В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Демократия по-украински

Названий и определений для современных форм проявления демократии существует великое множество. Можно восхищаться их академической глубиной и безукоризненной логикой, наслаждаться афористичностью и меткостью. Но, обратившись от теории к практике, нельзя не заметить, что ни одно из них не находит полноценного проявления в реальной жизни и политическом обустройстве общества. За рамками самых обстоятельных определений демократии всегда остаются особенности, присущие ей только в той или иной стране, к тому же на весьма ограниченном отрезке времени.


В построении государства своей мечты украинская бюрократия начисто переиграла и поэтов, и демократов. Под лозунгом разделения и независимости властей судебную, исполнительную и законодательную власть сначала вывели из-под контроля общества, а затем передали в аренду олигархическим кланам. И хотя власти чиновников из силовых подразделений пока достаточно, чтобы время от времени тасовать колоду олигархов, толпящихся у государственных кормушек, равновесие антидемократических сил не может сохраняться вечно. Ограничивая возможность буржуазии использовать деньги для политических целей, бюрократия, для сохранения равновесия, обязана отдавать ей взамен административный ресурс, поскольку именно чиновники, как никто, заинтересованы в сохранении своего нынешнего положения. При нарушении баланса сил на смену олигархам, приближенным к вершине властной пирамиды, приходят новые, жаждущие вернуть капиталы, вложенные в путь к власти, а иногда и реванша за прошлые поражения.

Что же касается попыток расшатать плотные заслоны бюрократии на пути в Украину демократии со стороны европейской и мировой общественности, то по ее меркам у нас и так все в порядке. В украинском парламенте представлено более десятка политических партий и блоков, около 45 % всех депутатов состоят в оппозиционных фракциях, а президент избирается всенародно. Уровень демократии в нашей стране по этим показателям соответствует уровню самых развитых демократических стран Европы и Северной Америки. Но демократии от этого больше не становится. Лишь появляются ее новые названия и определения. А к критериям демократизации страны подключаются субъективные оценки экспертов, уверенных в том, что уж лучше их демократии в мире нет.

Какими критериями руководствоваться, отвечая на вопрос, есть ли демократия в Украине? С кем или с чем сравнивать «уровень демократии» и можно ли это делать в принципе? Ведь не секрет, что дискуссии о демократии имеют свойство от научных определений плавно переходить на уровень интуитивных представлений. И оказывается, что не только у каждой социальной группы, но и у каждого индивидуума есть свое личное ощущение черты, за которой демократия превращается в анархию или деспотию. Поэтому заявления о том, что Украина еще слишком далека от истинной демократии, практически никогда не находят возражений. Хотя «истинную демократию» каждый понимает по-своему.

Чего же не достает Украине, чтобы у скептиков не возникло сомнений в том что, пусть и не совершенная, но все же демократия в нашей стране существует? Или наоборот, что такое имеется в Украине, что заставляет оптимистов соглашаться с тем, что демократии на тринадцатом году демократических преобразований у нас все еще нет?

Какие демократические институты у нас еще не действуют, и почему созданные и подававшие надежды, не действуют уже? Почему астрономическое количество политических партий в Украине не перерастает в гарантирующее демократию качество? И способны ли наши граждане к самоорганизации?

А может, мы просто не «доросли» до демократии, и все еще впереди? Ведь мировой опыт показывает, что ни одно общество не знало деспотии, которую не излечило бы время. А если так, то куда и как долго нам надо идти, чему учиться, чей опыт перенимать? Каким он должен быть на самом деле, «народ властвующий»? Может, богаче, чтобы позволить себе думать еще о чем-либо, кроме собственного выживания? Или доверчивее, чтобы верить в благие намерения очередной «демократической» коалиции? Или более стойким, чтобы не поддаваться манипуляциям политтехнологов? Или настолько голодным, чтобы решиться, наконец, потерять собственные цепи?

