В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Славянские миры: цивилизационный выбор

Еще перед началом избирательной кампании неоднократно звучала мысль, что нынешние выборы президента Украины – это цивилизационный выбор для нашей страны. До второго тура выборов было не ясно, воспользуется ли Украина шансом повторить опыт западных славян и предпочесть европейский выбор "евразийскому"? Ведь если в ближайшее время Украина не сумеет выработать и защитить собственную социокультурную стратегию полноправного субъекта европейской интеграции, ей будет навязан иной выбор. Не исключено, что этот выбор опять будет рядиться в тогу славянства, которой Российская империя вот уже третье столетие прикрывает свои притязания на господство в регионах, населенных славянскими народами.

Украина, расположенная между тремя цивилизационными центрами, всегда получала импульсы к развитию или точки притяжения извне. Не исключено, что политическая ситуация, сложившаяся в нашей стране после президентских выборов 2004 года, сможет дать новый импульс всему постсоветскому пространству для качественного переформатирования и появления на нем принципиально новых проектов. Возможно, сегодня наша страна могла бы предложить и свой вариант учета региональных интересов на базе украинской версии славянской идеи.

В Киеве, в 2004-м родилась новая славянская демократия XXI века. После оранжевой революции можно поверить, что разговоры о нашем особом месте в мировой цивилизации — это уже не романтическая славянофильская или евразийская риторика, а реальная альтернатива дальнейшего развития. Именно украинская версия славянского мира, лишенная элементов восточного панславизма, позволила бы синтезировать столь разные ценности, присущие славянам, живущим в различных геополитических и цивилизационных средах – их веру, культуру, обеспечение прав и свобод.

Родство славянских народов могло бы сослужить им хорошую службу в эпоху глобализации. При этом украинская версия славянской идеи позволила бы нашей стране встраиваться в различные европейские проекты, получая все лучшее, что есть у ее славянских «соплеменников», и делясь с ними наработками своей культуры и науки, своими традициями и возможностями.

Наш новый диалог – о славянской идее вчера, сегодня и, возможно, завтра.

Свернуть

Украина, расположенная между тремя цивилизационными центрами, всегда получала импульсы к развитию или точки притяжения извне. Не исключено, что политическая ситуация, сложившаяся в нашей стране после президентских выборов 2004 года, сможет дать новый импульс всему постсоветскому пространству для качественного переформатирования и появления на нем принципиально новых проектов. Возможно, сегодня наша страна могла бы предложить и свой вариант учета региональных интересов на базе украинской версии славянской идеи.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Словосочетание «быть европейцем» имеет для средних словаков политическое значение, а «быть славянином» – этническое

 

Александр Дулеба, директор исследовательского центра Ассоциации внешней политики Словакии

Славянские народы могут быть обозначены как этническая общность на основании своих общих этнолингвистических характеристик, некоторых сходных традиций и т.д., но с политической точки зрения это не имеет никакого значения

1 мая 2004 года Словакия стала членом Европейского Союза. Повлияло ли это событие на самоидентификацию словаков? Кем, прежде всего, чувствуют себя граждане современной Словакии: словаками, славянами, европейцами?

Если говорить и об «этнической» и о «национальной» идентичностях, то этнические словаки чувствуют себя, прежде всего, словаками, и это для них является очевидным и не подлежит обсуждению. Но, не стоит забывать, что Словакия многонациональная страна, в которой словаки составляют лишь 80% от общей численности населения. В то же время стоит заметить, что многие представители этнических меньшинств Словакии, например, чехи, русины, украинцы, хорваты, поляки и др. разделяют словацкую «национальную идентичность», состоящую в принадлежности к словацкому гражданству. Это им никак не мешает идентифицировать себя с другими этносами, отличимыми от словаков. Однако это не столь явно проявляется у этнических венгров, живущих в Словакии. Таким образом, можно провести четкое разделение между политическим/национальным компонентом идентичности представителей некой социальной группы и этническим компонентом, которые, в свою очередь, далеко не всегда совпадают.

