В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Російською мовою

Ювілей Основного закону, на жаль, не сприймається в Україні як свято демократії. Ухвалена 10 років тому Конституція так і не стала повноцінною „суспільною угодою”, яка регулює правові стосунки між суспільством і владою, і була б обов'язковою до неухильного виконання усіма її „високими сторонами”. Притаманна для всього пострадянського простору відсутність відповідальності влади перед суспільством зле пожартувала над Україною. Розроблена на засадах кращих зразків європейського права, Конституція 1996 року, стала лише „мирною угодою” у конфлікті між окремими угрупованнями політичної еліти. А ціною цього миру став зміст Конституції, в якому відповіді на численні принципові питання були відкладені до „кращих часів”. Понад 50 конституційних законопроектів мали у майбутньому залатати діри в Основному законі, ухваленому в умовах жорсткого протистояння парламенту і президента, проте більшість з них не ухвалені й до сьогодні.

В Україні немає законів «Про Президента», «Про Кабінет міністрів» й низки інших законів, які регулюють роботу виконавчої влади. За відсутності цих законів, «конституційні порожнини» заповнювалися правилами та «понятіями», за якими конкретні чиновники визначали коло своїх прав і обов'язків, що відгукнулося найтяжчими наслідками для прав, свобод і добробуту громадян. Сьогодні, як і 10 років тому, основні політичні гравці все ще розглядають Конституцію через призму власних інтересів і перспектив, нехтуючи інтересами широкого загалу.

Шкода, але політична реформа 2004 року також не ставила на меті повернення правового життя країни у стабільне конституційне русло. Навпаки, вона, силами старої влади, внесла безліч протиріч у функціонування гілок влади нинішньої, штовхаючи країну до тривалої політичної кризи. У чинній редакції Конституція не сприяє знаходженню швидких та адекватних відповідей на болючі питання національної безпеки та територіальної цілісності країни, потреба у яких посилюються разом із загостренням політичної кризи.

Вже зараз очевидно, що Конституція України потребує принципових змін і доповнень, а вся конституційна система країни – нової правової культури, заснованої на принципах верховенстві права. Але навіть дієвих механізмів для втілення реальної конституційної реформи в країні не існує. Як не існує і довіри суспільства до влади. Саме тому до обговорення конституційних проблем необхідно залучити якомога більшу кількість експертів, представників усіх гілок влади, політичні партії, недержавні громадські організації, широкі кола українських громадян. Лише за таких умов Конституція може стати документальним затвердженням порозуміння між суспільством і державою, актом укладання політичної угоди між народом і владою.

Пропонуючи нашим читачам та експертам нову тему для обговорення, редакція «Діалог.UA» має на меті загальними зусиллями окреслити увесь комплекс проблем, які накопичилися довкола Основного закону України, оприлюднити пропозицій щодо їхнього вирішення, які існують у експертному співтоваристві. А в цілому – знайти відповідь на вічне питання – що робити? Що доцільніше – проводити корекцію вже існуючої, чи розпочати роботу над новою Конституцією країни? Що стоїть за спробами підмінити Конституцію коаліційними угодами, і як довго триватиме робота над найважливішим для країни правовим документом. Можливо, й нинішня Конституція небезнадійна – і її потрібно лише ретельно виконувати всім без винятку? Чи може справа зовсім не в Конституції, а в черговій спробі реваншу сил, які так і не змирилися з існуванням незалежної української держави? Статті й інтерв'ю, запропоновані "ДіалогUA", вже сьогодні обіцяють насичену й плідну дискусію на цю тему.

Відтак, «Конституції України – 10 років».

Свернуть


Ювілей Основного закону, на жаль, не сприймається в Україні як свято демократії. Ухвалена 10 років тому Конституція так і не стала повноцінною „суспільною угодою”, яка регулює правові стосунки між суспільством і владою, і була б обов'язковою до неухильного виконання усіма її „високими сторонами”.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Украине нужна конституция республики

Андрей Васильевич, как бы Вы оценили роль Конституции в становлении современного украинского государства?

Я думаю, что было бы правильным рассматривать Конституцию как документ, который учреждает власть в государстве, на этапе самоорганизации страны. Ведь можно быть страной и не быть государством. Появление государства – это проявление воли и граждан, и элит, которые берут на себя ответственность за это государство. Конституция – это акт доброй воли, который выполняет впоследствии и нормативную, и ценностную функцию.

