В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

Вопросы безопасности как никогда актуальны и для Украины, и для Европы в целом. Попытки дискредитации действующей международно-правовой базы и пересмотра границ послевоенной Европы, нарушение суверенитета и территориальной целостности украинского государства, возникновение реальной угрозы безопасности для стран Центральной Европы, Балтийского и Черноморского регионов со стороны Российской Федерации – все эти факты на фоне глубокого кризиса международных институтов, призванных защищать их участников от внешней агрессии, засвидетельствовали кризис всей системы европейской безопасности, сложившейся после Второй мировой войны.

По сути, украинский кризис просигналил всей планете о попытке разрушения старого мироустройства. «Право силы» (даже если эту силу представляют «вежливые зеленые человечки») для нашего северного соседа оказалось более действенным аргументом, чем принципы и нормы международного права.

Мир встал перед необходимостью начать процесс создания новых международных правил игры, где совершенно по-новому будут «написаны» условия формирования политики безопасности на глобальном и региональном уровнях, усилятся требования к эффективности функционирования международных институтов безопасности, роли международного военного сотрудничества.

Ситуация осложняется еще и тем, что Украина была втянута в конфликт, в котором внешнему наблюдателю не всегда ясно, где черное, а где белое. Наша страна вынуждена наравне с традиционной вести еще и «гибридную войну», в которой противник использует разное, чаще всего уникальное сочетание гибридных угроз и тактик, нацеленных на различные аспекты уязвимости украинского государства.

События в Крыму и на Востоке Украины требуют от нашей страны осознания новых проблем в секторе национальной безопасности, смены представлений об угрозах и рисках. Системы выстраивания стабильности во внутренней и внешней политике устаревают на глазах. Украина может иметь сильный инструментарий для защиты своих интересов, но он оказывается неприменимым в новой обстановке.

Сегодня мы находимся только в начале осмысления этого процесса. Любая страна, борющаяся с гибридными угрозами, должна опираться на крепкую профессиональную армию, но она также должна иметь когнитивные способности, чтобы быстро адаптироваться к столкновению с неизвестным. Подобно древним спартанцам, нам придется учитывать постоянно изменяющиеся планы наших врагов и адаптироваться к все более сложным условиям и способам ведения войны, о которых мы не знали и на которые не рассчитывали.

Традиционное представление о национальной безопасности с точки зрения реальной политики не только устарело, но оно даже не хочет признать сложности проблем безопасности информационной эпохи 21-го века. Освоение новых технологий, выработка консолидированной позиции о системе угроз в сфере безопасности позволит выработать и реализовать наиболее адекватные времени ответы на вызовы.

Кроме того, украинское руководство должно не только осознать, но и принять как неизбежность, что в сложившихся условиях каждое государство должно само защищать свои границы от внешних и внутренних врагов. В переворачиваемом с ног на голову мире рассчитывать на союзников и гарантов, к сожалению, не приходится. И именно на Украину волею судеб возложена непростая миссия: выступить инициатором построения новой системы безопасности в Европе и, возможно, во всем мире.

В такой ситуации «Диалог.UА» считает необходимым освещение всего спектра наиболее актуальных проблем национальной безопасности, которые следует решать незамедлительно. Ибо снижение внутренней напряженности, достижение мира и создание эффективной системы национальной безопасности в Украине должно стать основным приоритетом развития нашего государства.

Свернуть

Вопросы безопасности как никогда актуальны и для Украины, и для Европы в целом. Попытки дискредитации действующей международно-правовой базы и пересмотра границ послевоенной Европы, нарушение суверенитета и территориальной целостности украинского государства, возникновение реальной угрозы безопасности для стран Центральной Европы, Балтийского и Черноморского регионов со стороны Российской Федерации – все эти факты на фоне глубокого кризиса международных институтов, призванных защищать их участников от внешней агрессии, засвидетельствовали кризис всей системы европейской безопасности, сложившейся после Второй мировой войны. Мир встал перед необходимостью начать процесс создания новых международных правил игры, где совершенно по-новому будут «написаны» условия формирования политики безопасности на глобальном и региональном уровнях, усилятся требования к эффективности функционирования международных институтов безопасности, роли международного военного сотрудничества.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Люстрация должна касаться только тех лиц, которые принимали решения, противоречившие Конституции и духу закона

10 сен 2014 года

События в Крыму и на Востоке, проведение АТО показали массу проблем в нашем секторе безопасности. Какие из них самые актуальные?

