В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

В современных ролевых играх и тренингах социо- и психодраматические техники используются в целях обучения личности более эффективному поведению в ситуациях, в которых человек или группа людей испытывает затруднения, предоставляя им возможность получения опыта, приобрести который в настоящий момент в реальной жизни для данного клиента маловероятно.

Собственно, социодрама – это ролевая игра, метод которой предназначен для работы с межгрупповыми отношениями и коллективным мировоззрением, драма для людей, рассматривающих вопросы, относящиеся к некой социальной единице, является ли это группой лиц, отдельным государством, сообществом или человечеством в целом. А поскольку социодрама используется для воспроизведения и исследования в действии социальных групп – команд, организаций, национальных/интернациональных систем, ее вполне можно использовать для изучения, диагностики, планирования и проверки возможностей социума для последующего применения в реальной жизни.

Начиная наш диалог «Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС», мы приглашаем всех заинтересованных игроков взять на себя роли, которые мы уже сыграли, играем или собираемся играть в Европейском сообществе, взглянуть на себя и глазами среднего европейца, и лидера европейского государства, и высокопоставленного чиновника Евросоюза. Мы хотели бы оценить свои собственные возможности и устремления такими, какими они видятся на сегодня и какими станут через 10, 15, 20 лет, когда вопросы европейской интеграции приобретут для Украины новое звучание и новое смысловое наполнение.

Интеграция Украины в ЕС – тема весьма актуальная, говорят и пишут о ней очень много. Но едва ли не впервые за последние (постсоветские) годы у нашей страны появился свой общеукраинский ПРОЕКТ – «проект Европа». А это означает, что появилась цель и появилась перспектива. Это означает также, что растет значение общего гражданского усилия, наметилась мобилизация общества. Это также и период «взросления» нашей страны, когда от этапа жесткого отрицания/игнорирования/борьбы с ветряными мельницами мы переходим к созиданию, созиданию своей собственной страны. Это стало реальной ценностью, реальной ролью для миллионов наших сограждан.

Но:

– интеграция – это большая и кропотливая работа, прежде всего для Украины;

– поскольку перспектива вступления Украины в ЕС носит долгосрочный характер, необходим анализ перспектив самого Европейского Союза, а также характер отношений, которые складываются между странами ЕС в экономике, политике. Политикум и бизнес Украины должны не только знать и понимать проблемы и противоречия ЕС, но и учиться «чувствовать контексты», глубоко и всесторонне понять его цели и предназначение;

– пока, на волне евроэйфории, не принято обсуждать те перемены, которые ждут Украину на пути в ЕС, никто не взвешивает преимущества и недостатки, а также не учитывает риски, которые просто неизбежны и это грозит весьма серьезным разочарованием. Захотим ли мы стать гражданами единого государства ЕС через 10-15 лет?

- евроинтеграция выглядит скорее как бизнес- и дипломатическая стратегия. Отсутствует важнейшая составляющая – социальная стратегия.

Двигаясь по пути интеграции в ЕС, Украине необходимо также найти ответы на вопросы: Что Украина может дать Европроекту? Почему ЕС должен быть заинтересован в присоединении нашей страны?

Пока же ни у стран ЕС, ни у Украины нет видения украинского вклада в общую организацию, хотя никто не лишал Украину права предлагать ЕС не только свои ресурсы, но и свои проекты. Но для того чтобы сделать Европе предложение, от которого ей будет трудно отказаться, следует изменить – как извне, так и изнутри – статус Украины как «просителя». Это, возможно, самая трудная роль, но чем скорее мы научимся ее играть, тем скорее Украина сможет получить шанс продемонстрировать свои возможности сделать свой вклад в развитие Европейского сообщества. И об этой роли нужно вести дискуссию, прежде всего, в нашей стране.

Украине еще только предстоит освоить опыт стран уже вошедших в ЕС в отстаивании собственных национальных интересов, а также в поисках взаимоприемлемых компромиссов.