Конституция начинается с компромисса элит, но обязательно должна заканчиваться выбором и признанием со стороны каждого гражданина – она должна быть символом причастности каждого гражданина к государству. В этой связи можно сказать, что Украина начиналось как государство созданное, «подаренное» сверху. И в этом процессе нет ценностных элементов – просто так случилось, что мы получили свою независимость. Вместе с тем, в этом состояла и порочность первого этапа государственного развития – для большинства граждан Украина так и не стала республикой. Элиты сами себе определили место и время появления нового государства, не посвятив в эти планы рядовых граждан. Потом эти элиты сами приняли поправки к Конституции еще советского образца, не считая нужным согласовывать ее положения с рядовыми гражданами. В результате этого, постсоветский этап огосударствления сверху продлился очень долго – прошло целых 5 лет, пока мы, наконец, выработали новый конституционный документ.

Вместе с тем, важной отличительной особенностью этого документа была попытка начертать первый проект украинского государства – в этом документе мы получили образ будущей страны: территориальный, ценностный, политический… Я бы сказал, что Конституция 1996 – это было проектное предложение стране. И хотя формально этот документ был принят, мы постоянно обсуждали его, начиная с 1996 года. Может поэтому, с самого первого дня принятия Конституции, это был самый дискуссионный документ. Многие примерялись к тому, а состоятельно ли это государство в этих границах, действительно ли это унитарное государство, или оно «беременно» федерализмом, правильно ли оно определенно как государство «политической нации», или оно должно быть этническим государством.

Сама же Конституция 1996 года – это компромисс элит. Если украинское государство начиналось как результат воли правящих элит, то конституция – это компромисс элит в широком смысле. Именно поэтому этот документ не стал конституцией украинской республики .

А как Вы относитесь к политической реформе? Ведь все говорят, что принятые изменения более демократичны…

В 2004 году мы получили новую редакцию Конституции, которая всего лишь более адекватно отображала новое распределение сил в элитарной среде. За прошедшие 8 лет произошли серьезные изменения в структуре собственности, сформировалось новая социальная структура – и это не могло не отразиться на конфликте интересов, на постоянном противоборстве полномочий, что не могло не привести к новому распределению полномочий между ветвями власти.

Вмести с тем, новая редакция Конституции по времени совпала с самым крупным политическим конфликтом элит, который носит название Оранжевой революции. И в этом я вижу глубокую внутреннюю связь – мы получили войну элит, и использование конституционного акта как механизма достижения внтуриэлитного компромисса. Последний выразился в том, что изменились полномочия и взаимоотношения между ветвями власти. К сожалению, меньше всего изменения 2004 года касались вопросов развития гражданского общества и вопросов местного самоуправления. До сих пор этот вопрос безрезультатно обсуждается, хотя, по идеологии реформ, он был приоритетным.

Насколько я понимаю, Вы ожидаете новых изменений, возможно, даже более радикальных?

Нынешний момент я считаю транзитным. Сейчас мы пережили этап редактирования элитарного компромисса. Но республиканской конституции мы еще не имеем. Проблема не в том, что он плох или хорош. Возможно, даже все будущие проекты конституций буду использовать текстовою и структурную основу нынешней Конституции. Просто нам нужна новая конституция – конституция республики .

Я думаю, что основная проблема состоит не в том, что мы что-то неправильно пишем в Конституции, а в том, что мы не превратили ее в процесс самоопределения и самопризнания государства. Есть много механизмов того, как можно превратить Конституцию в акт гражданского единства: начиная от референдума до различного рода сетевых механизмов обсуждения и пропаганды ценностей конституции.

Возможно, прошлые элиты периода позднего Кучмы, что-то подобное чувствовали и поэтому пытались проводить какие-то гражданские форумы, обсуждения. Сейчас сложно давать оценку тому, что, например, означала для Кучмы и его политической команды организация таких псевдо-обсуждений. Ведь они понимали, что это будет тотальная имитация и что правовой уровень среднего избирателя низкий и недостаточный для того, чтобы разбираться в распределении полномочий ветвей власти. Более того, они прекрасно понимали, что они предлагают к обсуждению те вопросы, которые менее всего интересуют избирателей, также как и меня мало интересуют футбольные нюансы правил в интерпретации ФИФА – меня интересует лишь результат. Точно так же рядового избирателя мало интересуют правила того, как премьер назначает министров – его интересует дееспособность власти обеспечивать права, реализовывать свои обязательства перед гражданином и обеспечение прозрачности при подготовке общественно значимых решений.

Конституция жива тогда, когда эти нормы являются нормой повседневного восприятия и реализации. Чтобы это стало возможно, нужно чтобы государство употребляло новые практики управления. Возможно, для постсоветских обществ реформирование начинается сверху, но тогда само государство должно взять на себя продвижение демократических практик.

