В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

«Игра в демократию» нынешней, как и всех предыдущих властей, несет в себе реальные угрозы для демократии как таковой. Украинским лидерам все труднее декларировать демократические ценности и демонстрировать желание считаться с интересами большинства граждан и, тем более, учитывать мнение оппозиции в процессе реализации своей политики.

Несоответствие сложившихся в Украине политических институтов тому идеалу, к которому стремится общество, и запрос на «восстановление справедливости» все чаще делает актуальным вопрос «наведения порядка», для чего требуется «сильная рука».

Но ситуация в Украине типична для большинства посткоммунистических стран Центральной и Восточной Европы. Выборы, прошедшие во всех вышеградских странах за последние два года показали, что странам региона свойственна политическая нестабильность и непредсказуемость поведения политических игроков. Еще более четко просматривается подрыв доверия к демократическим институтам. По данным недавнего международного опроса Института Гэллапа, восточные европейцы не считают выборы в их странах честными и свободными. На вопрос «думаете ли вы, что ваш голос что-то значит?», лишь 22% респондентов дали положительный ответ. Демократия сегодня не имеет врагов, но она теряет своих сторонников.

Желание сохранить высокий уровень социальной защиты у наших соотечественников сочетается с потребностью в элементарных гражданских свободах, от которых украинское общество уже вряд ли сможет отказаться. И все это – на фоне общего неприятия власти. В этом неоднозначность и противоречивость ситуации в Украине.

Одной из ключевых угроз демократии являются проблемы, связанные с верховенством права. Недоверие общества к органам власти – это норма, недоверие к институтам права – симптом приближающегося кризиса.

Популистские партии и блоки, в большей или меньшей степени, стремятся выражать и «выезжать» на своих рецептах по устранению этих проблем в условиях двойственности демократических стандартов и подходов для «своих» и «чужих». На фоне неудовлетворенности общества действиями политической элиты в целом это иногда срабатывает. Но не таятся ли в таких действиях попытки приучить общество к мысли о невозможности реализовать в Украине какую бы то ни было демократическую модель правления?

Мы предлагаем обсудить на страницах «Диалог.UA» ряд вопросов, связанных с авторитаризмом. Возможно ли, что запрос на патернализм и попытки его удовлетворения могут привести к установлению авторитарного режима в Украине? Так ли сильно приблизилось украинское общество к демократической системе правления, чтобы процесс этот стал необратимым? И что (или все же кто?) может являться гарантом того, что Украине удастся избежать авторитаризма? И всегда ли авторитарное общество является недемократическим, с точки зрения механизма действия? Какие социологические критерии патернализма и авторитаризма в общественном сознании можно выделить, чтобы, опираясь на них, отслеживать, фиксировать, предупреждать, бороться с возникающими субъективными и объективными рисками для демократического процесса в Украине, фиксировать слабые места развития этого процесса? Закончится ли игра украинской власти в демократию «взрослым», настоящим народовластием, или нас ждет авторитаризм, который никогда не бывает «игрушечным»?

Свернуть

«Игра в демократию» нынешней, как и всех предыдущих властей, несет в себе реальные угрозы для демократии как таковой. Украинским лидерам все труднее декларировать демократические ценности и демонстрировать желание считаться с интересами большинства граждан и, тем более, учитывать мнение оппозиции в процессе реализации своей политики. Закончится ли игра украинской власти в демократию «взрослым», настоящим народовластием, или нас ждет авторитаризм, который никогда не бывает «игрушечным»?

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Корень всех проблем – низкая эффективность власти

6 мар 2008 года

В последнее время эксперты все чаще говорят о том, что в украинском обществе усилились патерналистские и авторитарные настроения. В чем причина подобных настроений – если, они, конечно, действительно таковы?

