В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Обычно социальные ценности живут от 20 до 50 лет, и о моральных конфликтах отцов и детей с горечью размышляли еще древние шумеры. В наше столь динамичное время представления людей о том, что прилично или неприлично, допустимо или недопустимо стали меняется на протяжении жизни одного поколения по нескольку раз. Весь мир живет в эпоху перемен. Вопрос лишь в том, насколько глубоки возникающие конфликты и насколько болезненны они для общества.

В Украине нивелированы многие ценности, на которых обычно держится здоровое общество, имеющее перспективы. И в звучащих упреках, многое предопределено быстрой, почти калейдоскопической сменой представлений о высоком и низком. В результате – переворачивается сама шкала ценностей, принижается сам человеческий образ.

Изменения в общественном сознании случаются по разным причинам, среди которых – научные открытия, эволюция религиозных верований, изменения моральных ценностей, действия масс-медиа, изменения в экономике, технологические инновации, демографические сдвиги и прочее. Для многих становится очевидным, что траектория социальных ценностей отнюдь не линейна, что прогресс (в положительном значении этого слова) не так уж неизбежен. То, что становится успехом одного человека, зачастую оказывается несчастьем для другого. Что социальные ценности вовсе не обязательно рациональны, – они просто есть.

Кризис ценностей это еще и кризис демократии, демократии как моральной силы, и в качестве таковой – силы необходимой. Эта эгалитарная сила, направленная на создание равенства между людьми и человеческими сообществами в доступе к ресурсам, выражению своих потребностей перед властью еще недавно представлялась ценностью абсолютной. Сегодня же эта ценность подвергается очень серьезным испытаниям.

По данным исследований Института социологии НАНУ, в 2006 году лишь 6,6% опрошенных считали, что наше время является временем моральных авторитетов, а временем политиканов его считают 41,9 %, временем мошенников – 37 %, временем приспособленцев – 29,6%. Разрушение традиционной системы ценностей – вот главная проблема современного общества.

Разрыв между ценностями общества и аморально-лицемерными режимами существовал во времена заветные: церкви – одно, царю и приближенным царькам – другое. В советские времена «моральный кодекс строителя коммунизма» жил параллельно с большевистской диктатурой, сталинской империей и брежневской автократией. Двойные стандарты имеют место и сейчас, что не может не вызывать тревогу.

Прежние ценности нивелируются, однако проблема не столько в этом, сколько в том, что новые ценности в Украине практически не создаются, они только заимствуются. Как отметил в своем интервью Юрий Макаров: „Не в том проблема, что происходит массовая плебеизация, а в том, что этому нет мощной, влиятельной альтернативы. Должна возникнуть потребность слушать кого-нибудь. Не слушаться, а слушать. Но доверие, то есть социальный капитал, производится очень медленно. Как плодородная почва».

От полного падения нас, быть может, удерживает „шлейф прошлого” – «украинцы, как, кстати, и население других стран постсоветского пространства (словенцы, словаки, чехи) еще живут под влиянием той законопослушности, которая была сформирована во времена тоталитарного контроля, и базировалась исключительно на страхе наказания» (Е.Злобина).

Однако следующие поколения, растущее в ситуации нестабильности и правового нигилизма, на глазах которых нарушение норм закона происходит ежеминутно, будут относиться к этому уже иначе. Безнаказанность „верхов” рано или поздно наследуется „низами” и ударит по «верхам» бумерангом.

Но проблема потери моральных ценностей и «вольного прочтения» стандартов поведения – не только наши «проблемы роста», – это уже мировой тренд. Нынешний кризис – это не частный случай Украины и преходящее явление, а глобальный кризис ценностей общества всеобщего потребления, выход из которого – глубокая реформа общественного устройства, форм потребления, экономического уклада.

Рациональное объяснение происходящего – вопрос не простой. «Трудно поверить, что люди в развитых странах просто решили поменять свое отношение к таким фундаментальным явлениям, как брак, развод, воспитание детей, власть и общество, поменять радикально на протяжении 2–3 десятилетий, причем сдвиг в ценностях произошел без вмешательства иных могущественных сил». (Ф,Фукуяма)

Нам предстоит еще многое сделать, чтобы сохранить старые социальные ценности и подходы, и найти новые ценности и те их экономические преимущества, которые будут работать в будущем.

