В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

У человека, пытающегося разобраться, что же на самом деле обозначает так часто звучащий термин «социальный капитал», очень скоро появляется чувство, что это всего лишь сплав понятий, очень вольно соотнесенных друг с другом. И возникает небезосновательное подозрение, что социальный капитал до сих пор не имеет устоявшегося определения.

Впервые выражение «социальный капитал» появилось у Лид Джадсон Ханифан, в дискуссии по сельским школам в 1916 году. Он использовал этот термин для описания «тех значимых обстоятельств, которые влияют на повседневную жизнь каждого». Ханифан пришел к выводу о необходимости воспитания доброй воли, братства, симпатии друг к другу и умения налаживать социальные отношения среди людей, которые «образуют социальную единицу».

Понадобилось более полувека, чтобы термин начал широко употребляться. Свой вклад в это внесли Джейн Джекобс (1961) – в применении к городской жизни и добрососедству, Пьер Бурдье (1983) – в отношении социальной теории. Затем Джеймс Коулман (1988) ввел эту идею в академическое обсуждение в контексте образования. Однако не стоит забывать и работы Роберта Патнэма (1993, 2000), который сделал социальный капитал популярной темой для политических дискуссий. Тему «социального капитала» в 1999 году подхватил также Мировой Банк.

Это понятие и правда является размытым и неоднозначным. Для экономистов оно важно для понимани я неформальной стороны существования рынка. Политологи связывают этот термин с доверием к власти; специалисты по PR -технологиям предпочитают говорить о капитале репутаций. Для социологов социальный капитал означает, прежде всего, качество социальных связей в таких измерениях как доверие, взаимоуважение, взаимопомощь. Есть еще русское «сплоченность», украинское «згуртован ість», английское – “ cohesion ”, – слова, подразумевающие определенную устойчивость связей, доверие соотечественников один к другому.

В связи с тем, что тяжело найти устоявшееся определение социального капитала, в литературе часто встречаются интерпретации по принципу «от обратного». То есть, исследователи говорят о тех обществах, которые отличаются взяточничеством, взаимным недоверием и неуважением между собой и по отношению к закону, что у них отсутствует или не развит социальный капитал.

Многие согласны с тем, что граждане в странах Восточной Европы менее социально активны, чем на Западе. Причиной этого считается социалистическое прошлое или смесь социалистического наследия и современных социоэкономических и политических условий.

Что же касается социального капитала в Украине, то здесь фиксируется еще и определенное противоречие. Люди мало доверяют государству, однако это не значит, что они автоматически пытаются решать свои практические проблемы в общественных организациях и политических партиях, как это делается в странах Запада. Отсутствие социального капитала, его некоммунитарность, вредит доверию и совместным действиям. Все отношения такого рода у нас ограничены тесным кругом родственников и друзей.

В последние семь лет более 80% респондентов отвечают, что они не относят себя ни к одной общественной организации. Это самый низкий показатель не только в Европе, но и в Латинской Америке. Без малого 80 лет имитации социальной активности и искусственных гражданских организаций отбили у людей желание и даже сформировали отвращение к публичной активности на уровне участия в общественных организациях. В результате, у нас практически нет доверия к институтам, формирующим и аккумулирующим социальный капитал.

Альтернативное объяснение упадка социального капитала состоит в том, что общества в процессе трансформации становятся более индивидуалистичными и более заинтересованными в «поиске идеального «я»». Основными признаками этого являются распад традиционной семейной жизни, и изоляция индивидов в обществе. Эти моменты в жизни посткоммунистической Европы совпадают с теми, которые наблюдаются в развитом мире.

Низкий уровень социального капитала в посткоммунистических странах также связан с распространенностью негативного социального капитала , проявляющегося в коррупции, местничестве и преступности.

Многие граждане не включены в социальную жизнь, или включены в нее временно. Они не готовы совместно противостоять вызовам со стороны коррумпированной власти или асоциальных сограждан. Однако, есть и определенное общественное понимание того, что социальные проблемы необходимо решать за счет инициативы граждан, но почти нет способности и умения это делать.

Гражданам еще только предстоит осваивать новые формы проявления социальной активности, новые способы солидарности коллективных действий, проявлять свою активность не только в кругу друзей или близких, поддерживать создание новых общественных организаций, формирования нового для нас типа культуры – культуры солидаризма, культуры защиты своих прав и свобод.

В нашем новом диалоге мы попытались проследить эволюцию социального капитала в Украине за последние 20-30 лет, вычленить те типы ресурсов, которые люди получают благодаря своим социальным связям.