Мы будем рассматривать данные исследования «Социологический мониторинг», которое работает уже 14 лет при Институте социологии Академии Наук Украины. Это уникальный проект, единственный в постсоветском пространстве работающий столько времени. Он отслеживает основные тенденции жизни в украинском обществе и представлен под называнием «Социальный портрет населения Украины». Давайте рассмотрим, насколько люди сами оценивают свою возможность влиять на неправильные решения власти, взяв за основу явление так называемого патернализма.

Само это явление связано с двумя причинами. Первая - осознание человеком собственного бессилия и желание опеки со стороны государства. Вторая - существующая идеология державы, когда граждан заставляют быть послушными, беспомощными и, естественно,обращаться к патронажу.

Ситуация советского времени как раз такая и была. Был патрон - такая партия, которая говорила, что все вопросы решает профком на предприятии, или партийный комитет. Мы исследовали как изменилась психология людей.

Д ля начала возьмём такой вопрос: « если бы правительство Украины приняло решение, которое притесняет ваши законные права и интересы, вы что - нибудь смогли бы сделать в свою защиту? » В 94-ом году 65% говорили «нет, ничего не смог бы». По прошествии 13-ти лет, в 2006-м году 63% повторили тот же ответ. То есть, можно сказать, что несмотря на все годы независимости преобладающая часть населения по прежнему считает себя бессильной против власти и, что в случае притеснения их прав, они будут не в силах что-либо изменить.

Как трактовать эти результаты? Является ли это патернализмом?

Я думаю что нет. Это, с одной стороны, реальная оценка своих сил, а с другой стороны - бацилла прошлого, осознание своей беспомощности, неорганизованности, и, я бы сказал, политическая пассивность. На первый взгляд кажется, что эта пассивность более характерна для глубинки. Поэтому мы задали такой же вопрос в другой редакции: « а если бы подобные решения принимала местная власть? » Ситуация и при такой постановке почти не изменяется: в 94-м году 56% не сделали бы ничего, а в 2006-м - 50%, то есть половина.

Вы можете мне сказать, что существуют различные формы протеста. Некоторые видны каждый день, другие - менее заметны. Да, так и есть, потому мы изучили, какие из них наиболее распространены. В 94-м преобладали три основные формы. Это работа в предвыборных кампаниях, сбор подписей под петициями и участие в легальных митингах и демонстрациях. Также выяснилось, что по всем трем вариантам в 2006-м году наблюдается подъем активности граждан​ особенно по участию в уличных выступлениях: с 17% в 94-м до 28% в 2006-м.

Однако, здесь надо еще подчеркнуть два принципиальных момента. Прежде всего - качественный состав. Бытуют мнения, что старшие люди - патерналисты, ничего не делают, сидят дома. Так вот, активными участниками демонстраций оказываются пенсионеры и студенческая молодежь.

Второй момент - и те, и другие получают за это материальное вознаграждение. Только люди старшего возраста при этом стараются в большей степени отстаивать свою позицию, а молодежь чаще настроена на политический карнавал. Власть научила их не быть патерналистами, а относит ь ся скептически к внешнему проявлению политической активности и получать с этого дивиденды. Это хоть и не настоящий протест, но люди, нанимающие их, создают дестабилизацию в обществе. В этом отношении уместно отметить, что граждан, готовых к вооруженной борьбе в 94-м было 2%, в 2006-м- 1%.

Количество же пассивных респондентов, считающих все формы протеста бесполезными, выглядит как определённая константа, 31-32%. Мы предлагали им тринадцать видов выступлений - от вооружённых до самых тихих, но они предпочитают сидеть дома. Эта категория, по видимому, ближе других к патернализму, политическому иждивенчеству.

Вот был ещё хороший вопрос: что лучше - терпеть любые материальные трудности во благо порядка, мира, спокойствия, или - в случае значительного ухудшения условий жизни- всё-таки выходить на улицы с протестом? В 94-м году считали что в любом случае надо терпеть - 44%, в 2006-м - уже 35%. Видим что число сократилось, но оно всё ещё более трети.