Пытаясь ответить на эти и многие другие вопросы, «Диалог.UA» будет обсуждать проблемы становления демократии по-украински. Очевидно, что создать необходимые и достаточные условия для ее развития и укрепления влияния за двенадцать лет независимости так и не удалось. Тихий саботаж чиновников и открытое противодействие демократизации общества со стороны крепнущей власти сыграли с романтическими настроениями украинцев начала 90-х годов прошлого века злую шутку.

Все возвращается на круги своя. Риторика коммунистов конца 1980-х берется на вооружение «большевиками» 2000-х. «Независимость» и «демократия» путем подмены понятий постепенно превращаются едва ли не в ругательства. Цензура и слежки становятся нормой. Всесильные и напористые при разрушении коммунистического режима СМИ, оказались беспомощными перед кучкой олигархов, где подкупом, а где и физической расправой лишивших «демос» права на объективную информацию.

Чем «управляемая демократия» в России 2004 года отличается от молодой и еще не очень ярко выраженной автократии в Беларуси начала 1990-х? Для Украины этот вопрос вовсе не праздный, поскольку отечественным политикам свойственно следовать по пути «старшего брата».

Плюрализм, гражданское общество, свобода слова, средний класс, местное самоуправление, либеральная демократия, полиархия – за каждым термином в реальной жизни стоят десятилетия борьбы и надежд. Какие направления в своем стремлении к демократии должна избрать Украина? Или двигаться во всех сразу, постоянно осознавая безнадежность очередной многовекторности?

Свернуть

Тихий саботаж чиновников и открытое противодействие демократизации общества со стороны крепнущей власти сыграли с романтическими настроениями украинцев начала 90-х годов прошлого века злую шутку. В построении государства своей мечты украинская бюрократия начисто переиграла и поэтов, и демократов. Под лозунгом разделения и независимости властей судебную, исполнительную и законодательную власть сначала вывели из-под контроля общества, а затем передали в аренду олигархическим кланам. Возможно поэтому, заявления о том, что Украина еще слишком далека от истинной демократии, практически никогда не находят возражений. Хотя «истинную демократию» каждый понимает по-своему.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

«Украинская демократия - неустойчивая форма западной демократии»

Демократия – это система институтов, где никто заранее не может предсказать результат и где все ключевые игроки соглашаются с тем, что существуют некие правила, по которым они играют, избегая использования силы.

 

Считаете ли Вы Украину демократической страной?

 

Это сложный вопрос. Мнений по поводу, что являет собой демократия - много. Политологи во всем мире давно спорят, считать ли постсоветские страны демократическими государствами, соответствует ли их политический опыт  «стандартной демократической истории». Если говорить о формальных критериях, то лично я не отнесла бы Украину (особенно в нынешних условиях) к демократическим странам. Однако нельзя отрицать, что у нас есть определенные демократические достижения. И поэтому я бы назвала Украину государством с неустойчивой демократией, некоей гибридной формой, как определяют ее ряд политологов.

В политологии принято говорить о демократизации как о переходе от авторитарного (или тоталитарного, как в СССР) прошлого к демократии в два этапа или две фазы. Первую фазу Украина преодолела достаточно успешно, учредив необходимый демократический минимум. Речь идет, прежде всего, об институте выборов, политических партий, развитии парламентаризма и т.д.. Но этого не достаточно. Остается вопрос, насколько все эти институты действенны.

Исследования стран, которые проходили путь от авторитаризма к демократии говорят, что принципиальным для утверждения демократии является прохождение именно второй фазы - консолидации демократии. В этой фазе учрежденные демократические институты становятся  уже не формальными, а фактическими. То есть, работают эффективно при установленных для всех поколений политических сил «правилах игры». Прежде всего, это касается такого важного, определяющего момента как выборы и смена власти. В таких условиях риск проиграть выборы не становится поводом для пересмотра правил игры. Так, Адам Пшеворский определил переход от демократии следующим образом: «Решающим шагом на пути к демократическому государству является передача власти от группы лиц к своду правил». То есть, не имеет значения, кто конкретно получает власть в руки, насколько он хороший или плохой политик. Это покажет уровень доверия общества. Главное в том, что никто не пытается изменить результаты выборов постфактум, и все признают выборные правила как единственно возможный путь к получению власти и осознают и принимают возможность ее потери. Выборы и их результаты не могут быть отменены по произвольному решению той или иной политической силы – это то, что действительно принципиально и составляет сущность демократии. Потому как, демократия – это система институтов, где никто заранее не может предсказать результат, и где все ключевые игроки соглашаются с тем, что существуют некие правила, по которым они играют, избегая использования силы.