Я буду говорить только о ситуации в органах внутренних дел. Эти проблемы касаются в первую очередь статуса антитеррористической операции, статуса тех «милицейских» батальонов, которые сформированы самим МВД и которые, по сути дела, принимают участие в боевых действиях, а не в антитеррористической операции, названной так чисто формально. И тут мы столкнулись с проблемами законодательного обеспечения, поскольку оказались не готовы к тому, чтобы милиция в таком массовом количестве принимала участие, по сути, в длительных боевых действиях.

Второй вопрос относительно сектора безопасности связан с Европейским кодексом полицейской этики, согласно которому полицейские, которые находятся на территории, оккупированной вражеской страной, обязаны продолжать осуществлять все свои функции по охране правопорядка. И ни оккупационные власти, ни вновь вернувшиеся законные власти не вправе их осуждать за выполнение своих функциональных обязанностей. Но это касается исключительно оккупации и военных действий. В нашей ситуации мы имеем массу сотрудников милиции (5-7 тысяч), которые утверждают, что они на территории, которая контролировалась сепаратистами, продолжали выполнять свои функциональные обязанности. Как с ними поступать? Выгонять из органов внутренних дел за предательство профессиональных интересов, нарушение присяги, либо пользоваться нормами Европейского кодекса полицейской этики? Это правовой вопрос, и это то, что я могу прокомментировать в отношении национальной безопасности. Именно безопасности, потому что если мы уволим одновременно такое большое количество сотрудников правоохранительных органов на оккупированных территориях, то, во-первых, эти люди, наверное, пополнят ряды прокриминальных структур, и, во-вторых, возникнет вопрос заполнения вакантных должностей. А по сути дела, криминогенная ситуация, которая там и так не простая, будет еще более усугублена.


Нужны ли сегодня реформы в Министерстве внутренних дел, в среде милиционеров, внутренних войск? А если нужны, то на чем они должны базироваться на общегосударственном и местном уровне?

Реформирование было актуально и до этих чрезвычайных событий. Нынешняя ситуация является отличным катализатором для ускорения реформационных процессов, потому что мы дальше не можем жить с такой милицией. Она должны быть новая: более эффективная, более простая в управлении, более профессиональная. Тут есть две точки зрения. Одни говорят, что не время для реформ, потому что у нас война, а другие говорят, что как раз во время войны традиционно разрабатываются лучшие технические инновации, которые делают прорыв в науке и технике. Я также считаю, что «военное» время – прекрасный период для того, чтобы реформировать все старое, которое нам мешает работать и двигаться вперед.

А реформа должна заключаться в том, что, во-первых, мы сейчас должны определиться, какую модель мы берем для развития нашей милиции. Сейчас мы рассматриваем МВД как министерство именно милиции, а на самом деле в европейских структурах МВД – это объединение несколько ведомств, и полиция – только одно из них. МВД в таком случае не ассоциируется в первую очередь с полицией как таковой, а понимается как Home office, т.е. министерство, которое занимается внутренними делами государства в широком понимании, где полиция занимает свой отдельный и отнюдь не доминирующий сектор. Если мы примем такую модель, то мы должны прекрасно понимать, что нам нужен министр МВД не как профессионал-полицейский, работающий на этой должности длительный период, а как политик, временно выполняющий свои функции. Одновременно нам нужно определиться, какие ведомства нужно включать в состав МВД. Например, где должна быть Национальная гвардия – в Министерстве обороны, где и должны находиться все военные подразделения, либо мы даем МВД право иметь свою маленькую армию в виде Национальной гвардии.

Естественно, проблема разделения милиции по признаку национального и местного уровня управления тоже является актуальным. И самый основной вопрос в этой сфере состоит в том, кем будет назначаться местная милиция и в чьем подчинении она будет находиться. То ли в подчинении исключительно местных органов самоуправления, то лив двойном подчинении - Министерства внутренних дел и местных органов самоуправления.


А как в будущем должно работать государство или местные органы самоуправления, чтобы не было примеров того, что милиция переходит на сторону сепаратистов или не выполняет свои функции? Как можно сделать милицию патриотической структурой?

Для того, чтобы люди в принципе не переходили на другую сторону, они должны понимать, что в случае перехода они потеряют больше, нежели приобретут. Это и социальный статус в обществе, это и социальные льготы, которые получает семья полицейского в виде долгосрочных кредитов, льготных кредитов для обучения в университетах детей, то есть те социальные льготы, которые в большинстве стран приняты. У нас часть из них задекларирована, но не выполняется, и если их реализовывать, то тогда будет меньше примеров «непатриотического» поведения правоохранителей.