Однако пока украинский бизнес не станет «заказчиком» евроинтеграции Украины, а экономика Украина не будет готова стать частью евроэкономики, вряд ли прекрасная евросказка станет былью. До тех пор, пока Украина не начнет диверсифицировать свои отношения со странами ЕС, развивая их не только на государственном, но и на корпоративном уровне, наш путь в Евросоюз будет весьма проблематичным. Статистика свидетельствует, что с вступлением Центральноевропейских стран в ЕС, торгово-экономическое сотрудничество Украины с ЕС опередило традиционного для Украины лидера – страны СНГ. Таким образом, ЕС становится крупнейшим торговым партнером Украины. И эти отношения нужно развивать и стимулировать, эту роль Украине необходимо сделать свои вторым «Я», если власть не только декларирует свои евроинтеграционные намерения, но и намерена их реализовать.

Поставленная нашей страной цель вхождения в ЕС может кроме всего прочего послужить также и ресурсом для консолидации внутренних сил и решения возникших в ходе «оранжевой революции» противоречий. Речь идет прежде всего об активном привлечении регионов Украины к формированию и реализации политики по интеграции в структуры ЕС, а также налаживания прямых межрегиональных отношений с регионами стран-членов ЕС.

Преимущества евроинтеграции со временем должен ощутить КАЖДЫЙ гражданин Украины, также как и понять/осознать/почувствовать себя европейцем. Роль европейца должен уже сегодня примерить на себя каждый из нас. Попробуйте, и вам понравится, говорит реклама. Но так ли это на самом деле? Комфортно ли будет в Европе «європейцю українського походження»?

Сознательная информационная политика украинской элиты, способствующая трансляции информационных ресурсов и «месседжей» из ЕС, вплоть до создания единого информационного поля уже не просто веление времени, это жизненная необходимость. Упрочение/укоренение общеевропейских ценностей в противовес постсоветской ностальгии и потребительскому отношению к нашему «походу в Европу» остается не менее важной задачей/ролью для нынешнего украинского руководства. Но для этого и украинские «верхи» должны взвалить на себя эту роль, войти во вкус, захотеть жить по-новому, строить/налаживать новые, европейские механизмы функционирования государства и его взаимодействия с обществом, разблокировать перспективы ускоренной модернизации украинского общества.

Главное, чтобы наш «поход» в ЕС не стал очередным блефом той части элиты, которая пришла к власти, дабы не проводить внутренние реформы. Чтобы это не стало уходом от внутренних проблем во внешние «перспективы без перспективы».

В самый разгар холодной войны отец современной социометрии Якоб Леви Морено выступил с идеей организации прямого диалога двух мировых лидеров – Эйзенхауэра и Хрущева, в ходе которого предложил им обменяться ролями, применив основной прием в социопсиходраме – дублирование, обмен ролями, «зеркало». В то время социодрама уже использовалась Морено для работы по терапии социальных конфликтов, предотвращению глобальных противостояний и войн.

Наши задачи не так критичны, но и не менее значимы. Сегодня перед Украиной реально стоят вопросы европейской интеграции, обретения статуса страны с рыночной экономикой, облегчения визового режима, членства в ВТО, создания зоны свободной торговли и реального приближения к европейским структурам. Нам предстоит большая работа над собственным законодательством, повышением жизненного уровня наших граждан, приобщение к лучшим достижениям европейской и мировой науки, культуры, социального и политического обустройства собственной жизни. Это работа даже не на ЕС, а на самих себя.

Может это и есть главная и лучшая наша роль?!

Тимошенко уверена, что Украина станет членом ЕС (15-04-2005 12:27), Эксперт-центр

Премьер-министр Украины Юлия Тимошенко верит, что Украина станет членом Европейского Союза.

В интервью всемирной службе Би-Би-Си, Ю.Тимошенко заявила, что "энтузиазм, с которым взялись за дело президент Украины и правительство, обязательно увенчается успехом".