«Человечество подошло к критической фазе своего развития, столкнувшись с чредой новейших вызовов, и переживает процесс адаптации основополагающих житейских постулатов к изменившимся условиям жизни. Такие фазы человечество уже не раз переживало, – всегда рождая некое новое качество. Не сомневаюсь в том, что именно так произойдет и теперь, – только лишь не уверен, что это случится еще при нашей жизни – процесс может оказаться очень длительным», – отметил в своем интервью Иван Андрусяк. Возможно, у других наших авторов и читателей есть аргументы в пользу более благоприятных для нашего общества или просто других сценариев?

Мы приглашаем к обмену мнениями всех, кого волнует новая тема «Диалог.UA».

Свернуть

Обычно социальные ценности живут от 20 до 50 лет, и о моральных конфликтах отцов и детей с горечью размышляли еще древние шумеры. В наше столь динамичное время представления людей о том, что прилично или неприлично, допустимо или недопустимо стали меняется на протяжении жизни одного поколения по нескольку раз. Весь мир живет в эпоху перемен. Вопрос лишь в том, насколько глубоки возникающие конфликты и насколько болезненны они для общества.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

«Главным критерием нравственности политика является его ответственность»

25 июл 2007 года

Морально-этические нормы, которые предъявлялись кандидатам в президенты стали одной из важных составляющих «оранжевой революции», однако после смены правящей элиты ситуация так и осталась прежней. Можно ли вообще объединять такие понятия, как политика и мораль?

Моральные нормы важны везде, и в сфере политики в частности. Ведь мораль – это не просто обыденное понятие, которое используют, дабы обличить друг друга в каких-то неблаговидных поступках, это философская категория, связанная с институтом, регулирующим нормы общественной жизни, с опорой на ценности. Именно ценности и этические нормы создают основу морали. Трагедия всех постсоветских обществ, включая и наше, состоит в том, что в результате цивилизационного излома они оказались в состоянии кризиса нормативной культуры, а рецептов преодоления этого кризиса нет. В результате каждое из этих обществ ищет собственные нормативные регуляторы. Особенностью же украинского общества является то, что кризис нормативной культуры оказался у нас крайне затянутым и сегодня охватил все сферы жизни, включая и политику.

Таким образом, в крайне плачевном состоянии пребывают нынче все наши базовые общественные институты, в том числе институт семьи, институт поколенческих связей, институты, регулирующие взаимоотношения в экономике, бизнесе, политике, вплоть до правил уличного движения. Все это связанные элементы одной цепи, ведь нарушение норм проявляется повсеместно, и сейчас мы можем говорить даже не о двойной морали, а о многогранной морали.

Что же послужило причиной появление у нас полиморальности?

Одной из определяющих категорий, связанной с кризисом нормативной культуры, является категория общественной памяти и преемственности. Историческая память позволяет воспроизводить и развивать актуальный опыт, то есть то, что хорошо для общества и человека в нем, а что плохо. Когда нарушается эта базовая связь, когда используются разные, подчас конфликтующие опыты, соответственно накладываются разные моральные императивы, и то, что вчера было плохим, преподносится сегодня как хорошее.

Кризис нормативной культуры сейчас из темы для философских размышлений стал уже проблемой повседневной, поскольку мы находимся в состоянии полуразрушения всех общественных институтов, в том числе и политики, где ключевое значение имеет право. Моральные нормы, что регулировали прошлый, авторитарный принцип управления, где слово управляло делом, а установки правящей силы являлись и моральными, и правильными, и нормоопределяющими, сейчас не работают. А, соответственно, право, которое раньше опиралось на авторитет государства, нынче тоже является необязательным. Поэтому политики сейчас живут по двум, а то и трем неписанным конституциям, или же толкуют свои действия, исходя из одной отдельно взятой конституционной статьи.

Каковы пути преодоления этого кризиса?