А нужна ли люстрация в силовых структурах? Как именно она должны выглядеть?

Это больной вопрос. Люстрация, конечно, необходима, хотя мы и потеряли драгоценный момент для ее проведения. Люстрация должна касаться исключительно тех лиц, которые принимали решения, противоречившие Конституции и духу закона. То есть, относительно милиции это касается высшего руководящего состава на уровне министерства, областных управлений, и возможно, городских управлений. Да, для них люстрация необходима, а для всех остальных, я считаю, должна быть не люстрация, а переаттестация и создание такой системы работы, в которой, скажем так, милиционеры постсоветской эпохи смогут работать, если перестроятся ментально.

Так было во всех полицейских системах Европы, когда старые полицейские занимали вновь свои места, а потом, почувствовав, что они в новых условиях, в новом формате не могут выполнять свои обязанности, уходили. Причина была, на первый взгляд, проста - они были морально не готовы и не могли заставить себя что-либо делать, например, улыбаться гражданам и не наказывать их, как они привыкли это делать на протяжении всей своей карьеры. Поэтому люстрация должна быть ограниченной, для определенного круга лиц, и с определёнными условиями. Всем нам нужно четко понимать, за что мы подвергаем люстрации конкретного человека, и, естественно, при люстрации должны быть предоставлены аргументированные ее основания. По сути, это напоминает по своей обоснованности судебный процесс.


А касательно муниципальной милиции? Есть ли ее развитие риском для объединения страны? И нужно ли ее развивать?

Местная полиция всегда являлась большим камнем преткновения, потому что это всегда риск для единства и целостности государства в силу того, что каждый местный начальник, мэр либо еще кто-то всегда желает видеть ту полицию или милицию, которая, как он считает, полностью ему подчинена, выполняет его указания и работает, естественно, в его бизнес интересах или политических интересах. Это недопустимо с точки зрения закона, но попытки местного руководства иметь свою карманную полицию всегда были.

В тоже время, многие страны этот болезненный период уже прошли – с коррупционными скандалами, публичными расследованиями, сменой и арестами высокопоставленных чиновников. Это своего рода ветрянка, которой нужно просто переболеть в детстве, и дальше развиваться здоровым. Нам же это только предстоит, мы только обсуждаем эти проблемы, поэтому с такой большой опаской и относится большинство экспертов к созданию местной милиции. Все понимают, что она вроде как нужна, но никто не может предложить действенных механизмов контроля над местной милицией таким образом, чтобы она действительно не обслуживала интересы отдельно взятого мэра или губернатора.


А частные правоохранительные структуры? Какую роль они играют сейчас, и какую роль могут играть в будущем в системе безопасности Украины?

Тут ничего не меняется. Все те же функции они и должны выполнять.


Как Украине можно адаптироваться к новым вызовам, и какими должны быть основные направления реформирования правоохранительных органов в нашей стране?

Основные направления реформирования милиции должны быть такими: во-первых, деполитизация, то есть создание механизмов, когда ни один политик не может руководить органами внутренних дел, равно как и органы внутренних дел никоим образом, ни при каких условиях не должны выполнять политически окрашенных заказов. Только закону они должны подчиняться.

Второе направление – это демилитаризация. Это означает, что из деятельности органов внутренних дел максимально должны быть выведены элементы, связанные именно с военным мышлением и армейскими порядками. Например, это практика применения силы сразу на поражение с максимальным результатом, естественно ведущее к смерти того, по отношению к кому приходится применять силу. Антонимом милитаризации является «сервисная модель» работы полиции, когда полиция должна обслуживать интересы граждан, руководствоваться проблемами, которые есть в обществе, а не теми интересами и показателями, которые полиции спускают сверху, как это до этого было.

И третье, главное направление – это децентрализация, то есть передача прав областным управлениям в той части управленческих решений, которые касаются кадровой политики, планирования текущей деятельности, распределения имеющихся финансов. Таким образом, мы сможем развивать местные инициативы и говорить о том, что милиция Волыни больше соответствует проблемам и потребностям населения этого региона, а милиция Одессы – выполняет, допустим, несколько иные задачи и уделяет больше внимания тем функциям, которые актуальны для населения Одесской области.

Перечисленные принципы - деполитизация, демилитаризация, децентрализация - своего рода три кита, на которых зиждется современная европейская полицеистика в области реформ.