"Если не возникнет проблем с организацией внутреннего жизни ЕС, и положительно завершатся референдумы по принятию Европейской Конституции, я уверена, что народы всех стран Евросоюза поддержат привлечение Украины к европейскому дому. Я верю в это, потому что вижу, как сейчас народы европейских стран принимают нашего президента. А так как политики в демократических странах прислушиваются к мнению своих народов, то мне кажется, что Украина очень скоро и органично присоединится к ЕС, и это пойдет на пользу им обоим", - сказала она.

Вместе с тем, она затруднилась сказать, когда это может произойти. "Трудно сказать. Важно следить, как будут развиваться события в самом Союзе. Но я уверена, что в Украине нет ни политических, ни законодательных, ни территориальных препятствий, одним словом, нет ничего такого, что бы могло стать препятствием вступления в Евросоюз", - подчеркнула Ю.Тимошенко.

Свернуть

Начиная наш диалог «Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС», мы приглашаем всех заинтересованных игроков взять на себя роли, которые мы уже сыграли, играем или собираемся играть в Европейском сообществе, взглянуть на себя и глазами среднего европейца, и лидера европейского государства, и высокопоставленного чиновника Евросоюза. Мы хотели бы оценить свои собственные возможности и устремления такими, какими они видятся на сегодня и какими станут через 10, 15, 20 лет, когда вопросы европейской интеграции приобретут для Украины новое звучание и новое смысловое наполнение.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

«Мы уже имели европейскую жизнь во времена Советского Союза»

Устремленность в ЕС для многих наших граждан является выражением ностальгии по советским временам, когда СССР демонстрировал византийский вариант той самой бюрократической и нормативной системы, которая сейчас существует в Евросоюзе в более демократичной форме

Наша новая власть четко взяла курс на европейскую интеграцию. Действительно ли вступление в ЕС является наилучшим вариантом для Украины?

Оценка качества выбора лучшего варианта, в первую очередь, зависит от критериев, которыми мы руководствуемся. Если смотреть через призму того выигрыша, который страна получила бы в результате вступления в ЕС в ближайшем будущем, то такой вариант выглядит действительно наилучшим. Но он нереален и в силу этого не может быть конструктивным. Ориентация на иллюзии может дать временный моральный подъем, но в долгосрочной перспективе приведет к апатии и депрессии.

На мой взгляд, чтобы провозглашенный курс был ясен и понятен, следует ответить на три вопроса: что задекларировали, что думают те, кто декларировал, и что за этим стоит. За заявлениями о европейском пути лежит тот факт, что большей части наших политиков комфортнее работать с западными коллегами, да и наши МИДовцы первым делом ищут возможность попасть в посольства европейских стран, а страны СНГ и Востока у них явно не в почете.

Кроме того, у нас принято считать, что как только мы присоединимся к тому миру, то станем жить точно так же, как и он. Общественное же мнение, ратующее за вступление в Евросоюз, базируется на чисто иждивенческих позициях, что, мол, Европа нас накормит, научит и покажет, как жить. И это уже стереотип. Более того, такие представления связаны с мифологической ориентированностью сознания людей, прошедших в 90-е годы через сложные процессы общественной трансформации. Отсюда ожидания «манны небесной», в которых ЕС представляется тем светлым будущим, к которому необходимо стремиться. К тому же, активно проговаривается мнение о том, что мы являемся исконными носителями европейской системы ценностей: мы уже были в Европе, что по своей сути мы европейцы, вот только «отмойте» нас. Такой социокультурный подход характерный для творческой интеллигенции, а также для части украинского политикума. Однако все эти представления оторваны от реальности и обращены, с одной стороны, к далеким историческим аналогам, с другой, – к собственным эмоциональным представлениям о Европе.

А в чем же тогда состоят наши реалии? Мы же действительно являемся европейской страной.

Географически да. Однако, организация нашей общественной жизни, пространство, в котором мы живем, совершенно не европейское. В частности, инфраструктура, среда обитания людей в любой европейской столице сильно отличается от Киева.

Кто же мы тогда?