 

Справедливо ли мнение, что Украина из всех стран СНГ имеет наибольшие предпосылки для построения демократии?

 

Я бы сказала, что Украина осталась той страной, которая имеет шанс пройти вторую фазу и стать государством с консолидированной, реальной демократией.  Однако, к сожалению, я вынуждена констатировать, что последние события, связанные с внедрением идеи так называемой политреформы, могут отбросить Украину назад. Ибо очевидно, что речь идет не о реформе политической системы, а о том, что действующая политическая команда не хочет уступить власть другой команде в результате выборов. Если в 2002 году ей удалось удержаться благодаря несовершенству избирательной формулы, то в 2004 году, судя по настроениям избирателей, сохранить власть не удается.  Отсюда и возникла идея политической реформы как способа отменить выборы и их потенциальные результаты. Такая «реформа» сама по себе – угроза демократии в Украине, поскольку она направлена на пересмотр статус-кво правил демократических выборов и ограничение принципа политического плюрализма. В Украине очень узки рамки для функционирования свободных СМИ и политической оппозиции,  и эти рамки становятся еще уже, что во многом определяет качество нынешней украинской демократии. Попытка же власти провести такую «реформу» во многом обусловлена нежеланием принять принцип выборности как путь к власти.

Я хочу подчеркнуть, что отмена принципа выборности под каким бы то ни было предлогом является посягательством на демократические ценности, ибо это угроза такого ключевого демократического фактора как республиканизм. Те, кто нарушает принцип республиканизма, предполагающий сменяемость власти, фактически ограничивают свободу и ступают на путь монархии или диктатуры.

 

Из ваших слов следует, что у украинской демократии есть враги. Какие группы, на Ваш взгляд, не заинтересованы в построении у нас демократического общества?

 

Украине, как и всему постсоветскому пространству, пришлось сложно в процессе демократизации. Она оказалась перед двойной задачей - перехода к  демократии политической, а также рыночной системам. Задачи двойного перехода требовали не только быстрых реформ и решений, но и опыта и взвешенности, которых у власти не было. В итоге, было сделано много ошибок. Среди них: ускоренные темпы приватизации, которая прошла на недостаточно справедливой основе. Реализованная в нашей стране модель перераспределения собственности привела не только к появлению нового класса собственников, но и к тому, что на сегодняшний день украинское общество резко поляризовано на узкий круг богатых, которые контролируют львиную долю национального богатства, и широкий - бедных. Новая социальная структура еще, конечно, очень аморфна, но тот верхний класс, который получил преимущества и собственность в результате быстрых реформ пытается закрепить именно такую ситуацию. А для этого ему нужен особый политический режим власти, который позволяет контролировать политический процесс и удерживать социальное недовольство. Сложные политические задачи, вытекающие из этого, заставляют этот правящий класс  концентрировать власть и полномочия, перекрывая доступ к рычагам власти со стороны других социальных групп. И тем самым всячески тормозить процесс институционализации демократии, то есть развитие политических институтов, которые способствуют утверждению демократического способа жизни.

 

Вы говорите об олигархах?

 

Да, это, безусловно, класс олигархов. Он возникает как следствие политики, направленной на ограничение демократии. Эта политика - ограничение доступа к собственности и власти. Возникшая смычка власти и собственности и образует олигархию.  И это не журналистский блеф – олигархический режим власти фактически сложился и может быть запросто легитимизирован через реализацию предложенной «политической реформы». Речь идет не о том капитале, который сформировался и работает на свободном рынке, а о том, который опирается на государственную машину и преференции от бюрократии. Который не приемлет свободной конкуренции и равных возможностей для ведения бизнеса. Именно потому этот капитал и есть олигархическим и потому он не заинтересован в реальной демократии.

