В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Информационное пространство Украины и украинские масс-медиа – к этим терминам мы уже давно привыкли, но очертить границы этих пространств, указать на их особенности и основные различия, оценить возможности и предугадать тенденции развития – задача, как оказалось, отнюдь не простая.

Ни для кого не секрет, что единое информационное пространство в Украине на сегодня отсутствует. Регионы живут своей жизнью, описываемой своими СМИ, а Киев – своей. В Киеве не читают региональную периодику и не смотрят региональные ТВ каналы, тогда как в регионах зачастую невозможно купить киевскую периодику, благо хоть теле и радио трансляции из Киева доступны (что, однако, не означает – востребованы!) в украинской глубинке.

С одной стороны, в Украине зарегистрировано около 20 тыс. газет и журналов, более 1 тыс. телеканалов, то есть выбор источников информации огромный. Но качественного отечественного информационного продукта – все еще нет, а те редкие исключения, которые все же иногда радуют читателя или зрителя, – лишь подтверждают общее правило. Количество и качество доступных газет и каналов телевидения для жителя столицы на порядки выше объемов доступных носителей информации для жителя периферии.

Такое неравномерное распределение информационного ресурса, ограниченный доступ к важной информации, которая, как чистый воздух, должна присутствовать везде и всюду, сразу ставит населения регионов в неравные условия при реализации своих прав и свобод, прежде всего, – права на свободу слова и информации.

Для многих очевидно, что современные информационные технологии способны улучшить положение в обществе: уже более 10 лет они ощутимо влияют на развитие экономики, науки, культуры. Информационные инструменты стали доступной и привычной составляющей бизнеса, управления, образования. Однако наметившиеся тенденции развития онлайнового бизнеса и его ощутимый технократический уклон могут отставить за бортом информационного общества многие жизненные потребности общества, усугубить его социальное и территориальное расслоение. Проблемой социального единства, как в нашей стране, так и во многих странах мира становится так называемое «цифровое разделение» – разрыв между теми, у кого есть возможность выхода в Интернет, и теми, у кого ее нет.

Это, так называемое технико-экономическое ограничение, – лишь одно из многих. Для Украины по-прежнему остается не преодоленной информационная разрозненность между отдельными частями страны, иногда даже находящимися рядом. Доходит до абсурда – люди информированы о происходящем в соседних странах, на других континентах, но не догадываются о происходящем в соседнем городе или области!

Еще один вопрос, который нам не хотелось бы обойти стороной, это вопрос содержательного наполнения отечественного информационного пространства и, прежде всего, украинских СМИ. Общество, отдающее предпочтение демократическому пути развития, не может игнорировать тот факт, что демократических идеалов можно достичь лишь тогда, когда все избиратели в целом образованы и информированы настолько, что могут понимать суть наиболее важных политических проблем и принимать по ним ответственные решения. Ясно, что коммерческие СМИ не могут играть просветительскую роль должным образом. Многие их представители заявляют, что масс-медиа должны давать людям лишь то, что они хотят, а хотят они, в первую очередь, развлечений.

Однако нельзя упускать из виду и того, что масс-медиа фактически формируют вкусы людей. А вкусами (впрочем, как и мыслями, и предпочтениями), как известно, легко манипулировать. В качестве примеров можно привести следующее.

– Использование чувства страха и опасности для привлечения внимания часто дает побочный эффект, когда люди начинают бояться не того, чего действительно следовало бы опасаться. Страхи, искусственно создаваемые масс-медиа, иногда перерастают в панику, начинается «охота на ведьм». Принимаются сильнодействующие средства для борьбы с незначительными опасностями, в то время как гораздо большие опасности игнорируются.

- Для украинской политики очень характерно то, что увлечь зрителя или читателя «проблемой языка» или мыльным политическим сериалом с помощью СМИ гораздо легче, чем демонстрировать реальные результаты работы и поднимать реальный уровень жизни людей (причем, не избранных!). Масс-медиа охотятся за скандалами из частной жизни политиков и их семей, но игнорируют многие серьезные последствия их деятельности.

