В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Нова тема для обговорення на www.dialogs.org.ua – середній клас в Україні. “Навіщо обговорювати те, чого немає”, – запитають одні. “Чи може бути цікавим клас, який без жодного спротиву віддав свободу слова, совісті та політичних об’єднань на відкуп купці нуворишів?” – скажуть інші. “А ось так ми виростимо середній клас та наше світле майбутнє, – витягнуть із шухляд десятки заздалегідь підготованих теорій треті. – Що будете замовляти?”. “А що воно таке взагалі, середній клас в Україні?” – запитають четверті. І наперед знаючи, що запитань буде набагато більше, ніж відповідей, ми й починаємо цей діалог. Адже там, де запитанням тісно, а відповідям просторо – і народжуються нові ідеї, теорії, знання. Саме запитання скидають полуду з очей і фальшиву харизму з самозваних королів.

У перехідних суспільствах важко точно визначити розмір середнього класу, окреслити його характерні риси та уподобання. Але про те, що краще бути здоровим і багатим, ніж хворим та бідним, знають усі. У середньому класі, як і будь-якому ідеалізованому витворі людського розуму, втілюються найкращі риси професіоналізму, індивідуалізму та ініціативності. І українці, з своєю природньою жагою до “золотої середини”, тут зовсім не виняток. Про потребу підтримувати та зміцнювати середній клас давно вже говорять соціологи й політики. Про необхідність здійснення практичних кроків щодо створення умов для розвитку середнього класу в Україні йшлося навіть у посланні Президента України Леніда Кучми до Верховної Ради.

Формування середнього класу в Україні, його зростання і зміцнення водночас є і соціальним, політичним і гуманітарним замовленням суспільства. Але є і інші виміри цієї проблеми. У минулому 20 столітті питання нової соціальної стратифікації та долі середнього класу набуло над-соціального, есхатологічного маштабу. Протистояння двох ідеократичних систем - СРСР та США у союзі із Європою – у кінцевому рахунку було кристалізовано у протиставленні двох нових “царств божих на Землі” – комунізму як суспільства вільного часу і реалізованих людських потреб, та “суспільства благоденства” або суспільства суцільного середнього класу.

Більше того, питання нового “некомуністичного” суспільства, де панує середній клас, органічно випливало і з певного розуміння шляху розвитку усього людства – міжцивілізаційних та міждержавних стосунків, глобальної економіки, гуманітарної та соціально-економічної конвергенції тощо. Ось як розмірковував про ідеальне майбутнє відомий англійський історик та філософ А.Дж.Тойнбі, «людина середнього класу та середнього віку»: «До кого ж нам звертатися за спасінням в цьому найнебезпечнішому становищі, коли в наших руках не лише власні життя та смерть, але й доля всього людства? Спасіння, можливо, лежить – як це найчастіше буває – у пошуках середнього шляху. В політиці ця золота середина не означатиме ані необмеженого суверенітету окремих держав, ані цілковитого деспотизму центрального світового уряду; в економіці це також буде щось відмінне від неконтрольованої приватної ініціативи або, навпаки, явного соціалізму. На думку одного західноєвропейскього спостерігача, людини середнього класу і середьного віку, Спасіння прийде, але ні зі Сходу, але й ні з Заходу. (“Сучасний момент історії”).

Запрошуючи наших читачів до участі в обговоренні проблем середнього класу, ми сподіваємося, що ваші статті, роздуми та листи дозволять більш детально та системно дослідити цей непростий соціальний феномен та визначити, чи є у нього майбутнє – близьке, чи, як це часто трапляється в Україні – лише далеке та примарне.

Тож поговоримо про середній клас та його місії.