Поэтому сейчас, имея редактированную Конституцию, мы говорим лишь об оптимизации политической системы. Наверное, парламентская демократия является для нашего общества более адекватной системой: мы тяготеем к конкурентному, а не монопольному капитализму, у нас сложная система собственности и многополярной элиты и достаточно развита политическая культура. Но существующая редакция не изменила базовых вопросов, связанных с отношениями между гражданами и государством.

В каком направлении должны продолжаться последующие конституционные изменения?

Ближайшие задачи конституционного транзита можно разбить на две группы. Первая связана с завершением правового обеспечения той редакции, которую мы получили после 2004 года. Дело в том, что многие специалисты уже давно говорили о множестве текстовых нестыковок, которые просто нужно поправить.

Вторая группа проблем более сложная. Я думаю, что Украине, после написания Конституции независимости , нужно взяться за написание конституции республики. Возможно, нужно снова инициировать процесс разработки документа, где большинство положений будут нормами прямого действия, которые бы не требовали многочисленных законов для их выполнения. Не зря известный политик Виктор Мусияка сказал, что уже сейчас Конституцию нужно, в каком-то роде, примитивизировать. Наверное, он прав – следующая конституция должна быть актом согласия между гражданами и государством, актом понятным и прочитанным каждым гражданином. Для этого необходимо было бы запустить программу конституционного всеобуча, который бы разъяснял положения конституции – начиная от устройства страны, принципов и прав гражданина и заканчивая такими сложными вещами, как принципы разделения и взаимодействия ветвей власти. Я думаю, что такой всеобуч, вместе с организованными встречными предложениями, может занять несколько лет. Но это будет очень позитивный процесс для Украины, поскольку постсоветское общество должно учиться думать о том, как себя организовать.

В работе над новой конституцией нужно было бы учитывать такие не разработанные до сих пор темы, как сильное самоуправление, новая регионалистика, непротиворечивая парламентская модель. Нужно будет определиться с полномочиями президента, а также с тем, нужна ли нам вообще позиция президента. Я, например, считаю, что пост президента Украине в будущем не понадобится. Возможно, нужно будет возвращаться к вопросу о двупалатности, как механизму, который позволит нейтрализовать сепаратистские угрозы региональных элит.

Кроме того, я убежден, что конституция республики должна приниматься не парламентом. В целом, я противник проведения референдумов по поводу сложных законов. Но организация такого мероприятия как конституционная ассамблея, которая будет уполномочена на разработку и принятие конституции. Такая форма позволила бы не просто учредить государство, но государство, построенное на демократических принципах. Вот такая бы конституция действительно стала бы новым национальным символом, в отличие от Конституции 1996 года, которая в глазах избирателей выглядит полулегитимной, не до конца понятной, спорной, под давлением революций, роспуска парламента и так далее. Названные пороки мы и должны преодолеть, пройдя следующий этап принятия республиканской конституции.

Вы упомянули, что следующая конституция должна приниматься не парламентом, а каким-нибудь другим органом, который бы имел на это полномочия. Каким образом это должно происходить? Как будут уживаться два органа, которые имеют представительский мандат?

Универсальных ответов учреждения государства нет – каждая страна делает это по-своему. Почему я говорю, что у конституции будет недостаточный уровень легитимности, если она будет приниматься только Верховной Радой? Прежде всего потому, что конституционный дискурс так и не стал широко понятным для общества. Если вспомнить опыт США или Франции, то там Конституции стали элементом национального самосознания, основным символом республиканства и государственной состоятельности. В Украине же Конституция стала просто актом для посвященных, которые трактуют ее как аргумент в пользу собственной легитимности. В эпоху глобализации для молодых наций особенно важно и актуально использовать конституцию как механизм самоучреждения, что подтверждало бы способность общества быть вместе.

Поэтому в нашем случае стоило бы обратиться к опыту учредительных собраний, которые бы выполнили особую роль при переходе от первой Конституции (конституции независимости) ко второй конституции – конституции республики. Такую роль могла бы выполнить уже названная конституционная ассамблея – единоразовое собрание, со степенью полномочий приблизительно такой же, как и у депутатов Верховной Рады, которые собираются для принятия одного документа – конституции. Такому органу могло бы предшествовать широкое обсуждение содержательных положений конституции.