На мой взгляд, в сфере права ответа мы не найдем. Принципиально важное значение приобретает в данной ситуации восстановление преемственности развития и формирование устойчивых общественных устоев, которые сами по себе формируют запрос на всеми приемлемую норму, в которую будут заложены ценностные основы (христианская мораль, атеистическо-гуманистическая, или какая-либо другая). Я считаю, что украинское общество сейчас пребывает в состоянии «духовного кентавра», где традиции абстрактного гуманизма сочетаются с ложным пониманием христианства и, вместе с тем, с новоявленной культурой самовыживания. Получается, такой вот «либерализм по-украински», где каждый подгоняет под свои интересы все известные ему нормы и правила жизни других обществ.

Однако долго такой кентавр существовать не может, поскольку наличие многогранной морали и права приводит к тому, что общество находится в перманентном состоянии стресса. Стресс связан с постоянным напряжением в принятии решений, и если человек растерян относительно системы координат, как правильно поступить, то он или игнорирует интересы другого, или же, ищет внешнюю силу, которая позволит ему установить и реализовать четкую норму для дальнейшей деятельности. Состояние стресса – это всегда состояние господства настроения над мнением, а также поиск внешней силы, позволяющей воспроизводить норму. Таким образом, стресс ведет к поиску авторитарной силы, и к этому, к сожалению, движется украинская политика. У нас происходит авторизация общественного сознания, и общество видит именно политиков лидерского типа, политиков, способных навязывать свою волю, которая будет восприниматься обществом как норма.

Неужели общество, пережившее «оранжевую революцию», готово вернуться к авторитаризму?

Последний политический кризис показал, что общество приветствует силовую позицию, и восторг, который пережили сторонники Виктора Ющенко после того, как он начал принимать волевые решения, меня очень смущает, поскольку он напоминает демократическую истерию в России в 1993 году, когда торжество правды подменяло собой торжество права и правильности. Активность общества направлена сейчас на поиски внешнего источника силы, и эта сила отождествляется с новой моралью. Если ты силен, если ты навязываешь – значит, ты правилен. Таков закон самоутверждения авторитарных политиков.

Думаю, что с одной стороны в Украине непопулярна идея реставрации, которая была реализована в России. Вместе с тем, конфликт культур (постсоветской, украинской модерновой, космополитической бизнес-культуры) приводит к тому, что поиск внутренних регуляторов, которые сделают невозможным навязывание внешней силы, будет очень затянутым. Ключ нужно искать в формировании неких общепризнанных устоев и стереотипов по поводу того, как должно быть организовано общество, какие правила взаимоприемлемы и какие устои должны стать частью самых разных политических идеологий. Этот процесс с одной стороны требует от политической и бизнес-элиты нового отношения к обществу, однако способность нашей элиты к социальному управлению сегодня, к сожалению, просто на нуле.

Таким образом, главный вызов для элит – это их готовность к управлению социальными процессами. Ключ к такому управлению – это формирование устоев, основанных на преемственности исторической памяти. Нужно чтобы опыты, знакомые сейчас нашему обществу (опыт рыночной экономики, опыт гражданского сознания, опыт либерального типа социальной организации), были приемлемы и узнаваемы, а не казались чуждыми нашим людям, и не навязывались извне. Тогда в обществе будут формироваться устойчивые правила с опорой на ценности гуманизма. Если же это искусство не будет применено, то нас еще ждет некая точка излома, когда обществу придется сдать экзамен на готовность жить по нормам внешней силы, или же волюнтарного лидера, который будет предлагать свою позиции, в том числе и ценностную, как основу для новой нормы.

Но все-таки, какими качествами должен обладать моральный политик?

Как я уже говорил, политика мало отличается от экономики и других сфер, и поэтому в ней действуют те же нормы и принципы. Однако у политики есть свои законы, политика – это борьба за власть, и поэтому она требует от каждого участника искусства предлагать свои взгляды и интересы как всеобщие. Мораль политика зависит от того, насколько он способен связать свой интерес с общественным интересом, насколько его интерес не разрушает это общество, а работает на него. Поэтому, я бы скорее говорил не о формальных и канонизированных моральных нормах, а о нравственности политиков. Нравственность – это внутренне мерило, это личностное измерение внешних моральных норм, способность и умение чувствовать, насколько твоя жизнь и интерес сочетаются с тем, что нужно обществу.

