтете? Вопрос риторический.

В конечном счете, Таможенный союз – это как бы попытка производителя заставить потребителя покупать что-либо без конкуренции, а по директиве структуры наднационального уровня, где контрольный пакет в руках Москвы. И такая наднациональная структура тем или иным способом будет отдавать предпочтение той или иной олигархической группе. И, конечно, эта олигархическая группа будет российской, а не украинской.


Стоит ли нам опасаться в будущем отказа от национальных валют?

Собственно говоря, еще в 1990-е годы Россия не скрывала, что, предлагая интеграционные модели на постсоветском пространстве, она достаточно четко указывает, что предполагается создание зоны свободной торговли, таможенного союза, единого экономического пространства, венцом которого будет создание валютного союза. И понятно, что здесь есть разительный контраст. Европейски Союз также имеет свой валютный союз, но Евросоюз заново создал и еврозону, и новую валюту – евро. Евросоюз не создавал валютный союз, например, на немецкой марке или французском франке, а Россия в принципе ведет речь о том, и не скрывает, что этот валютный союз в рамках единого экономического пространства должен использовать рубль как базовую валюту и расчетную единицу.

И, собственно говоря, тогда все становится на свои места – все это делается ради экономических интересов России. Россия это делает для себя. И понятно, что исходя из ее весовой категории, в рамках такой модели сложно на что-то рассчитывать. А для Украины это, соответственно, означает, что если мы пусть даже теоретически предположим, что раньше или позже придется отказаться и от всего, что имеем.

Беседовала Евгения Сизонтова

Версия для печати
Рекомендуем к прочтению

Финансовое Темновековье

Судьба существующей финансовой системы выглядит мрачно – когда исчезнут т.н. «резервные» валюты, мир погрузится в финансовые «Темные века»; причина этого – господство сверхкрупного спекулятивного капитала и его идеологии «монетарного фашизма», что ведет к вырождению денег. За последние 40 лет деньги получили тотальный контроль над всем и каждым из нас. Будущие поколения вступят в жизнь, обремененные долгами своих отцов. И это неизбежно. Это хуже, чем паутина или стая вампиров, это глобальная пандемия, которая заражает каждую ДНК.

Ученые, политики и эксперты всячески оправдывают социальное неравенство и ущерб, наносимый финансовым сектором государству. Когда безработица и сокращение производства начинают угрожать отношениям между государством и финансовым классом, то финансовый класс предлагает населению «затянуть пояса» и «жесткую экономию». За пределами США это же предлагают сделать другим странам МВФ, Мировой Банк и различные финансовые учреждения. Сегодня финансовый класс и банкиры развивают эту идеологию через СМИ и правительства с той же неистовостью, с какой действовала церковь в Темные Века: всякий усомнившийся считается «еретиком».

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Владимир Лупаций, исполнительный директор Центра социальных исследований "София"

Митний союз – це надто велика плата за тимчасові тактичні поступки

Валерій Чалий, Голова Громадської експертної ради при Комітеті Україна - ЄС, заступник генерального директора Центру Разумкова, заступник Міністра закордонних справ України (2009-2010 роки)

Вибір інтеграційної моделі Україна має зробити вже в цьому році

Лесь Герасимчук, культуролог

Потойбіччя

Олександр Вишняк, доктор соціологічних наук, директор фірми «Юкрейніан соціолоджі сервіс»

Митний Союз — правила гри на умовах його засновників

Олег Ногинский, представитель правления ассоциации «Поставщики таможенного союза»

Торговые войны между членами Таможенного союза невозможны

Сергей Дьяченко, энергетический эксперт

Россия в Таможенном Союзе является доминирующим государством

Ситник Світлана Володимирівна, кандидат політичних наук, доцент кафедри політичної аналітики і прогнозування Національної академії державного управління при Президентові України

Митний Союз: заманити у пастку

Сергей Толстов, Директор Института политического анализа и международных исследований

Для Украины сейчас вообще нет привлекательных перспектив

Тантели РАТУВУХЕРИ, кандидат политических наук, политолог

Есть ли альтернатива Таможенному Союзу?

Дмитро Боярчук, директор CASE-Україна

Довіри до Митного союзу немає через відсутність арбітра, який би адекватно розсудив Київ і Москву

Олександр Сушко, директор Центру миру, конверсії та зовнішньої політики України

Надежды на возможные дивиденды, которые можно получить от России, при вступлении в ТС, иллюзорны

Олександр Шморгун, канд. філос. наук, доцент, провідний науковий співробітник Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України, старший науковий співробітник Інституту європейських досліджень НАН України

Україна нічого особливого не отримає ані в ЄС, ані в Митному союзі

Андрей Колпаков, управляющий партнер Аналитической группы «Da Vinci AG»

Если мы откажемся участвовать в одном из надгосударственных проектов (восточном, западном - неважно) сегодня, мы в результате будем поглощены на значительно худших условиях позже

Олег Соскин, директор Института трансформации общества

2013 рік стане вирішальним стосовно вступу України до Митного союзу

Вадим Карасев, политолог, лидер партии «Единый центр»

Предлагаемый РФ Таможенный союз – это не союз, это путь к возрождению имперского образования, не интегрии, а империи, – это разные органы наднациональных образований

Ирина Клименко, зав.отдела внешнеэкономической политики НИСИ, кандидат экономических наук, старший научный сотрудник

Экономических причин стать членом ТС точно нет

Михаил Погребинский, политолог, политтехнолог, директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии

Еще несколько лет такой динамики, и экономика страны станет аграрно-сырьевой

Ярослав Матійчик, Виконавчий директор ГНДО "Група стратегічних та безпекових студій"

Заграваючи з Москвою офіційний Київ грає в «русскую рулетку»

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,064