- Передачи скорее развлекают, чем информируют, в основном распространяя слухи, скандальные сообщения, секс и насилие. Политические программы в основном касаются персоналий политиков или их позиционирования, а не их идеологий. Но когда нет серьезного обсуждения проблем, избиратели остаются в заложниках у политической пропаганды, содержащей бессмысленные лозунги, а это лишает избирателей интереса к политике и переполняет их цинизмом.

- Новости отбираются масс-медиа не по их важности для общества, а по «коммерческой» привлекательности и возможности быть выгодно «проданными» целевой аудитории.

Таким образом, нынешние информационные технологии получили возможность формирования общественного мнения и социального управления, причем в случае с Украиной, еще и конкурирующими социальными укладами, каждый из которых предлагает и продвигает при помощи рекламы свои стандарты. Однако для общества важно сохранять критическую (в отличие от пассивно-потребительской) позицию восприятия, которая, увы, сознательно подавляется. «Фрагментированный мир частичных смыслов» приводит к невозможности «синтезировать реальность в ее смысловой целостности», а это, в свою очередь, способно породить еще большее «зло» - безответственность тех, кто предлагает тот или иной социальный уклад, за последствия его реализации.

И последнее. Глобальная культура, вестернизация... Выживание национальных СМИ в эпоху глобализации (внутри страны, и за ее пределами – в качестве носителя информации о стране) – также задача не из легких. Именно поэтому нас интересовали вопросы: Какими должны быть «законы жанра» при формировании национального информационного пространства? Что такое национальный информационный продукт в условиях современного глобального рынка, где можно гораздо легче и дешевле приобрести «чужой». Кто заинтересован в национальном информационном продукте, кто его заказчики и потребители?

Ведь «не имея эффективного национального телевидения невозможно реализовать национальный проект», особенно в условиях, когда в стране нет единого политического проекта, который бы объединял всех. Может, хотя бы для этого нужно создавать Общественное телевидение? Чего еще не хватает нашему информационному пространству, чтобы называться, «развитым», « цивилизованным», «самодостаточным»? Над чем еще нужно работать нашим политикам, издателям, журналистам, ученым и инженерам, чтобы сделать «кривое зеркало» украинской действительности более свободным, объективным, и независимым?

 

 

Свернуть

Информационное пространство Украины и украинские масс-медиа – к этим терминам мы уже давно привыкли, но очертить границы этих пространств, указать на их особенности и основные различия, оценить возможности и предугадать тенденции развития – задача, как оказалось, отнюдь не простая.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Форматная манипуляция – главная проблема украинских медиа

4 апр 2007 года

Что в нашей политике что-то происходит, мы это знаем, но вряд ли это знание многих радует. Что происходит в той полупрозрачной среде, которая транслирует нам образы политики и нас самих? Что происходит в нашем информационном пространстве?

Проблема в свободе, мы не знаем, что нам с ней делать. Цензура закончилась, мы идем в Европу – хотим в ней раствориться, и в ней пережить смерть украинской культуры. Вот это и есть проявление рабского сознания. Дай рабу свободу – он выберет рабство, он не может производить новые смыслы.

Недавно в России подводили итоги конкурса на лучшее репортажное мастерство. Миткова и Парфенов заявили, что «репортаж умирает». Причина проста – в нем не находят смысла. Репортажная журналистика умирает, она оказалась не востребована. Эффектный и насыщенный репортаж больше никого не интересует. Мир перенасыщен информацией, новости атакуют тебя со всех сторон. Мало того, ты не всегда можешь отличить – это новость, или чья-то реклама. Любое сообщение может быть проплаченным, искусственным, срежиссированным. В этом смысле действительным новостям сложно тягаться с искусственными новостями. Искусственные новости оказываются намного лучше продуманны, чем актуальная реальность. Псевдоновости лучше организованны, они сложнее, интереснее.

Мы обнаруживаем умирание старого смысла. Поэтому мы должны требовать от репортажной журналистики какого-то анализа, рефлексивного подхода, но этого никто не предлагает. Почему-то считается, что люди этого не хотят. Но, на самом деле, практика убеждает нас в обратном – в Интернете сайты, на которых люди высказывают нетривиальные мнения, сильно востребованны, хотя и для узкого круга людей.