Обществу же сейчас нужны довольно простые, однако, сложные в исполнении сигналы: это сочетание жизни для себя с умением и желанием к самоотречению, это принцип гуманизма, который предполагает принцип развития, а не консервации. И последнее – главным критерием нравственности политика является его ответственность. Ответственность – это готовность уйти из политики в случае негативного результата, самокритичность. В политической истории есть примеры, когда политики, зная, к чему привели их ошибки, сами уходили из этой сферы, хотя их амбиции и карьерные интересы и мешали такому шагу. Дабы не упрекать наших политиков, я такие примеры приводить не буду.

Таким образом, нравственное, личностное мерило я бы поставил на первое место. Именно от него зависит способность элит понять требования социального развития, сохранить и развивать преемственность. А уж после этого можно будет говорить о канонизации этих общественных норм и переходе их в разряд морали.

Беседовала Оксана Гриценко

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Новый мировой беспорядок – как мы в нем оказались

Развал системы глобальной безопасности – следствие подъема национализма, этой «темной стороны демократии», что уже привело к конфликтам во многих странах мира; происходящее в Украине является доказательством этого, а возможно, и началом революции. Как выбраться из подобной ситуации в реальной жизни? Научные исследования показывают, что есть только два пути: чистая победа одной из сторон, или «мучительный тупик», в котором обе стороны страдают из-за конфликта, пока не согласятся на международное посредничество.

В Украине Россия тоже вошла в мучительный политический тупик. Да, она показала свою силу духа в отношении санкций – а также готовность терпеть неудобства, чтобы при этом терзать Украину, пытаясь сохранить благодаря этому свое влияние и сепаратистскую автономию на востоке страны. Украина, однако, стремится к чистой победе, окружая сепаратистов и обстреливая их позиции. Чего мы пока не знаем – как далеко Украина готова зайти в своем стремлении к полной победе, и как далеко готова зайти Россия, чтобы этого не допустить? Да, можно надеяться, что международные посредники смогут убедить и Украину, и Россию, что издержки открытого конфликта могут быть столь велики, что лучше пойти на сохранение нынешнего положения, чем продолжать военные действия. Я боюсь, однако, что мы увидим дальнейшее обострение конфликта, усиление экономических санкций и расширение военных действий.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Кирило Стеценко, заслужений артист України, професор Київського національного університету культури і мистецтв

Втома від свободи

Олександр Вишняк, доктор соціологічних наук, директор фірми «Юкрейніан соціолоджі сервіс»

Декларації моральності політиків, фактично, є прикриттям того, що політика виходить за норми права

Мирослав Попович, академік НАН України, директор Інституту філософії імені Г.Сковороди

Через зв’язок права і моралі наше суспільство опинилось у пастці

Тарас Возняк, головний редактор культурологічного часопису “Ї”

«Моральні ресурси кожна людина повинна шукати в самій собі»

Семен Глузман, правозащитник, психиатр

Не может быть одной системы моральных ценностей

Сергей Борисович Крымский, академик

Моральный кризис носит глобальный характер

Владимир Никитин, доктор культурологии, эксперт Международного центра перспективных исследований

«Самым страшным в нашем обществе оказалось то, что моральная оценка попросту перестала действовать»

Максим Стріха, керівник наукових програм Інституту відкритої політики, доктор фізико-математичних наук

Моральних авторитетів нам не вистачає лише тому, що ми не хочемо їх помічати.

Олена Злобіна, доктор соціологічних наук, заввідділом соціальної психології Інституту соціології НАН України

«У нас існує проблема запиту на моральність»

Сергій Дацюк, философ

Культивувати нові цінності мають перш за все поети, а вже потім філософи...

Алексей Шевченко, д.ф.н.

Режим всеобщего бесстыдства

Юрій Макаров, журналіст, літератор

«Не в тому проблема, що відбувається масована плебеїзація, а в тому, що бракує потужної, впливової альтернативи»

Іван Андрусяк, письменник

«Ліберальні ґлобалізаційні тенденції, органічні й закономірні в економіці, але руйнівні для духовно-культурної сфери»

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,070