Демократические реформы всегда связаны с вовлечением максимального числа граждан в политический процесс, в управление, в контроль за властью. Это предполагает также соответствующую экономическую политику в интересах большинства граждан. И это непосредственно угрожает краткосрочным выигрышам правящего класса, которые были получены в условиях доминирования президентской ветви власти. Об этом говорит качество современной политики, которая проводится исключительно в интересах этого очень узкого круга лиц, которые боятся изменения ситуации.

 

Таким образом, олигархи – это враги украинской демократии. Кто же тогда заказчик демократизации нашего общества?

 

К сожалению, пока система интересов, существующих в Украине, структурно не оформлена. Это не значит, что этих интересов нет. К сожалению, большинство граждан Украины отстают в структуризации интересов  социальных процессов от олигархов, которые уже оформились, имеют систему политического представительства, причем не только на уровне парламента, Кабинета Министров и администрации Президента, но и на областном, и на самом нижнем уровне.  Как это достигается - другой вопрос.

 

Поскольку каналы доступа к власти перекрыты, обществу тяжело структурироваться и представлять свои интересы. Каналами репрезентации интересов граждан на разных уровнях могут и должны выступить сильные политические партии. Этому должна способствовать и избирательная система и сама структура партий, которые будут заинтересованы в том, чтобы выиграть поддержку граждан. Но пока эти принципы работают слабо.

 

У нас есть шансы увидеть средний класс, который формируется из представителей молодого поколения, достаточно образованных людей, хорошо понимающих происходящие процессы. Если эти люди пока не включились в реальное построение демократии и пока не предъявили свои права, то, думаю, это вопрос не более 5-10 лет. Дальше они выставят свои требования, и молодое поколение станет той реальной оппозицией, тем костяком электората, который будет требовать от олигархов перераспределения власти. Конфликт здесь рано или поздно неизбежен, даже если олигархам удастся реализовать свой сценарий и установить олигархический авторитарный режим власти. 

 

Вы говорили, что Украина находится на определенном этапе построения демократии. Тогда эта наша «демократия по-украински» уже должна иметь определенные формы. Какие именно? Не считаете ли Вы, что особенностями нашей демократии является «кумовство» или «землячество»?

 

У нас не просто нестабильная демократия. То, что мы имеем, это пока не столько украинская демократия, сколько искаженная форма западной демократии. Ведь «свою» модель мы и не пытались создавать. Если Россия ведет поиск, отстаивая собственный путь комбинирования  демократии и авторитаризма, то у нас это было слепое заимствование западной модели.

 

Относительно кумовства и его всевозможных форм, которые действительно продолжают существовать как активные факторы политической жизни, то прежде всего - это элементы традиционного общества, которые сохранились в Украине. Это свидетельствует о том, что наша страна, как и весь постсоветский мир, не прошли так называемый проект политического модерна. То есть, у нас нет современного типа государства, ориентированного на гражданина, а не на самого себя, и как следствие у нас нет рациональной бюрократии и системы национальных интересов. Можно также говорить, что элементы «землячества» унаследованы от старой советской технократической модели инкорпорирования и функционирования элит в системе власти, основанной на отраслевой или региональной близости. Современные демократические типы привлечения и деятельности элит построены в целом на политико-профессиональной основе – все более значимы именно профессиональные политики. То же, что мы видим в Украине, мало чем связано с демократией.

 

Существуют ли некие черты украинского менталитета, сопоставимые с демократическими ценностями, или же, напротив, отторгающие демократию?

 

Украина очень интересная страна, поскольку проблема Востока и Запада у нас реально существует, и это различие напрямую связано с социокультурными особенностями. Я имею в виду особенности политической культуры западной и восточной Украины. 