Свернуть

Нова тема для обговорення на www.dialogs.org.ua – середній клас в Україні.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Средний класс: хорошая мина при плохой игре

     Есть ли средний класс в нашем государстве, или украинцы делятся только на богатых и бедных?
     По моему мнению, среднего класса в Украине нет. И нет даже тенденции, указывающей на формирование этого класса. Есть много публикаций на эту тему, а также доклад, вошедший в ежегодное Послание президента Верховной Раде Украины 2000 года, где утверждается, что средний класс есть – во всяком случае, его костяк сформировался, и существует перспектива его развития. Я не могу согласиться с этой точкой зрения.
     Во-первых, средний класс должен быть наиболее массовым классом в обществе. Именно поэтому он традиционно является его (общества) стабилизатором.  Во-вторых, средний класс – это, прежде всего, платежеспособная часть общества. Этот класс должен обладать не средним уровнем дохода, а определенным уровнем дохода. Что значит «определенный уровень дохода»? Это уровень дохода, гарантирующий человеку экономическую независимость, в частности, от государства. По уровню дохода, представитель среднего класса должен иметь возможность, прежде всего, обеспечивать достойный уровень жизни своей семьи. А ведь подавляющая часть украинцев свою заработную плату соотносит с биологическим прожиточным минимумом. Кроме того, представитель среднего класса должен иметь средства, за которые он может содержать СМИ – подпиской, взносами, спонсорской помощью, содержать адвокатуру, институты гражданского общества в виде различных обществ, сообществ, ассоциаций, любых общественных организаций.
     Наконец, важнейшей характеристикой представителя среднего класса является возможность накопления. Возможность накопления –  гарантия того, что, человек, потеряв работу или вступив в коллизии с государством, выживет. Согласно нашим опросам, большая часть людей боится потерять работу и не имеет накоплений. Но это не жизнь, а существование. А люди, вынужденные просто выживать, ни о какой активности и попытке "воспитания" государства априори не помышляют.  Вот поэтому речь должна идти именно об определенном уровне дохода. Когда мы его просчитываем, получается, что наша средняя заработная плата для наемных работников, претендующих на статус среднего класса, должна, как минимум, в пять-шесть раз превышать существующую. Если этого нет, говорить о среднем классе невозможно, потому что средний класс, абсолютно зависимый от работодателя, государства, зависимый от крупного капитала – это не средний класс.
     В послании же Президента Верховной Раде произошла подмена понятий. При определении «среднего класса», говорится об определенном уровне дохода. Затем этот определенный уровень подменяется средним уровнем дохода. Это неправомерно с методологической точки зрения. А если говорить о людях с определенным и высоким уровнем дохода, то таковые в Украине есть, но говорить о массовости этого класса не приходится.  Согласно экспертным оценкам, богатых людей – от 2 до 5%. И в эти 5% входят люди,  которых по уровню дохода можно было бы отнести к среднему классу. Но цифра в 5% людей с высокими и определенными доходами не дает возможности говорить о наличии среднего класса в Украине, потому что остальные 95% – люди либо малообеспеченные, либо находящиеся за чертой бедности. Основываясь на этом, я заключаю, что среднего класса у нас нет. У нас есть «средний класс» только по критерию самоопределения,  самоидентификации,  что я, собственно, и пытаюсь показать в своих статьях.
     Почему люди склонны относить себя к среднему классу, несмотря на низкие доходы?
     Я вижу здесь несколько причин. Самая главная – социальная инерция. До гиперинфляции и потери всех сбережений в начале 1990-х годов большинство украинцев ощущали себя средним классом,  ориентируясь на тот уровень жизни, который существовал в Советском Союзе. К людям, которые идентифицировали себя со средним классом, тогда относились работники науки и культуры, учителя, медики и так далее. Они обладали уровнем дохода, обеспечивающим действительно средний уровень жизни. Свою роль также сыграли профессиональная самоидентификация и честолюбие. Люди полагали, что, обладая определенной профессией, высокой квалификацией, они могут претендовать на статус «среднего класса», возможно, даже исходя из западных образцов.