С другой стороны, тех, кто готов защищать свои права, хоть как-либо их артикулировать, в 94-м было 23%, а в 2006-м- 42%. Когда был «майдан»: 2003-й- 47%, 2004- 42%, 2005- 45%. В общем, здесь наблюдается рост активности, возможно, осознание чего-то. Но был ещё и другой вопрос: готов ли человек лично принимать участие в демонстрациях? В 98-м году «скорее всего НЕТ» ответили 35%, а в 2006-м их количество возросло до 46%. В то же время, «скорее всего ДА» в 98-м было 35%, в 2006-м- 31%. Получается, что на словах звучит артикуляция «надо-бы защищать», а если спросить: лично Вы пойдёте? - услышите «нет».

Выходит, что патернализм это одно, а авторитаризм – нечто другое?

А вторитарны е настроени я далеко не всегда связаны с патернализмом, психология которого исходит от надежды на государство. Так вот, благодаря системной недоработке, игнорированию проблем «маленького человека», наше население постепенно но уверенно начинает терять эту привычку. Это происходит от признания малой эффективности государственной поддержки.

В этой ситуации проявился феномен экономической самоорганизации. Западные коллеги не понимают, как при нищенской пенсии у нас нет социальных бунтов? Вот им ответ - бацилла патернализма умирает, люди понимают, что надо самим выживать. И тут, как мы видели, политическая активность не растёт, население пассивно. Но эта пассивность не есть сохранение патернализма.

И непосредственно об авторитаризме. Вопрос звучал примерно так: « согласны ли Вы что несколько сильных руководителей могут быть выше всех законов и дискуссий? » Так вот, ещё в далёком 92-м году с этим были согласны 52%, а в 2006-м уже 65%. Да, прирост есть. В 94-м таких было 40%. Но это, опять таки, связано не с патернализмом, а с малой эффективностью власти. Топтание на месте, когда одна оппозиция сменя е т другую оппозицию и декларирует заботу о народе, но за этим ничего не стоит, вызывает у народа скепсис. Синдром утомления от политических дел и, в частности, перманентного избирательного процесса, приводит к тому, что хочется сильной руки, которая заставит всё работать.

Видите, как всё складывается? И политическая пассивность, с одной стороны, и нарастание авторитарных настроений с другой имеют причиной не патернализм, а низкую эффективность действующей власти.

Значит ли это, что в следующем избирательном цикле может появиться значительная поддержка у партии, у кандидата, предлагающих твёрдый порядок, сильную руку и т. д.?

Конечно, да. И в этом случае риторика данных претендентов должна быть связана с социальными реформами. Смотрите на то, что сейчас происходит – на возмещение вкладов выдали по тысяч е гривен. В сущности - подачка; мало того, по оценкам специалистов, она может спровоцировать инфляцию. Но мы наблюдаем всплеск симпатии к премьер - министру, которая решительно приказала это сделать, кого-то наказала, сняла с должности... Это импонирует нашему избирателю, но лишь касательно социальной сферы. Относительно внешней политики позиция должна быть абсолютно сбалансирована. Решительность тут будет вредна и непонятна.

На Западе часто говорят о растущем недоверии к демократическим институтам. Не наблюдается ли и у нас подобное явление – предвестник перехода к авторитаризму?

Нет. Что интересно, нет. Мы исследовали типы политической культуры в Украине по двум направлениям: активный — пассивный и демократичный — недемократичный. Мы построили такую матрицу, где под каждую шкалу было поставлено по 50 суждений. Основной вывод получился такой: в стране преобладает пассивная демократическая культура. Независимо, хочу подчеркнуть, от регионов проживания респондентов.

Здесь хотел бы отметить спекуляции по поводу « цивилизационного разлома », как сейчас модно стало говорить. Они имеют под собой основания; есть региональные различия, есть этнолингвистические. К ним хорошо приложила руку политическая элита. В частности, сегодня в Донецкой области более 1500 топон и мов связаны с советским периодом. Названия городов, площадей, улиц и т. д. И это про должается более15-ти лет после распада Советского Союза, и местные власти это консервируют. Так и выглядит пассивно-демократический тип культуры. Но при этом возможен дрейф в более жёсткую сторону, поскольку вопрос о построении гражданского общества в Украине остаётся открытым. Показателем при этом будет политическая активность. Сидящие на диване не смогут защитить демократию и в этом плане мы довольно уязвимы.