Одна из основных тенденций развития СМИ на Западе – их слияние, конвергенция, при том, что они делаются все более похожими друг на друга. Значит ли это, что людям-потребителям медийного продукта больше не нужна «нетривиальность мышления» и вообще всякая пассионарность, что мы превращаемся в «цивилизацию посредственностей»?

Нельзя сказать, что тот или иной способ подачи информации является невостребованным, но скорее идет процесс распределения медиа-пространства, его дисперсия, мы имеем полимедийное пространство. Мало того, дисперсии подвергается сам язык-носитель. Раньше мы имели один язык, теперь у нас появились т.н. новоязы, как, например, «Албанцкий» язык. Люди, которые раньше писали с ошибками, продолжили так писать, и вот это стало нормой. У нас уже не одна норма языка, у нас пять, десять норм. Мы имеем разнонормативный язык общения. В перспективе представители одного языка, но разных его норм будут слабо понимать друг друга.

Мы имеем дисперсию в медиа, много локальных медийных площадок, мы имеем много языковых норм внутри одного языка, и мы имеем дисперсию смыслов. Нам кажется, что мы нечто выбираем, но про то, что мы выбираем, уже кто-то позаботился. Как так случилось, что мы выбираем Макдональдс или Пепси-Колу, голливудские фильмы или программы от Майкрософт? Кто фиксирует эту ситуацию выбора? Очевидно, кто-то позаботился, чтобы мы сделали именно этот выбор. И если со студентами работают по западным технологиям и называют это теориями или философиями, при этом национальные теории или философии не производятся вообще, то мы имеем дело с организованной медийной реальностью, и мы лишь проводники этой медийной реальности, но никак не ее разработчики. Мы – Украина, не являемся разработчиками смыслов. Мы оказались в мире дисперсном, мире распределенном, мире полимедийном, мире полинормативном, мире полисмысловом, но где мы вообще не управляем этим процессом.

Одна из функций масс-медиа, это не просто информирование, а осмысление реальности. Значит ли это что сейчас, когда исчезла цензура, все кривое должно стать прямым?

Мы, не будучи в состоянии управлять этим процессом, оказались внутри него, и мы даже не рефлексируем по поводу того, что происходит, причем вообще. Наши медиа находятся внутри этой ситуации, они ее еще не осознали. Телевидение как жанр, не как носитель, умирает, умирает телеинтервью, репортаж, даже ток-шоу. Последние попытки организовать у нас политическое ток-шоу вызывают жалость. Оказалось, что нельзя на одну площадку пригласить политиков и каких-нибудь заумных экспертов, нельзя – они по-разному мыслят, они по-разному говорят, и всегда можно выставить коммуникацию таким образом, чтобы кто-нибудь из них доминировал, и сказать – вы же хотели свободу слова, вот вам она и есть! Вы же видите, мы ей не управляем, она как птица-тройка несется сама, вы же видите! Но это манипуляция, помещенная в более широкий контекст, остается манипуляцией форматом , а не ведущим. Мы имеем дело с манипуляцией на уровне формата.

Мы столкнулись с форматной цензурой, с которой мы вообще не представляем, что делать. Мы знали, как бороться с цензурой прямого давления, когда тебе тупо звонят и говорят, о чем можно писать, а о чем нет или вообще присылают хорошо проработанные темники. «Темники» были сильным инструментом, которые некоторых журналистов вообще впервые научили, как делать и интерпретировать новости. Мы преодолели «темники», но оказались не готовы преодолеть «форматники», созданные и продуманные за пределами Украины. Мы оказались совершенно не готовы работать с форматной цензурой. Алло, уважаемые украинские интеллектуалы, они же медийщики, они же эксперты, где вы? Кто сейчас поднимет голос против форматной цензуры? Нет ответа.