 

После того, как я объездила почти всю Украину, могу уверенно сказать, что эти различия видимы. С одной стороны – это запад Украины, где сильны ростки гражданской культуры, особенно так называемой «культуры участия», что способствует развитию демократии. Это во многом связано с близостью к европейской политической культуре. И проявляется в поддержке национально-демократических партий. Но тяга к национализму, структурирование партий вокруг идеи «нации», а не «гражданского общества» – не способствует, а препятствует демократии. Судя по качеству украинской демократии – это замечание оказалось справедливым и для Украины.

С другой стороны, есть восток Украины, где ситуация с демократической культурой мягко говоря неоднозначная. На востоке сильны патерналистские традиции, идея сильного государства и сильной руки. Именно отсюда выходят сильные лидеры авторитарной окраски и тут расцветают «партии власти». Государственная идея восточной Украины, своими корнями уходящая в российскую имперскую идею, вообще мало связана с демократической ориентацией, поскольку предполагает приоритетное развитие и укрепление государственной власти, а не развитие гражданского общества, на чем строится любая современная демократия. Сильное же государство в славянском понимании не способствует демократии, поскольку оно подразумевает концентрацию власти, а демократия – это всегда власть децентрализированная.

 

Однако в Украине постепенно могла бы привиться новая демократическая культура, если бы ее не выдавливали. Я вижу, что молодое поколение готово участвовать в политико-социальных процессах, но это желание у него еще не сформулировалось на сознательном уровне. Если вообще говорить о чертах украинцев, то в отличие от подавляющего числа тех же россиян у нас менее развит патерналистский тип политической культуры (зависимость от государства). Многие наши граждане, несмотря на то, что они поддерживают сильное государство, не вполне доверяют такому государству и надеются на собственные силы. И такой либеральный компонент в политической культуре позитивен.

 

К сожалению, очень слаба демократическая культура у наших элит. Проблема в том, что в Украине слишком мало политиков, являющихся носителями демократического мышления.

 

Существуют ли некие недостатки в структуре украинской власти, препятствующие развитию у нас демократии?

 

Президентские системы, по мнению преимущественно латиноамериканских ученых, не содействуют демократическим процессам, поскольку они приводят к поляризации общества, закрепляют власть меньшинства и ведут к монополизации власти и влияния в одном президентском центре.  В отношении к таким президентам придумали даже такое понятие как «плебисцитарный президент», когда у президентов отсутствуют какие бы то ни было реальные горизонтальные типы ответственности – будь-то возможность импичмента, контроль со стороны парламента или судебной власти. Такие президенты контролируются лишь раз в пять лет на всенародных выборах или созываемых ими же плебисцитах.

Учитывая весь этот опыт, принято считать, что президентские системы не содействуют демократии и, опираясь на эту точку зрения, многие пытаются отстоять идею о том, что наиболее эффективной системой власти является европейская или парламентско-президентская модель. Однако существует и противоположная точка зрения, согласно которой президентская система, особенно ее французская или же американская модель, являются самыми эффективными и стабильными. Поэтому проблема не столько в президентской системе, сколько в том, как эта власть работает на национальной почве.

Украинскому президентскому режиму не хватает системы сдержек и противовесов, которые характерны для французской или американской модели. Имеется в виду возможность президента распускать парламент и реальная процедура импичмента.  Система сдержек и противовесов предполагает также децентрализацию власти и развитие местного самоуправления. Такие моменты не заложены в нашей Конституции.

 

Однако менять Основной Закон следует с хирургической осторожностью, помня о том, что Конституция с момента ее приятия в 1996 году предусматривала наличие конституционных законов. Их должно было быть не менее 100. Но они так и остались на уровне проектов, принято было не более 1 от их необходимого числа.

Однако, конституционный дизайн - это необходимый, но недостаточный элемент для того, чтобы система работала демократически. Здесь нужны еще политическая воля людей, которые составляют политическую элиту.       

 

В то же время, для развития демократии очень важно наличие третьего сектора (неправительственных организаций). У нас они почему-то не работают. В чем же проблема?