Мы являемся теми, кем мы есть. Между нами и западными европейцами существуют отличия цивилизационного уровня. Нынешняя Единая Европа – суть продукт западноевропейской, католической цивилизации. Большая же часть украинцев – представители православной, восточноевропейской цивилизации. И глубинные отличия действительно существуют. В частности, Европа рациональна и рассудительна. Для западноевропейской ментальности характерно особое отношение к накоплению, счету, стремление нормировать свою жизнь, обойти экстремальные ситуации. Подтверждением тому является тот факт, что во время Второй мировой войны до 1941 года Европа воевала, практически ничего не разрушая. Немцы прошли всю Европу без особых сопротивлений, и лишь когда в войну вступили США и СССР, началось настоящее противостояние.

В свою очередь, для нас, восточных европейцев, более значима система моральных и нравственных ценностей. Здесь никто особо не считает – от того и рыночные отношения в загоне. Более значима эмоциональная сторона человеческих отношений. Поэтому, когда европеец все тщательно просчитывает, и ежегодно забивает по гвоздику, чтобы за сто лет что-то построить, у нас все возводится за месяц и разрушается за день. Еще с древних времен для праукраинцев (представителей Трипольской культуры – ред.) характерно было строить, а через определенное время сжигать старые поселения и на новом месте создавать новые. То есть, существовала ориентация на цикличность возрождений.

В то же время для Европы характерна «умеренность, аккуратность и постоянство». Европа уже прошла свой этап пассионарного подъема – взлеты и революции, и теперь демонстрирует неэнергетическое поведение. Никаких резких телодвижений европейцы уже не делают, а ключевой ценностью считают стабильность. Мы же революционны и энергичны – шумим, строим кому-то козни, отвечаем на козни других. Таким образом, Европа – это старик, который сидит на мешке с богатством, а Украина – девушка-крестьянка, копающаяся в земле и желающая жить, как этот «старик». Но наши желания несопоставимы с нашими возможностями.

Что же нам делать с таким несоответствием?

В принципе, мы уже имели европейскую жизнь во времена Советского Союза. Если не принимать во внимание его византийские корни, то увидим, что СССР демонстрировал такую же бюрократическую, нормативную систему, которая сейчас существует в Евросоюзе. Поэтому, стремление в ЕС в некотором роде является для наших граждан выражением ностальгии по советским временам. Украинцам не нравилось в СССР то, что им приходилось выполнять командные планы из Москвы, однако при тех планах здесь в Украине жилось довольно спокойно и комфортно. Когда же Союз распался, у нас началась нормативная неразбериха. Евросоюз способен вернуть нас во времена внешних директив. Однако при этом он не демонстрирует негативных атрибутов СССР – не давит на личность, не ставит в некие идеологические рамки. По сути, Европа лелеет демократическую систему в жестких экономических рамках.

Существуют ли альтернативы Евросоюзу? На этот счет есть оптимистический и пессимистический взгляд. Пессимистический говорит, что в 1991 году мы были гораздо ближе к интеграции в Европу нежели сейчас. Тогда наше общество было значительно более однородным, наши граждане имели более высокий уровень образования, особенно в части фундаментальных наук. А сейчас у самого Европейского Союза серьезные проблемы, прежде всего в сфере управляемости всей его системы. В теории управления существует правило, что эффективно управлять можно одновременно лишь «7 плюс-минус 2» объектами. Раньше евробюрократия еще могла «разруливать» интересы 10-и членов на основе консенсуса. Когда же их стало 25, понятно, что никакой бюрократический аппарат не может охватить весь этот конгломерат. В таких условиях начинает выстраиваться иерархия, в которой среди равноправных стран-участниц ЕС есть более равные и менее равные. Новые члены этого объединения попадают уже в неравные условия. А если ЕС будет расширяться и в будущем, то он будет вынужден это делать дифференцировано, то есть станет интегрировать новых членов уже не на правах равных, а в формате какой-то функции. Таким образом, Украина сможет туда попасть, скорее всего, на правах «обслуги» (эту функцию наши «заробітчани» и так сейчас выполняют в Европе), не более, – ведь Европа будет заинтересована принимать лишь тех, кто способен ей предложить то, в чем она остро нуждается.