Это явление можно наблюдать и при попытке найти соотношение славянской и европейской идентичностей у современных словаков. Прежде всего, славянская идентичность также является для словаков очевидной и не подлежит обсуждению, что ничего не значит для политики, но является важным компонентом этнической идентичности. В то же время «быть европейцем» для среднего словака не имеет никакого значения в этническом плане, но относится к политической идентичности и пониманию того, что его нация/государство принадлежит к семье наций Европейского Союза. Таким образом, «быть европейцем» имеет для средних словаков политическое значение, а «быть славянином» – этническое. Представитель хорватского национального меньшинства в Словакии скажет, что он/она является словаком, если его спросят о «политической идентичности», но ответит «я хорват/хорватка» на вопрос о своей этнической идентичности. Такие же соображения будут характерны для словака, признающего свою «европейскую идентичность».

Можно ли вообще в современных условиях рассматривать славян как некую общность? Что такое «славянский дух»? Является ли он частью словацкого менталитета?

Славянские народы могут быть обозначены как этническая общность на основании своих общих этнолингвистических характеристик, некоторых сходных традиций и т.д., но с политической точки зрения это не имеет никакого значения. Трудно сказать, что значит выражение «славянский дух». Если понимать его как чувство «быть славянином», то я бы сказал, что да, он является неотъемлемой частью словацкой этнической идентичности. Я бы не стал говорить об общем славянском менталитете, поскольку у разных славянских народов он довольно разный.

Создается впечатление, что среди современных славян образовывается два мира: западный, состоящий из членов и кандидатов на членство в ЕС, и восточный, который остается за пределами Евросоюза (сюда входит Украина)? Каковы могут быть последствия такого разделения?

Вы спрашиваете о появлении нового разделения Европы, но не думаю, что это каким-либо образом свидетельствует о появлении двух славянских миров. В прошлом никогда не существовало ничего, напоминающего славянский мир, был только коммунистический блок, который, впрочем, объединился не основе славянской идентичности. Если же заглянуть в докоммунистический период истории, то там не было ничего наподобие «Единого славянского мира в Европе». Уверен, что все бывшие коммунистические государства столкнулись за эти годы с похожими вызовами и проблемами, связанными с посткоммунистической модеринизацией, которая состоит в политических, экономических и социальных изменениях. Однако не имеет никакого значения, является ли большинство населения в этих странах славянами по происхождению или нет. Новое разделение Европы по принципу «мир стран-членов ЕС» и «мир стран-нечленов ЕС» никоим образом не соотносится с этническими идентичностями славянских народов.

Однако до недавнего времени Европейский Союз представлял собой объединение преимущественно романо-германских народов. Каким образом может измениться его социокультурный облик с присоединением к ЕС славянских государств? Способны ли славяне создать свой образ Европы, альтернативный западному?

Я не вижу смысла в создании чего-то похожего на славянскую модель Европы, представляющей собой альтернативу «западной модели». В чем она может состоять? Будет ли это «славянская модель» посткоммунистической модернизации, более эффективна в плане демократических, экономических и социальных преобразований? Если да, то чем же она будет отличаться от существующего политического и экономического режимов, общих для стран-членов ЕС?

Возьмем, например, украинские самолеты, которые хороши везде – в России, Украине, Германии, Италии, Словакии и т.д. Их качество является общепризнанным феноменом. Русские или немцы могли бы произвести самолеты лучше, но они не смогут на сегодняшний день создать альтернативу украинским самолетам, поскольку альтернативой хорошему самолету может быть только плохой самолет.

И, наконец, если говорить о гуманитарных вопросах (языковых, культурных, религиозных), то все страны-члены Евросоюза в этом плане полностью автономны. Не существует никакой связи между членством Словакии в ЕС и тем, что делают у себя немцы или французы в гуманитарной сфере, и наоборот.

Тогда какие формы должно, на Ваш взгляд, иметь межславянское сотрудничество? Стоит ли его проводить исключительно в культурно-образовательном плане, или же оно способно вылиться в экономические, политические союзы?

Я не вижу никаких особых форм для взаимодействия славянских народов, которые бы отличались от сотрудничества между славянскими и неславянскими странами. Все формы международного общения должны отвечать национальным интересам государств.