Возьмём опять цифры, раз уж это интересно. Например, уровень закрытости украинцев. Суждение «никому не доверять - самое безопасное» в 92-м году разделяли 47% украинцев, в 2006- тоже 47%. То есть, половина населения, как мы видели, предпочитает никому не верить.

Или ещё вопрос: от чего зависит, как складывается Ваша жизнь? Типичный патерналист говорит «я пассивный человек, это от внешних обстоятельств». В 92-м году так отвечали 20%, в 2006-м- 19%. За 15 лет по сути ничего не изменилось. А количество людей, которые не считают внешние обстоятельства приоритетными, выросло с 25-ти процентов до 32-х.

Эти цифры красноречиво говорят о том, что возрастание патернализма в Украине отсутствует. Преобладает трезвая оценка состояния государства. В результате народ становится социально пассивным – ведь достучаться никуда не льзя, и уходит в себя. И всё это накладывается на ностальгическое желание, чтобы в стране был порядок. Вот такой симбиоз ощущений, который нужно учитывать нашей власти, потому что скатывание к авторитарной системе в современных условиях никак не решит наши экономические проблемы.

Украина сегодня уникальна в том, что оппозиция чрезвычайно жёстко блокирует все действия власти и никак не входит в конструктивное русло. Поэтому для части населения привлекательной моделью кажется путинская Россия, где всё очень жёстко, всё движется... Но опрошенные нами респонденты среднего и более младшего возраста понимают, что это не то, что нужно нам. То, что у нас показывают по телевизору о России,- вообще не понятно. В самой России ситуация ещё хуже: что реально происходит в Украине они даже не представляют,- настолько информация отфильтрована. Такие вещи нужно учитывать и говоря о них- ссылаться на данные профессионально сделанных опросов, а не на мнения политологов, по разному интерпретирующих свои же мысли. Это уже не есть наука.

 

Записал Андрей Маклаков

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

"Упадок Пятой республики": мифы и реальность

Одним из ключевых слов в лексиконе французских интеллектуальных элит все чаще становится «упадок» (le declin). Под ним имеются в виду действительные или мнимые риски утраты Францией в глобализированном мире XXI века ее традиционной роли одной из великих держав.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Владимир Лупаций, исполнительный директор Центра социальных исследований "София"

Процес інтенсивної корозії

Віталій Кулік, директор Центру досліджень громадянського суспільства

Це не патерналістські настрої, а незадоволення громадян рівнем соціального захисту

Наталя Погоріла, соціолог

Наші люди починають краще розумітися в політиці

Виктор Небоженко, президент Агентства корпоративной поддержки «Трайдент»

Сочетание патерналистских ожиданий снизу и патерналистской демагогии сверху

Ольга Балакирева, кандидат социологических наук, доцент, Глава Правления Украинского института социальных исследований им. Александра Яременко

Ностальгия по патернализму

Олексій Гарань, доктор історичних наук, професор Києво-Могилянської Академії, науковий директор Школи Політичної Аналітики

Авторитаризм російського типу в Україні неможливий

Євген Головаха, Заступник директора Інституту соціології, Завідуючий відділу історії, теорії та методології соціології, професор

Здолавши патерналізм, через 15 років Україна стане самостійною європейською державою

Дмитрий Выдрин, политолог

Патернализм, как и наркомания, не имеет предела, пока не доходит до передозировки.

Людмила Шангина, УЦЭПИ им.Разумкова

Патернализм продуцирует власть

Олександр Шморгун, канд. філос. наук, доцент, провідний науковий співробітник Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України, старший науковий співробітник Інституту європейських досліджень НАН України

Авторитаризм і демократія: партнери чи антиподи?

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,032