И еще один аргумент в пользу того, что принятие второй конституции – это выход из ситуации. Дело в том, что подготовка республиканской конституции позволила бы раз и навсегда упростить тот набор грубых проблем – редакционных и политических – который был допущен в ходе принятия Конституции 1996 года и ее редакции 2004 года. Все-таки грустный опыт Америки, у которой небольшой текст сопровождается хроническими правками – это не лучший образец для подражания при формировании собственной политической системы. Для молодых обществ, которые постоянно сталкиваются с угрозой идентичности, конституционный акт должен выполнить роль еще одного элемента самоидентификации. В глазах граждан создание подобного рода конституционной ассамблеей было бы новым актом легитимации ее демократического выбора и, ее качественных цивилизационных характеристик. Это было бы очень благородным шагом, поскольку его результатом было бы более сплоченное общество.

Беседовал Юрий Таран

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Испытание рутиной

Эйфория от институциональных прорывов в интеграционных процессах России, Белоруссии и Казахстана развеялась. Пришло время тщательной притирки друг к другу наших непохожих хозяйственных комплексов

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Владимир Стретович, председатель Христианско-демократического союза

Конституция, как священное животное ее нельзя трогать

Игорь Алексеев, народный депутат Украины, член фракции КПУ

«Уже в 1999 году фракция компартии выступила за изменения в Конституцию Украины»

Олександр Северин, правовий радник Альянсу "Майдан", кандидат юридичних наук

Політична реформа – це пісок у коліщатка державного механізму

Олесь Доний, руководитель Центра исследований политических ценностей

Деструктивная роль Конституции

Олександр Синьоокий, заступник Голови Ради „Лабораторії законодавчих ініціатив”

„У нас як була, так і залишається змішана форма правління”

Владимир Малинкович, политолог

Политреформа работает вовсю

Микола Яковина, експерт Інституту демократії ім. П.Орлика

Конституція 1996 року була оптимальним документом

Антоніна Колодій, доктор політологічних наук, завідувач кафедри політичних наук і філософії Львівського регіонального інституту державного управління НАДУ

“У питаннях конституціоналізму я великий консерватор”

Олександр Дергачов, політолог

„Знову маємо недосконалу Конституцію”

Віталій Кулік, директор Центру досліджень громадянського суспільства

„Альтернативою політреформі є конфлікт та розкол країни”

Юрий Романенко, директор аналитического центра «Стратагема»

Нужно менять не Конституцию, а правящую элиту

Андрей Федоров, заместитель директора Европейского Института интеграции и развития

Перспективы принятия новой Конституции выглядят туманными

Олександр Шморгун, канд. філос. наук, доцент, провідний науковий співробітник Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України, старший науковий співробітник Інституту європейських досліджень НАН України

Наша Конституція справді потребує нагальних змін, але протилежних нині „продавлюваним”

Виктория Подгорная, к.ф.н., директор Центра социально-политического проектирования

«Нынешняя политическая система повышает уровень политической конкуренции»

Всеволод Речицкий, доцент кафедры конституционного права Национальной юридической академии Украины им. Ярослава Мудрого (Харьков)

«Треть украинской Конституции носит сугубо декларативный характер»

Кость Бондаренко, директор Института проблем управления им. Горшенина

Новая Конституция даст населению лишь то, что оно сможет взять

Вадим Карасев, директор Института глобальных стратегий

Конституция – это политическое тело государства, и оно должно иметь свои органы

Максим Стріха, керівник наукових програм Інституту відкритої політики, доктор фізико-математичних наук

„Конституція 1996 року була занадто гарною для неусталеної української демократії”

Костянтин Матвієнко, корпорація „Гардарика”

„Україна перебуває на порозі державної кризи”

Александр Мучник, Президент института демократии и прав человека, заслуженный юрист Украины

Родовая травма Конституции Украины

Денис Ковриженко, експерт „Лабораторії законодавчих ініціатив”

„Необхідно іще більше обмежити вплив президента на діяльність органів виконавчої влади”

Алексей Плужников, правозащитник

«ВР предыдущего созыва нарушила права граждан, нарушила баланс сил, установленный Конституцией, и перебрала власть в свои руки»

Віктор Тимощук, голова Центру політико-правових реформ

„Конституцію зробили заручницею політичних процесів”

Михаил Сирота, председатель Трудовой партии Украины, председатель Конституционной комиссии Верховной Рады в 1996 г.

Неадекватная Конституция

Петр Мартыненко, профессор, декан юридического факультета Международного Соломонова университета, в сентябре 1996 года указом Президента Украины назначен судьей Конституционного суда Украины

«Орган власти», «орган государства», «орган государственной власти»…

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,096