 

Безусловно, третий сектор – это важная составляющая  демократии. Имеется  в виду, что первый сектор – это сектор государства, второй – бизнес и третий сектор – это сектор гражданского общества. В западных демократических странах по своему влиянию третий сектор - граждан, организованных по интересам, равнозначен первым двум.

 

В принципе, процесс формирования третьего сектора в Украине начался параллельно с процессом возникновения независимого украинского государства (и даже ранее, если вспомнить историю Народного Руха Украины). Разумеется, с ослаблением государственной машины, гражданская инициатива растет. Но, с другой стороны, именно государство создает рамочные условия для развития третьего сектора. У общества всегда есть два пути: либо ему разрешают заниматься построением демократии на микроуровне (то есть, создавая различные общественные организации), либо оно самовыражается на улицах, либо использует прочие неконтролируемые формы демократии. В зависимости от того, какие правила и возможности государство создает этим организациям, так они себя и ведут.

 

Наше государство создает узкие возможности для развития третьего сектора. Поэтому гражданские организации слабо развиты и очень вяло участвуют в политических процессах. С одной стороны, причиной служит слабая культура участия, как рецидив советского наследия. С другой - общество продолжает оставаться под ослабленным, но все же контролем государства. Лояльность, а не взаимодействие остаются определяющим типом отношения между государством и обществом. Такая линия отношений много говорит и о перспективах развития гражданского общества, и о том, как действующий политический режим на самом деле видит участие граждан в управлении государством. Думаю, что если политические реформы будут и дальше идти в таком же русле,  общественный сектор еще очень долго будет находиться в маргинальном положении, что, соответственно, не будет позволять развиваться и украинской демократии.

 

Мы затронули перспективы гражданского общества. А какие перспективы украинской демократии в целом?

 

Шанс на демократизацию у Украины сохраняется. Пока у нас есть силы, которые способны отстаивать на политическом уровне интересы гражданского общества. Пусть это только один спектр интересов граждан, но проблема номер один на сегодняшний день связана с сохранением права людей избирать Президента. От этого зависит, будет ли  у украинского общества шанс влиять на политический процесс, на принятие решений. От этого зависит, будет ли Украина демократическим государством.

 

Если же удастся сценарий, который продавливают олигархические группы, то Украина пойдет по третьему пути (хотя, как говорит Егор Гайдар «третий путь – это всегда путь в третий мир») и станет олигархическим авторитарным государством. И тогда мы очень долго будем выкарабкиваться из этой системы.  

 

Если же наша политическая элита научится мыслить не тактическими, а стратегическими категориями, то Украина сможет стать демократическим государством и войти в число стран-лидеров региона (возможно даже обогнать Польшу). Наша страна вполне могла бы стать лидером Центрально-Восточной Европы, а не вяло бултыхаться в европейском и российском «подбрюшьи».

 

Беседовала Оксана Гриценко

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Финансовое Темновековье

Судьба существующей финансовой системы выглядит мрачно – когда исчезнут т.н. «резервные» валюты, мир погрузится в финансовые «Темные века»; причина этого – господство сверхкрупного спекулятивного капитала и его идеологии «монетарного фашизма», что ведет к вырождению денег. За последние 40 лет деньги получили тотальный контроль над всем и каждым из нас. Будущие поколения вступят в жизнь, обремененные долгами своих отцов. И это неизбежно. Это хуже, чем паутина или стая вампиров, это глобальная пандемия, которая заражает каждую ДНК.

Ученые, политики и эксперты всячески оправдывают социальное неравенство и ущерб, наносимый финансовым сектором государству. Когда безработица и сокращение производства начинают угрожать отношениям между государством и финансовым классом, то финансовый класс предлагает населению «затянуть пояса» и «жесткую экономию». За пределами США это же предлагают сделать другим странам МВФ, Мировой Банк и различные финансовые учреждения. Сегодня финансовый класс и банкиры развивают эту идеологию через СМИ и правительства с той же неистовостью, с какой действовала церковь в Темные Века: всякий усомнившийся считается «еретиком».