Тот абсурд, который происходит в политике, возник из-за отчуждения политики от какой бы то ни было социально осмысленной проблематики. Социальная проблематика оказалась в одной реальности, а политика-через-медиа, я даже ставлю знак равенства между ними, вот так: «медиа = политика», в другой реальности. Сегодня политика это особым образом построенная медийная психологическая реальность. И ничего более. Нашей политикой владеют психотехнологии, они используют медиа, они создают симулякры, работают с симулякрами, и никакого отношения к тому, что происходит в нашей жизни, это вообще не имеет. Нас пытаются убедить, что противостояние президента с парламентом, президента с правительством и их отношения между собой это и есть политика, что должна быть какая-то «гармония между ветвями власти». С ума сойти! Это же еще додуматься надо, чтобы говорить про какую-то «гармонию» между президентом и премьером! Это что же выходит – сначала мы создали два центра исполнительной власти, а потом стали говорить про «гармонию» между ними? Это все равно что шизофренику, чье сознание расщеплено, говорить о какой-то «гармонии» между его половинками. Это означает создать шизофрению в политике, а потом пытаться ее как-то приукрасить, гармонизировать. Бред, и только!

Я утверждаю, что настоящая политика возможна лишь в какой-то иной реальности, но уж точно не медийной. В масс-медиа она симулятивна, манипулируема на уровне формата, и такая она меня больше не интересует. Но я задаю себе вопрос – где, в какой реальности возможна действительная политика? И я сейчас не нахожу ответа. Возможно, на уровне локальной коммуникации есть возможность рефлексивно выстраивать формат таким образом, чтобы он был социально эффективным, чтобы он предполагал интерактивность, то есть наличие обратных связей, содержательно влияющих на общение. Не просто наличие обратной связи, не просто демонстрация ее в режиме он-лайн, чем любят хвастаться телевизионщики, а когда она непосредственно влияет на содержание общения, на постановку вопросов, а не тупо жмет на кнопки «согласен», «не согласен». Интерактивность в телестудии начнется тогда, когда люди с мест начнут говорить – «чмошники вы поганые, ведь вы говорите совсем не о том, о чем мы хотели бы слышать! Не нужны нам ваши разборки, дайте нам ответ на наши вопросы!»

Один из способов манипулирования – замалчивание. В любой стране есть вопросы и проблемы, о которых медиа не говорят, которые замалчиваются. Каковы они в Украине?

Есть ведь целый ряд вопросов, которые являются фигурами умолчания, и этот список у меня постоянно пополняется. Я просто это хочу показать на одном примере, на перевыборах. В медиа кричат, мол, «это выгодно БЮТ, невыгодно БЮТ» и т.д. Но мне, гражданину страны, это абсолютно по барабану, пока мне не дают возможности влиять на составление партийных списков на выборы, у меня нет никакого политического выбора. Ну какая мне разница, когда – через год, два, или четыре, ребята сойдутся, купят места в партийных списках, и мне это втюхают? Ведь выбора у меня-то нет. Они уже продали места, а деньги положили себе в карман. И выбор у меня между одним списком, где проданы места, и другим списком, где проданы места, ну, и что же это за выбор? И пока такая практика не будет сломана, выборы никакого смысла не имеют. Но вопрос об этом в масс-медиа даже не поднимается, по простой причине – этот разговор не выгоден ни БЮТ, ни Регионам, ни одной партии.

Что дальше происходит – медиа запускают дискуссию о якобы «нужности» или «ненужности» выборов, а как я должен реагировать? Да плевать я хотел на это! Но я точно знаю, что общественности это невыгодно, потому что политическая верхушка не сделала свою работу, не сделала интеллектуальное усилие, чтобы сказать, что «до тех пор, пока не будет сломана эта порочная практика, выборы смысла не имеют». И подобные фигуры умолчания возникают постоянно. Почему у нас не говорят, что, как в случае с ветвями власти, нарушаются все мыслимые теории управления, политического представительства и т.д. и т.п.? Да не может быть гармонии в этой шизофрении, не может – по определению!