Мы попытались выяснить, как функционирует социальный капитал в Украине. Как он дополняет рынок своими перераспределительными функциями. Как влияет на накопление человеческого капитала. Почему социальный капитал важен для искоренения бедности, и как он способствует решению проблемы неравенства доходов и укреплению социального единства.

Есть свидетельства того, что сообщества с высоким социальным капиталом меньше страдают от преступности, здоровее, образованнее и лучше развиваются экономически. Почему бы Украине не взять на вооружение их опыт?

Свернуть

В нашем новом диалоге мы попытались проследить эволюцию социального капитала в Украине за последние 20-30 лет, вычленить те типы ресурсов, которые люди получают благодаря своим социальным связям. Мы попытались выяснить, как функционирует социальный капитал в Украине. Как он дополняет рынок своими перераспределительными функциями. Как влияет на накопление человеческого капитала. Почему социальный капитал важен для искоренения бедности, и как он способствует решению проблемы неравенства доходов и укреплению социального единства. Есть свидетельства того, что сообщества с высоким социальным капиталом меньше страдают от преступности, здоровее, образованнее и лучше развиваются экономически. Почему бы Украине не взять на вооружение их опыт?

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Поки що ми накопичуємо негативний соціальний капітал

13 июн 2008 года

Cучасні науки про суспільс т во дуже часто використовують таке поняття як «соціальний капітал» але не створили для нього чіткого визначення. Що для Вас означає цей термін?

Так, це поняття справді досить розмите. Тому , особисто я , надаю перевагу більш конкретним кат е горіям. Взагалі, використання даного терміну - це явище з розряду тих, що прийшовши з Заходу приживаються в нас дещо повільно. Пострадянська політологічна школа має чітке визначення соціальної політики і людських ресурсів , і я не вважаю за необхіде об ` єднувати ці два терміни на угоду грантодавцям, що піклуються про розвиток фундаментальної науки. До соціального капіталу відносять, скажімо, і освіту, і участь в кримінальних угрупуваннях, і корупцію. Якщо ж ми говоритимемо у термінах соціального капіталу, то слід визначити які саме аспекти нас цікавлять.

Чи можемо ми скористатися ним , якоюсь мірою , для визначення, наприклад, рівня довіри в суспільс т ві?

В такому розрізі, можливо, доцільно про це говорити. Сюди відносяться рейтинги політичних сил, певних інституцій влади, самих політиків, довіра до держави в цілому і таке інше. Тут слід відзначити, що рівень довіри до будь-яких структур змінюється дуже динамічно. В нас немає таких суб ` єктів, що мають стабільний рейтинг. Навіть церква, після чергової попівської сварки, втрачає до 20% довіри. Азбука соціології декларує армію і спецслужби як майже незмінні інституції по рівню соціального капіталу, але ефект маятника зачіпає і їх .

Перша думка, яка виникає, що це ніби-то ознака перехідного суспільства. Але придивившись уважніше можна помітити, що ми переходимо з нікуди в нікуди. Слід уже відмовитись від поняття якогось « транзиту » , тому що ми знаходимось в стані втрати орієнтирів. Ми маємо якісь примарні уявлення про глянцеву Європу, куди начебто рухаємось, але ніяких конкретних кроків не робимо.

Можливо, це через нашу патерналістську свідомість, бо ми вважаємо що весь світ нам щось винен. Політики пропонують то одне, то друге, люди миттєво переключаються, а національної ідеї як не було, так і немає. Маятникові коливання приводять до повного ніг і лізму, до зневірянь щодо української державності. Треба конкретизувати, що ж власне є «європейський вибір» і що для цього треба зробити. А поки що ми накопичуємо негативний соціальний капітал і він може привести до колапсу всієї системи.

Роберт Патмен, американський соціолог, зробив собі ім ` я, коли на писав книгу про розпад громадянського суспільства в Америці. Чи помітні в Україні якісь ознаки цього процесу , який, здається, зачепив все західне суспільство ?

Проблема громадянського суспільс т ва в Америці — це його атомарність. Україна має іншу проблему, що полягає в профанації громадянського суспільс т ва, в його імітації. Громадянське суспільс т во це не показовий набір інституцій, таких як президентство, парламент і суд. Це процес, тонкі механізми взаємодії влади і г р омадських організацій, в тому числі і неформальних, та й окремих громадян. Погляньте на українські партії - це імітація громадських організацій. Або коли треба створити громадське об ´ єднання для контролю за якимось міністерством, то саме міністер с тво і ста є його засновником. Така колегія, звичайно, не буде вносити ніякого конструктиву, а буде просто «одобря м сом».