А разве у нас нет ничего интересного для нее?

А что мы имеем? У нас есть труба из России, однако нет собственных энергоносителей. Европейцы, так же как и мы получают топливо из этой трубы, но уже после нас. У нас есть замечательные земли, однако, в Европе тоже есть земля, к тому же сельское хозяйство в Евросоюзе всегда было предметом особых забот, оно дотировалось, развивалось и поэтому Европа не заинтересована присоединять к себе еще такой огромный кусок сельскохозяйственных угодий, каким является Украина. Им понадобится наша земля лишь в экстремальных климатических условиях, если вдруг, например, поднимется уровень мирового океана и подтопит страны Бенилюкса.

Кроме того, наша страна имеет атомные реакторы, однако Европе они тоже уже не нужны. Сейчас ЕС демонтирует атомные электорстанции и заставляет это делать своих новых членов, поскольку заботится об экологии. Наша экологическая ситуация в связи с Чернобылем для Европейского Союза представляется кошмарной, требующей затрат, по европейским нормам, соизмеримых с бюджетом Евросоюза. Наша металлургия в том виде, как она существует в Украине, просто не может работать в ЕС, и наши металлургические заводы, стань они «европейскими», нужно было бы или немедленно закрыть, или существенно модернизировать. Наше машиностроение, самолетостроение и электроника ими вообще не воспринимаются на уровне европейского подсознания – «потому что этого не может быть».

Получается, что для того, чтобы принять Украину на правах равного члена, Европейский Союз должен сделать из нас вторую Францию, точнее мы должны создать ее у себя, но для этого потребуется не десять, не двадцать и даже не тридцать лет. К тому же, вступление в ЕС зависит от соблюдения множества европейских стандартов, под которые не подпадает около 95% украинской продукции, и которая нас вполне устраивает. Так что, от нее отказаться? А что взамен? Для того чтобы подогнать себя под европейские стандарты нам придется потратить все свои ресурсы. И это при том, что нет никаких гарантий, что и после этого мы попадем в Евросоюз. Стоит ли так рисковать? Тем более, что мы сейчас пребываем в младенческом возрасте и у нас вся жизнь впереди, а в Брюсселе преобладают «старческие настроения».

Но ведь в Евросоюзе есть и неофиты. Возможно, они могут поспособствовать нашему продвижению в это объединение?

Они-то могут поспособствовать. Но мы-то должны четко себе представлять, каков будет результат этого способствования. Ведь новые члены Европейского Союза часто воспринимаются старой Европой как «агенты Америки». В силу своей активности лидеры центральноевропейских стран действительно тяготеют к контактам с американскими политиками. Европейские же лидеры приоритетно ориентированы экономически. И поэтому они как раз имеют, с одной стороны, напряженные экономические отношения со США, с другой, – отягощенность экономическими трудностями «новой» Европы. Так что эффект от «способствования» может оказаться прямо противоположный желаемому. Есть и другой нюанс. Новые государства-члены ЕС активно стремятся получить рычаги воздействия на Брюссель, и в этой части «постпомеранчевая» Украина сегодня является очень эффектным образчиком действенности политики «расширенной свободы», чего «старая» Европа просто не может игнорировать. Кроме того, у «новоевропейцев», конечно же, присутствует желание не быть одинокими в кругу «староевропейцев». Ведь значительно легче работать в команде с кем-то новым, особенно если ты сам его «привел» в этот круг. Конечно же, им хочется быть не последними в Европе. Таким образом, выстраиваются своеобразные цепочки. И Украине, вступая или даже вступив в Евросоюз, придется думать о том, кого «курировать» или чьим стать адвокатом. Кто это может быть? Грузия, Молдова, возможно Азербайджан. Поэтому, лоббируя наше продвижение в Евросоюз, любая страна, прежде всего, решает свои задачи, исходя из собственных интересов.