Или давайте еще обозначим фигуры умолчания. Вот один крупный политический «лидер» у нас есть. Это про него следующие строчки Некрасова: «Закон - мое желание! Кулак - моя полиция! Удар искросыпительный, Удар зубодробительный, Удар скуловорррот!..» Знаете что интересно, мне не нужно даже называть, кто это, все и так знают. Но это — фигура умолчания. Про это мы не говорим, — как никак власть. Или еще один представитель власти, родной брат которого неплохо зарабатывает на энергоносителях из России. Про это мы тоже на говорим. Мы уже согласились с тем, что у нас есть фигуры умолчания. Когда наша жизнь будет состоять из одних фигур умолчания, мы вообще замолчим — и медиа нам станут не нужны.

И как бороться с этой шизофренией и маразмом?

Создавать альтернативные площадки для общения. В Интернете это проще всего. Телевидение для меня, как человека, потребляющего смыслы, закончилось. Мне оно не интересно. Выполнять функцию коммуникатора телевидение уже не в состоянии, оно манипулирует на уровне формата. Стало быть, нам надо искать другие способы интерактивного общения, и при этом вскрывать форматную манипуляцию. Форматная манипуляция, шизофрения в коммуникации, фигуры умолчания – вот в чем проблема…

 

Записал Андрей Маклаков

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Опасность распространения прав человека

Если бы права человека были валютой, их курс сегодня оказался бы в состоянии свободного падения в силу инфляции многочисленных правозащитных договоров и необязательных международных инструментов, принятых за последние десятилетия самыми разными организациями. Сегодня на эту валюту можно, скорее, купить страховку для диктатур, нежели защиту для граждан. Права человека, некогда вознесенные на пьедестал основных принципов человеческой свободы и достоинства, сегодня могут быть чем угодно – от права на международную солидарность до права на мир.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Владимир Лупаций, исполнительный директор Центра социальных исследований "София"

Українські ЗМІ не встигають реагувати на нові інформаційні потреби та запити, які генерує сучасний соціум в світі та в Україні

Виктория Подгорная, к.ф.н., директор Центра социально-политического проектирования

Не стоит забывать, что медиа – это мощный источник политических технологий, которые способствуют формированию политического выбора граждан.

Вахтанґ Кіпіані, редактор щотижневого журналу «Фокус»

Доки ми не розібрались, що робиться у нас удома, намагатись втрутитись у світовий розподіл медіа безсенсово

Сергей Дышленко, шеф-редактор журнала «Украинские Итоги»

Украинские медиа ждет интересное, но хорошее будущее

Сергій Квіт, доктор філологічних наук, професор, завідувач кафедри соціальних наук і соціальних технологій Національного університету «Києво-Могилянська академія»

Менеджери і власники принижують смаки нашого глядача

Ігор Луценко, економіст

Існує певна інформаційна асиметрія

Денис Иванов, продюсер кинодистрибьюторской компании "Артхаус Трафик"

«К сожалению, украинское кино и телевиденье не располагают к развитию вкусов зрителя»

Наталья Лигачева, шеф-редактор интернет-издания «Телекритика»

Отсутствие качественной аналитики – основная проблема украинского ТВ

Сергій Гузь, голова Незалежної медіа-профспілки

Наша журналістика пішла шляхом нарощування майстерності, але не шляхом генерування нових форматів

Игорь Данах, эксперт по системам безопасности

Свобода информации – не более чем иллюзия

Алексей Шевченко, философ, политолог

Задача масс-медиа – контроль за наслаждением

Юрій Макаров, журналіст, літератор

«Українське суспільство весь час перебуває в ситуації, коли слова спочатку набувають ваги, а потім стрімко девальвуються»

Олег Хоменок, советник по вопросам печатных СМИ IREX У-Медиа

«Граждане должны иметь право выбора информации»

Володимир Мостовий, редактор міжнародного суспільно-політичного тижневика «Дзеркало тижня», голова Комісії з журналістської етики

У нас зараз засилля ерзац-національного продукту

Руслан Кириленко, шеф-кореспондент відділу політики інформагенції «Українські новини»

Наші ЗМІ є не «четвертою владою», а лише частинами владних конгломератів

Владимир Золоторев, журналист

Наши масс-медиа не работают на читателя

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,246