Погляньте , як опозиція формує свої х громадські х сателіт ів для критики влади. Вони ви сувають ініціативи, які не можуть бути реалізовані ніяким чином, за будь-яких обставин. Вони нездійсненні і для самої опозиції, якби вона була при владі. Подібна імітація опозиційної діяльності приводить до того, що влада не реагує взагалі ні на які ініціативи, вважає громаду ворогом і провокує таке ж відношення до себе.

Таким чином, ми маємо неадекватність громадянського суспільс т ва потребам всього суспільс т ва. А також його формалізацію і бюрократизацію. Але є й інші приклади. Частина громадських ініціатив переміщується на горизонтальний рівень, тобто вони не виходять ні на центральну, ні на місцеву владу. Створюються об ` єднання, які не потребують реєстрації в Мінюсті , і являються досить сильними. Наприклад, у Києві є рух « за старе місто » , в Луганську була кампанія «Городской дозор» для реформування комунальних підприємств, в Одесі - «Народний контроль». Ці організації здатні і до певних силових дій проти антигромадських проявів влади. Можливо, в них і зароджується коріння справжнього громадянського суспільс т ва.

Але прикладів розпаду, здається, все ж більше…

Я б сказав, що розпад властивий більше для Сполучених Штатів, а в нас це недорозвиненість. Зараз є деяке пожвавлення в суспільному житті, але навіть у порівнянні з кінцем 80-х років воно не набрало масовості. У 89-му році було понад 50 тисяч різноманітних громадських організацій та ініціатив, на сьогодні іх зареєстр о вано біля мільйону. Але реальних акцій, які вони проводять, наш центр нарахував лише близько чотирьохсот.

Можливо, можна було б сподіватися і на краще, якби наші політичні партії відшукали якісь перехідні форми співпраці з тими реальними громадськими об ´ єднаннями, що народжуються знизу...

З аписав Андрій Маклаков

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Вооруженные негосударственные силы: тенденции и вызовы

Когда государство не справляется с охраной общественной безопасности, эту лакуну заполняют негосударственные вооруженные силы – инсургенты, банды, частные охранные фирмы; значение этих формирований в мире неуклонно растет. Наиболее тревожным, пожалуй, является то, что процесс приватизации госструктур безопасности происходит «как бы легитимно», когда группировки, описанные выше, не стремятся свергнуть само государство, и действуют якобы на законных основаниях. В самом деле, несмотря на аполитичный характер некоторых вооруженных групп, они разрушительны для государства, в особенности, когда криминальные элементы получают власть и расширяют сферу влияния посредством подпольной деятельности.

Незаконные, негосударственные вооруженные формирования – как и их законные «братья», они формируют сложную сеть безопасности для решения различных задач, первая из которых – их собственное выживание. Приватизация органов охраны общественного порядка разрушительно сказывается на общественной безопасности, так как ответственность переходит в частные руки. Гарантированная безопасность, в конечном счете, становиться доступной только тем, кто располагает средствами для содержания частной охраны, либо рискует довериться нелегальным группировкам и бандам. Это подрывает и без того низкую репутацию государственного правового режима.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Олег Соскин, директор Института трансформации общества

Громадянське суспільство є «лакмусовим папірцем», що вимірює рівень порозуміння влади і громадян

Максим Лациба, керівник програм Українського незалежного центру політичних досліджень

Перемога громадського активу у категорії ціна/якість

Юрій Буздуган, голова Соціал-Демократичної Партії України

Про робочу силу, як про соціальний капітал починають говорити тоді, коли вона стає проблемою

Кисельов Сергій Олегович, кандидат філософських наук, доцент кафедри політології Національного університету “Києво-Могилянська академія”

Громадянське суспільство з українською ментальністю

Людмила Шангина, УЦЭПИ им.Разумкова

Нет доверия друг к другу – нет и социума

Елена Стяжкина, профессор, доктор исторических наук, писательница

Значение социального капитала всегда высоко, но качество – иногда сомнительно

Любов Найдьонова, к.п.н., заступник директора Інституту соціальної та політичної психології АПНУ.

Колись соціальний капітал знадобиться і у великій політиці

Віктор Степаненко, соціолог, в.о. завідуючого відділом Інституту соціології НАН України.

Необхідно розірвати замкнене коло взаємної недовіри

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,077