Таким образом, нам нечего делать в Евросоюзе ни сейчас, ни в будущем?

Это согласно пессимистическому сценарию. Но существует и оптимистический, согласно которому мы все-таки до конца не упадем, возродимся, используя высокие интеллектуальные ресурсы нашего общества и сможем войти в ЕС на равных. Однако, этот сценарий, на мой взгляд, маловероятен, поскольку всему мешает наш давний «комплекс меншовартості», благодаря которому, даже попав в Евросоюз, мы останемся на задворках этого объединения. Гипотетический сценарий возвращения в политическое и экономическое лоно России также нереалистичен.

Но у Украины существуют и иные пути. И лежат они между этими крайностями. Необходимо искать способы самостоятельного существования в партнерском формате сотрудничестве, как с Россией, так и с Европой, США, Турцией, Китаем. В этой связи вполне применим европейский опыт – начинать с закладки экономического фундамента сотрудничества при соблюдении максимальной политической толерантности. Для такой политики сегодня достаточно благоприятная основа. С одной стороны, ЕС сам максимально ориентирует нас на экономическое сотрудничество и очень осторожен в политическом сближении. С другой, Россия ищет возможности развития интегральных экономических проектов, политические довески к которым представляются скорее историческими рудиментами.

Но в таком случае нам придется позиционироваться в качестве активной, самостоятельной и самодостаточной силы. На мой взгляд, это наиболее приемлемый вариант, который даст возможность решить частные проблемы энергообеспечения благодаря сотрудничеству с Россией и Казахстаном, в частности, в формате ЕЭП. ЕЭП также открывает возможности не только для расширения зоны свободной торговли, но, что более важно, для выхода на принципиально новый уровень международного экономического менеджмента. Сегодня уже ЕС двумя руками за то, чтобы на восток от него простиралось универсальное экономическое пространство.

При реализации таких подходов можно вполне совместить процессы интеграции в европейское и евразийское экономические пространства, развивать самостоятельные экономические проекты в рамках ГУАМ, сохраняя при этом собственную политическую независимость.

Хотелось бы еще затронуть тему России. Каким образом она влияет, или же может повлиять на взаимоотношения между Украиной и ЕС?

На сегодняшний день у России значительно более тесные контакты с Европой, нежели у нас, потому что Россия строит свои отношения на реалиях, а мы на иллюзиях. Все наши проблемы с ЕС вязаны с тем, что мы требуем обязательной перспективы членства, а они, как люди ответственные, не могут нам ее дать. Для России же Евросоюз является просто партнером, с которым нужно поддерживать взаимовыгодные отношения, что в будущем вполне может вылиться в зону свободной торговли между ними.

Но ведь Россия вряд ли заинтересована в том, чтобы Украина сближалась с Европой и тем самым отдалялась от самой РФ?

Подобная незаинтересованность может базироваться разве что на остатках мышления в категориях «холодной войны», которыми оперирует маргинальная часть российского политикума. В целом же, российская власть по данному вопросу ведет себя достаточно индифферентно. Ей более важно то, и об этом уже заявлял президент Путин, чтобы на восточных границах Украины не возник новый «железный занавес», что может произойти при дальнейших попытках Украины реализовать свои евроинтеграционные намерения любыми средствами. Более того, в самой России существует влиятельная транснациональная бизнес-прослойка, контролирующая значимые объекты в Украине, которая имела бы существенные дивиденды от украинской евроинтеграции, поскольку это открыло бы для контролируемых ею в Украине предприятий прямой выход на европейский рынок. Думаю, российское руководство сегодня больше обеспокоено комфортностью работы российского бизнеса в Украине и нормальным функционированием тех немногих украинских объектов, которые являются критическими для российских предприятий в части кооперационных связей.

А в целом, в отношениях между Россией и Украиной существенно усилились разного рода фобии – в этом на сегодня и состоит главная проблема двухсторонних отношений.