Беседовала Евгения Тхор

Версия для печати
Рекомендуем к прочтению

Родился бедным? Тебе не повезло!

Артерии и «социальные лифты» общества закупориваются. Шансы карьерного роста, социальная мобильность снижается, и, что еще хуже, падает доверие людей друг к другу, что заметно среди всех классов общества, но более всего – среди бедных. Столь восхваляемый «гибкий рынок труда», означает лишь мир, в котором такая принципиально важная вещь, как профсоюз, оказывается не у дел, а с работниками обращаются как с собственностью. Это представляет смертельную угрозу семьям рабочих, и их шансам дать своим детям вдохновение и жизненные силы.

В Британии становится все меньше социального разнообразия и знаний: в условиях нынешнего капитализма компетентные люди просто не могут никуда пробиться; они становятся жертвами социальных предрассудков и настроений. Они просто не знают, что делать, поскольку эффективная государственная политика должна идти вразрез с господствующими инстинктами консерваторов.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Олександр Сушко, директор Центру миру, конверсії та зовнішньої політики України

Роками сектор безпеки України розвивався дуже диспропорційно

Вячеслав Потапенко, главный советник Института стратегических исследований «Нова Україна»

Главная проблема безопасности – бессистемность

Константин Машовец, эксперт Центра военно-политических исследований, подполковник Вооруженных сил Украины

Реформировать нужно все – от штатов подразделений до основ военной политики государства

Олексій Мельник, співдиректор програм зовнішньої політики та міжнародної безпеки Центру Разумкова

Стратегія національної безпеки і воєнна доктрина мають бути прийняті лише після комплексного огляду сектору безпеки

Тарас Жовтенко, експерт з проблем національної безпеки, автор суспільно-політичних видань

Будапештський меморандум не спрацював тому, що він був, власне, ТІЛЬКИ меморандумом – без будь-якого натяку на конкретні механізми реагування на його порушення

Жовніренко Павло, голова правління Центру стратегічних досліджень

Якщо Росії вдасться зруйнувати існуючу систему міжнародних відносин, то без масштабної війни - і швидше за все світової - не обійтися

Микола Cунгуровський, директор військових програм Центру ім. Разумкова

Неготовою виявилася не лише Україна, але й уся міжнародна безпекова спільнота

Василь Мокан, кандидат політичних наук, експерт Аналітичної групи «Левіафан»

Події в Україні реанімували єдину Європу і НАТО

Ярослав Матійчик, виконавчий директор ГНДО "Група стратегічних та безпекових студій" (Київ, Україна)

Світ ризикує зануритися у пітьму епохи «права сили»…

Ігор Семиволос, директор Центру близькосхідних досліджень, історик, політолог

Війна пришвидшує формування нової української ідентичності, але не можна все пускати на самоплив

Володимир Огризко, міністр закордонних справ України (2007 - 2009 рр.)

У нас немає сектору безпеки

Олександр Палій, політолог, кандидат політичних наук

Росія в будь-якому випадку націлена атакувати Україну

Віктор Чумак, голова Комітету ВР з питань боротьби з організованою злочинністю і корупцією, кандидат юридичних наук, доцент, генерал-майор юстиції

«Насправді нинішня війна – це реальна реформа силового блоку України»

Леонид Поляков, главный советник Института стратегических исследований «Новая Украина»

Лучший друг Украины – сильная и современная армия

Олексій Куроп`ятник, експерт з питань національної безпеки "Майдану закордонних справ"

Має реалізуватися принцип, що основне завдання муніципальної поліції – запобігання та попередження злочинам

Оксана Маркеева, главный советник Института стратегических исследований «Новая Украина».

Обуздание коррупции – ключевая задача национальной безопасности

Михайло Георгійович Вербенський, спікер – начальник Головного штабу МВС України

Характерною рисою сучасних поліцейських систем, є їх певне відокремлення від системи органів виконавчої влади

Богдан Яременко, дипломат, голова правління фонду «Майдан закордонних справ»

Існування демократичної України, непідконтрольної керівництву Росії, не сумісне з його життєвою філософією

Валентин Бадрак, директор Центру дослідження армії, конверсії та роззброєння

Сьогодні у нас створилися унікальні умови для того, щоб створити і розбудувати нову армію сучасного типу

Євген Жеребецький, експерт з питань державної та міжнародної безпеки.

Найскладніша проблема України - з мисленням найвищого державного керівництва

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,161