     Эта инерция во многом остается и ныне.  Хотя сейчас все понимают, что между средним классом у нас и средним классом на Западе – большая разница. Тем не менее, у людей остается уровень запросов и уровень самооценки, соответствующие квалификации, профессионализму. При этом запросы – на уровне желаемого, возможно недостижимого. У нас был очень показательный опрос (при всей его кажущейся несерьезности). Мы задали респондентам вопрос о том, в каких странах они хотят провести летний отпуск, а в каких - планируют. Выяснилось, что люди, относящие себя к среднему классу, хотят провести отпуск так, как это действительно присуще среднему классу по его западным параметрам. Однако планируют они отдых значительно более скромный, а в действительности проводят его еще скромнее. В данном случае  мы имеем дело с разрывом между желаемым и действительным. Но, идентифицируя свой социальный статус, люди ориентируются на желаемое.
     Кроме всего прочего, у людей, идентифицирующих себя со средним классом, сохраняются  надежды на то, что в конечном итоге, через какое-то время они смогут, обладая своей квалификацией, работоспособностью и желанием работать, достичь желаемого уровня.
     Но даже если не принимать во внимание доход, инерцию и перспективное мышление людей, слабость самоидентификации заключается в том, что люди, относящие себя к среднему классу, зачастую не принимают во внимание такую его характеристику, как гражданская активность. Средний класс является стабилизатором общества, и он действительно заинтересован в сохранении социальной стабильности, но только в том случае, когда, согласно Беллу, "игра идет на выигрыш", а не на выживание.  Средний класс – это та сила, реакцией которой являются достаточно активные гражданские действия в случае, если условия жизни его не устраивают. Он может инициировать акции гражданского неповиновения, создавать соответствующие структуры, вести борьбу через средства массовой информации, которые он же и должен содержать, защищать свои права в суде посредством института свободной адвокатуры. Всего этого у нас нет. Во многом по причине неплатежеспособности среднего класса. Ведь СМИ могут быть независимы от государства и крупного капитала только тогда, когда их оплачивает именно средний класс, составляющий большинство граждан страны. В противном случае средства массовой информации не могут быть институтом выражения и защиты интересов общества, они превращаются в институт защиты интересов тех, кто платит или кто имеет власть. У нас и те, и другие – одни и те же люди. То же – и с институтом свободной адвокатуры, которого у нас нет, ибо граждане не в состоянии его содержать.
     В той ситуации, которая сложилась в нашей стране, был бы желателен более высокий уровень гражданской активности людей, относящих себя к среднему классу. Но этого, к сожалению, нет. Наши исследования свидетельствуют о предельно низкой гражданской активности общества в целом и в частности – людей, полагающих себя представителями среднего класса. Доля граждан, которые выражают готовность к участию в законных акциях отстаивания своих прав, не превышает 3-5%.
     Не является ли Ваше мнение по поводу отсутствия среднего класса следствием применения подходов западной социологии по вычленению этой страты к нам – вычленению по критериям самоидентификации, уровню доходов, гражданской активности.  Вы говорите, что среднего класса нет, но ведь трудно согласиться с тем, что у нас после богатых 5% сразу идут бедные люди?
     Если мы говорим о том, что мы строим демократическое общество, правовое государство, рыночную экономику, то мы обязаны применять к социальным реалиям именно те критерии, которые существуют в этой модели. Мы не можем говорить, что существует средний класс «по-украински» и западные критерии к нам не применимы. У нас существуют вполне "западные" цены, вполне рыночные социально-трудовые отношения, весьма платные образование и медицинское обслуживание – и нас это не удивляет. Более того, утверждается, что мы должны всемерно приближаться к западным образцам. Но когда речь заходит о среднем классе, то почему-то сразу возникает тема отличия. К анализу социальной структуры украинского общества должны применяться именно западные критерии – того требует обыкновенный принцип последовательности. Мы должны быть последовательны: или мы применяем все критерии, или мы их не применяем, но тогда мы не говорим, что строим рыночную экономику и демократическое правовое государство. Повторюсь: в советское время мы могли говорить о некоем явлении, которое можно было назвать средним классом, но вот как раз тогда к нему нельзя было применять западные критерии. Тогда была другая экономика, другая система собственности и все прочие параметры. Но коль скоро мы заявили о развитии по западному образцу, то по западным же критериям мы должны анализировать и социальную структуру общества.
     Действительно после пяти процентов не идет резкий спад к нищете. Существует определенная и, возможно, очень сложная классификация по уровню доходов, очень большая часть, которых находятся в тени, поэтому учесть их очень сложно. Но речь идет не о просто больших или маленьких доходах, а, как я уже отмечала, об определенном доходе.
     То есть, категорию «средний класс»  нельзя применять к переходному обществу?