Беседовала Оксана Гриценко

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Испытание рутиной

Эйфория от институциональных прорывов в интеграционных процессах России, Белоруссии и Казахстана развеялась. Пришло время тщательной притирки друг к другу наших непохожих хозяйственных комплексов

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Владимир Фесенко, директор Центра прикладных политических исследований «Пента»

Европа из рыхлой конфедерации постепенно превращается в федерацию нового типа

Інна Підлуська, президент Фонду „Європа XXI століття”

На жаль, в Україні немає масового розуміння того, що являє собою Європейський Союз

Владимир Никитин, доктор культурологии, эксперт Международного центра перспективных исследований

Не обязательно стремиться к европейскому членству

Владимир Балабанович, председатель Профсоюза работников сферы предпринимательства

Без социального партнерства нам в Европу путь закрыт

Тетяна Голіченко, історик філософії, антрополог

Україна мусить відкритися для діалогу з Європою

Лада Леся Рослицька, юрист публічного міжнародного права, незалежний експерт у галузі безпеки

„Я не розумію, чому Україна не може бути нейтральною країною”

Александр Майборода, доктор исторических наук, профессор

„Зараз найважливіше питання – чи хоче більшість наших громадян стати європейцями”

Ян Кочи, директор представительства компании Schindler Ukraine

Благотворное влияние Евросоюза. Но не сразу…

Дэвид Лейн, старший научный сотрудник университета Кэмбридж, член исследовательського проекта "Новые формы управления в Европейском Союзе"

До последнего расширения ЕС был достаточно успешным проектом

Валерій Чалий, директор міжнародних програм Центру Разумкова

Україні потрібен європрагматизм

Ігор Бураковський, Інститут економічних досліджень та політичних консультацій

“Процес інтеграції з ЄС є більш важливим з точки зору впливу на економіку, ніж постійні розмови про те, вступати чи не вступати”

Ярослав Жалило, кандидат экономических наук, первый заместитель директора НИСИ

„У своєму нинішньому стані Україна однозначно не вигідна ЄС”

Ярослав Матійчик, Виконавчий директор ГНДО "Група стратегічних та безпекових студій"

ЄС – вродливе дитя “холодної війни”

Виктор Небоженко, президент Агентства корпоративной поддержки «Трайдент»

«Евролокомотив» Украины - ее средний класс

Вадим Карасев, политолог, лидер партии «Единый центр»

Украина является ключевой площадкой для изменения архитектуры Евросоюза

Елена Зеркаль, директор Государственного департамента адаптации законодательства

Мы не так далеки от Евросоюза, как некоторым кажется

Тантели РАТУВУХЕРИ, кандидат политических наук, политолог

«Украине нужен поиск новых решений»

Виктория Подгорная, к.ф.н., директор Центра социально-политического проектирования

«В Украине сама нация считает себя европейской»

Ганна Дерев'янко, виконавчий директор Європейської Бізнес-Асоціації

„Місце України в економіці Євросоюзу залежить від того, коли вона стане членом ЄС”

Ростислав Павленко, виконавчий директор Школи політичної аналітики при Національному університеті „Києво-Могилянська академія”

„У світі поважають жорстких, здатних захистити власний інтерес”

Андрей Федоров, заместитель директора Европейского института интеграции и развития

Устремляясь в Европу, мы идем в новую империю

Олександр Сушко, директор Центру миру, конверсії та зовнішньої політики України

„Помаранчеві” події – підтвердження європейськості українців

Кость Бондаренко, директор Института проблем управления имени Горшенина

Украина идет в Европу бедной родственницей

Олег Зарубінський, перший заступник Голови Комітету Верховної Ради з питань європейської інтеграції

„Без України Євросоюз є неповноцінним”

Олександр Шморгун, канд. філос. наук, доцент, провідний науковий співробітник Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України, старший науковий співробітник Інституту європейських досліджень НАН України

Місце України – в оновленому ЄС

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,457