Беседовала: Оксана Гриценко

Версия для печати
Рекомендуем к прочтению

Родился бедным? Тебе не повезло!

Артерии и «социальные лифты» общества закупориваются. Шансы карьерного роста, социальная мобильность снижается, и, что еще хуже, падает доверие людей друг к другу, что заметно среди всех классов общества, но более всего – среди бедных. Столь восхваляемый «гибкий рынок труда», означает лишь мир, в котором такая принципиально важная вещь, как профсоюз, оказывается не у дел, а с работниками обращаются как с собственностью. Это представляет смертельную угрозу семьям рабочих, и их шансам дать своим детям вдохновение и жизненные силы.

В Британии становится все меньше социального разнообразия и знаний: в условиях нынешнего капитализма компетентные люди просто не могут никуда пробиться; они становятся жертвами социальных предрассудков и настроений. Они просто не знают, что делать, поскольку эффективная государственная политика должна идти вразрез с господствующими инстинктами консерваторов.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Радован Ванер, директор Чешского центра в Киеве

«Идея славянства сейчас не так популярна в Чехии, как раньше»

Віктор Петрович Яновський, Перший віце-президент Торгово-промислової палати України

“Немає підстав говорити про специфічність економічних відносин між слов’янськими країнами”

Борис Парахонський, доктор філософських наук, завідуючий відділу Інституту проблем міжнародної безпеки при РНБО

Питання ідентичності не можна охопити слов’янською атрибутикою

Адам Чарнота, слов’янин польсько-австралійський, професор Університету Сідней, Австралія.

Слов’янство повинно спиратися на універсальні цінності

Микола Ярмолюк, радник Міністерства закордонних справ.

Культурне різноманіття – природний спадок слов’ян

Кость Бондаренко, политолог

Славянская Европа для нас – реальная альтернатива

Борис Драгін, журналіст, заступник головного редактора газети польської нацменшини України

„Поглиблення співпраці між слов’янськими країнами має сенс, на мою думку, лише на двосторонній основі”

Іван Стоянов, доктор філологічних наук, професор кафедри слов’янської філології Київського славістичного університету

„Треба входити до європейської спільноти зі своїм власним почерком, зі своєю неповторністю”

Степан Віднянський, доктор історичних наук, старший науковий співробітник Інституту історії НАН України.

Політичне слов’янство протистоїть “поверненню до Європи”

Алексєєв Юрій Миколайович, ректор Київського славістичного університету.

Слов’янський етнос залишається найбільшим у Єдиній Європі

Прімож Шеліго, посол Словенії в Україні

„Ми, словенці, завжди усвідомлювали свою безпосередню причетність до сім’ї слов’янських народів”

Василь Махно, український поет

Дух слов’янства

Игорь Ляльков, председатель Белорусского Шумановского Общества, председатель Редакционного совета журнала «ЭўраБеларусь»

Славянский фактор по-белорусски

Емілія Ченгелова, соціолог, науковий співробітник Інституту соціології Академії наук Болгарії, Софія.

Слов’янська єдність можлива тільки в європейському контексті

Аркадиуш Сарна, эксперт Центра Восточных Исследований, Варшава

Глобальная перспектива более прогрессивна, чем славянская

Ян Кочи, директор представительства компании Schindler Ukraine

Маятник качнется в сторону Украины

Сергей Борисович Крымский, философ

Украина может стать центром влияния. Но только в отдаленной перспективе.

Леонід Зашкільняк, зав. кафедри історії слов’янських країн Львівського національного університету імені Івана Франка, доктор історичних наук, професор

Міф про третій шлях „Слов’янської ідеї”

Мілета Продановіч, художник, Сербія.

Страх вестернізації

Владимир Богданов, социолог, РФ

Не надо прикрывать «славянством» олигархат и алчность

Нікола Йордановскі, доктор історії, Македонія

Ми настільки ж подібні, наскільки і різні

Валерій Яровий, доктор історичних наук, професор

Слов’яни є не етнічною, а мовною спільнотою

Наталя Яковенко, доктор історичних наук, професор

„Коли говорити про сучасних слов’ян, то спільне між ними лише те, що вони більш-менш можуть порозумітися”

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,045