     Она применима только в том случае, если общество развивается в направлении формирования среднего класса. Можно говорить о том, что по западным меркам в 1991 году этого класса не было. За прошедшие с того времени 12 лет ярко выявились и укрепились только тенденции к резкой имущественной и социальной поляризации общества. Ни у одной значимой доли из 95% населения Украины нет доходов среднего класса, во всяком случае, легальных доходов. Это видно не только по официальной статистике, но и по состоянию институтов гражданского общества, средств массовой информации, судебной системы,  адвокатуры. Если присмотреться, к примеру, к общественным организациям, то окажется, что это, как правило, структуры, которые зачастую создаются властью или крупным бизнесом с определенной целью и на определенное время. То есть, вместо гражданского общества и его структур создается квазигражданское общество, которое выполняет заказ государства и действующей власти.
     Можно ли определить социальную структуру нашего общества, не используя категории «средний класс»?
     Существует масса классификаций. Но центральной все же является классификация по высшему, среднему и низшему классам (каждый из этих классов также разделяется внутри себя на отдельные  подгруппы), поскольку эта классификация и категория «средний класс» сопрягаются с категориями гражданского общества и правового государства.
     Эти категории – парные. Правовое государство вне гражданского общества не существует – и наоборот. Но ни одно государство само по себе правовым не становилось, и ни одна власть в мире сама по себе не отказывалась от определенных возможностей получения льгот и привилегий за счет общества. Делалось это только под давлением самого общества, в той или иной степени организованного и структурированного. Правовое государство и гражданское общество образуются одновременно в результате борьбы и нахождения консенсуса между интересами государства (власти) и общества. Когда мы говорим о политических реалиях – власть, правовое государство и прочее, они упираются в гражданское общество, социально-экономической основой, которого является именно средний класс с его определенными, обеспечивающими независимость и возможность содержать структуры гражданского общества, доходами. Поэтому в настоящее время именно социальная классификация с использованием понятия "средний класс" мне представляется наиболее актуальной.
     Чем вызван всплеск интереса к среднему классу в Украине?
     Тем, что это действительно самая важная категория, по которой можно судить об уровне развития общества. А коль скоро речь идет о переходном обществе, – то о темпах и степени его приближения к обществу развитых стран. Поэтому присутствует интерес к среднему классу со стороны власти, как говорилось выше, интерес, продиктованный необходимостью доказать, что государство выполняет продекларированные им же задачи.
     Существует также чисто исследовательский интерес. Потому что без исследования этой проблемы сложно определить, что мы сделали за это время и что мы должны делать, к примеру, для того, чтобы выйти из ситуации угрожающей поляризации общества, для того, чтобы появился «средний класс».
     Наконец, наблюдается интерес со стороны многих политиков. Последние великолепно понимают, что раз более половины населения относит себя к среднему классу, то, заявив себя выразителем интересов среднего класса, можно получить определенный политический капитал. Проанализировав партийные программы, трудно найти партию (кроме разве что коммунистов и еще двух-трех политических партий), которая бы не апеллировала к среднему классу. Я допускаю, что, возможно, некоторые партии искренне хотят, чтобы настоящий средний класс был создан. Но это явно не СДПУ(о).
     Главный вопрос сегодня – будет у нас средний класс или нет. Потому что от судьбы среднего класса зависит наличие у нас правового государства и демократии. Если у нас не будет среднего класса, а значит и гражданского общества, то все остальное у нас останется в той же форме, что и сегодня. В этом случае мы получим поляризованное общество и латиноамериканский путь развития, путь развития третьих стран. Ничего обидного нет в этом – есть множество стран, которые развиваются тем же курсом. Но Украина имела все исходные возможности, чтобы идти европейским путем. Вряд ли и в таком случае мы имели бы средний класс, равный западноевропейскому или американскому. Но аналогичный тому, который сегодня формируется в восточноевропейских странах, – наверняка. Хотя уровень дохода среднего класса в этих странах ниже, чем в странах западной Европы или США, тем не менее, это именно те люди, которые  в состоянии влиять на политику своих стран и отстаивать свои гражданские права, которые их интересуют. Поэтому восточноевропейские страны сегодня в ЕС, а мы по-прежнему на распутье.