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Владимир Головко, кандидат исторических наук, Центр политического анализа

Парадоксальная демократия

Мартін Кригєр, Professor of Law, The University of New South Wales, Сідней, Австралія

Кожна сучасна демократія – це розчарування

Анатолій Круглашов, доктор політичних наук, завідуючий кафедрою політології та соціології Чернівецького національного університету

„Вороги демократії” – це метафора. Але подивитись на себе у дзеркало все ж не завадило б...

Євген Головаха, Заступник директора Інституту соціології, Завідуючий відділу історії, теорії та методології соціології, професор

У українців є перспектива для демократичних перетворень

Евгений Копатько, руководитель Донецкого информационно-аналитического центра

Проблема нашей демократии - отсутствие веры в себя

Віра Нанівська, директор Міжнародного центру перспективних досліджень

„Українська ментальність є глибоко демократичною”

Валерий Пустовойтенко, лидер Народно-демократической партии

Украинская демократия – это еще незавершенная работа

Владимир Коробов, зав. кафедрой философии и социологии Херсонского государственного технического университета, кандидат социологических наук, доцент

«Украина – страна демократических интенций»

Олександр Кислий, керівник Інституту громадянського суспільства (Крим)

Демократія „українською” – це бажання мати сучасну демократичну державу за відсутності необхідних для цього ресурсів

Антоніна Колодій, доктор політологічних наук, завідувач кафедри політичних наук і філософії Львівського регіонального інституту державного управління НАДУ

Україна все ще залишається в стані перехідної невизначеності.

Ярослав Пасько, кандидат філософських наук, доцент Донецької державної академії управління

„Радянська система і досі домінує в нашому житті, що відбивається на нашій державі і нашій демократії”

Андрей Федоров, заместитель директора Европейского института интеграции и развития

О нашей демократии говорить не рано, а уже поздно

Анатолій Ткачук, народний депутат 1-го скликання

Нашу демократію може вибороти тільки великий капітал

Александр Дергачев, политолог

Наш плюрализм - это выборы без выбора

Олексій Гарань, доктор історичних наук, професор Києво-Могилянської Академії, науковий директор Школи Політичної Аналітики

Сподівання не виправдалися

Віктор Погорілко, заступник директора Інституту держави і права ім. В. Корецького НАН України, доктор юридичних наук, професор

Україна є демократичнішою від багатьох країн Заходу

Сергій Гузь, голова Київської незалежної медіа-профспілки

„У нас буде чудове демократичне майбутнє”

Попов Ігор, голова правління Комітету виборців України

Відносність української демократії

Владимир Балабанович, председатель Профсоюза работников сферы предпринимательства

Демократия по-украински - власть без демоса и демос без власти

Олександр Шморгун, канд. філос. наук, доцент, провідний науковий співробітник Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України, старший науковий співробітник Інституту європейських досліджень НАН України

Імітаційні моделі

Віталій Кулік, директор Центру досліджень громадянського суспільства

„Наша демократія має умовний характер”

Андрей Марусов, директор Агентства информационного развития.

«Демократия в Украине – это исторически «неестественный» процесс»

Сергей Макеев, доктор социологических наук, старший научный сотрудник Института социологии НАН Украины

Чтобы народ услышали, надо ворчать. Причем ворчать громко

Олександр Рудик, Асоціація аналітиків політики, кандидат політичних наук

Нужна политическая воля

Сергій Дацюк, философ

Українська демократія: перемога оптиматів над популярами

Юрій Якименко, провідний експерт Українського центру економічних та політичних досліджень ім. А.Разумкова

Українській демократії доводиться долати шалений опір

Дмитрий Выдрин, политолог

Демократии у нас либо пока нет, либо уже...

Кость Бондаренко, директор Института проблем управления имени Горшенина

Враг украинской демократии – само государство

Степан Клебан, заступник виконавчого директора Асоціації міст України

Демократія в Україні перебуває у зародковому стані

Максим Стріха, керівник наукових програм Інституту відкритої політики, доктор фізико-математичних наук

Демократія – це поінформованість населення

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,214