Беседу вел Герасимов Александр.

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Родился бедным? Тебе не повезло!

Артерии и «социальные лифты» общества закупориваются. Шансы карьерного роста, социальная мобильность снижается, и, что еще хуже, падает доверие людей друг к другу, что заметно среди всех классов общества, но более всего – среди бедных. Столь восхваляемый «гибкий рынок труда», означает лишь мир, в котором такая принципиально важная вещь, как профсоюз, оказывается не у дел, а с работниками обращаются как с собственностью. Это представляет смертельную угрозу семьям рабочих, и их шансам дать своим детям вдохновение и жизненные силы.

В Британии становится все меньше социального разнообразия и знаний: в условиях нынешнего капитализма компетентные люди просто не могут никуда пробиться; они становятся жертвами социальных предрассудков и настроений. Они просто не знают, что делать, поскольку эффективная государственная политика должна идти вразрез с господствующими инстинктами консерваторов.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Валерий Пустовойтенко, народный депутат Украины, лидер Народно-демократической партии Украины

Украинцы уже давно не иждивенцы. И никогда ими не были.

Олександр Мороз, народний депутат, лідер Соціалістичної партії України

Наявність 12-15 % середнього класу – показник його відсутності

Владимир Балабанович, председатель Профсоюза работников сферы предпринимательства

Будет социальное партнерство – будет и средний класс

Юрий Гребенчук, директор ЦСЭИ "Диаматик"

Дискуссию о среднем классе в Украине инициируют политики, обслуживающие экономику с колоссальным социальным неравенством

Євгенія Ахтирко, керівник соціальних програм МЦПД

Середній клас: зростання надто повільне

Денис Кирюхин, к.ф.н., мл.н.с. Института философии им. Г.С.Сковороды НАН Украины

Именно средний класс устраивает революции

Ярослав Пасько, кандидат філософських наук, доцент Донецької державної академії управління

Середній клас – це найкраща частина суспільства

Александр Стегний, доктор социологических наук, исполнительный директор Центра социальных и маркетинговых исследований «Социс», ведущий научный сотрудник Института социологии НАНУ

Средний класс у нас есть: бедный, но стремящийся.

Ярослав Жалило, кандидат экономических наук, первый заместитель директора НИСИ

Средний класс в тисках украинского менталитета

Владимир Бревнов, экономист

Общество неиждевенцев

Виктор Небоженко, президент Агентства корпоративной поддержки «Трайдент»

Ставка на средний класс

Евгений Копатько, руководитель Донецкого информационно-аналитического центра

Средний класс к выборам равнодушный

Максим Машляківський, експерт маркетингової компанії Gfk-USM

Стабільні економічні умови – найкраще середовище для середнього класу

Олександр Олійник, директор Інституту реформ

Середній класс – виконавець і замовник суспільних змін

Володимир Полохало, шеф-редактор журналу „Політична думка”

Режим, який склався, є найбільшим ворогом середнього класу

Татьяна Малева, директор Независимого института социальной политики (Москва)

Сегодня средний класс является гарантом. Но не общества. А самого себя

Валерій Хмелько, професор, доктор філософських наук, президент Київського міжнародного інституту соціології

Рівень конкуренції в суспільстві визначає рівень розвитку середнього класу.

Виктория Подгорная, к.ф.н., директор Центра социально-политического проектирования

Куда «подвинуть» средний класс?

Александр Пасхавер, президент Центра Экономического Развития

Нам не нужен средний класс рабов

Элла Либанова, директор Института демографии и социальных исследований НАН Украины

Реальність і уявне в житті середнього класу

Сергей Макеев, доктор социологических наук, старший научный сотрудник Института социологии НАН Украины

О надежде на средний класс говорить не приходится

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,117