В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Проблема, которая из года в год остается предметом пристального внимания, но до сих пор не имеет окончательного решения, касается определения отношения украинского общества, граждан, к собственному государству и к государственной власти, – их оценка, уровень понимания, приоритеты, необходимые качества, стереотипы.

Клубок вопросов и рефлексий тут весьма запутан. Оказывается, отношение к власти нередко отождествляется у граждан с восприятием государства, как системы управления. Соответственно, те качества, которые можно выделить из существующих наблюдений как качества политики, отождествляются с качеством государства. Этот парадокс приводит к тому, что зачастую неэффективная, убогая политика той или иной правящей силы переносится на качества и восприятия самого национального государства, как системы, которая отвечает за безопасность, социальную защиту, экономический климат и прочее.

В 2004-ом году украинское общество задекларировало запрос на качественно новую власть – заявило о своем желании жить в правовом государстве европейского типа. С тех пор прошло почти четыре года, однако говорить о качественном улучшении власти или про какие-нибудь существенные сдвиги не приходится. Наоборот, мы видим имитационную модель политики. И хотя за это время было заменено 18 тысяч должностных лиц, однако, несмотря на то, что изменилось лицо власти, не изменилась сама власть. То есть, совершенно ясно, что очередной кризис, - это совсем не кризис, а проявление глубокого хронического заболевания. И является ли эта болезнь смертельно опасной, сомнений все меньше, и только вопрос времени, сколько в таком состоянии еще может жить страна.

Мы живем в стране, где власть захватили партии-корпорации, которые ради этой власти готовы уничтожить друг друга, а вместе с тем и само государство, и общество – то есть нас с вами. Образование, которое гордо именует себя государством Украина, на самом деле государством не является. В данный момент это только имитация, поскольку то, что называется государством не способно выполнять свои элементарные базовые функции. Правовой хаос и беззаконие, коррумпированность и неэффективность власти на всех уровнях привели к тому, что ни один рядовой гражданин – ни ученый, ни врач, ни бизнесмен, ни рабочий, ни крестьянин, не военный – не только не имеет возможности открыто и прозрачно реализовывать свои способности и обеспечивать себя и своих детей, но и не может быть уверенным в завтрашнем дне. Люди неуверенны в возможности получить элементарные услуги, связанные с безопасностью жизнедеятельности.

Очередное политическое противостояние уже в который раз показало гражданам несоответствие нынешней самопровозглашенной элиты тем вызовам, которые стоят перед Украиной. Эгоистически настроенные политики, как при власти, так и в оппозиции, ведут себя безответственно по отношению к общественным и государственным интересам.

Доверие к институтам власти упало – дальше некуда. Украинская власть традиционно характеризуется гражданами, преимущественно, негативно и эта негативная оценка достигла критической грани, когда начинают проявляться деструктивные моменты. Как минимум 70% граждан считают, что власть коррумпирована, не заботится о народе, не придерживается законности, не стойкая, переменчива, не честная и лживая. Таким образом, общество живет само по себе, власть – также, а между ними растет пропасть антагонизма. Эта пропасть углубляется с потерей доверия граждан к власти, которая не смогла или не захотела создать прогнозируемый, руководствующийся законом и открытый для своих граждан политический, социальный и экономический порядок. В то же время, опыт других стран показывает, что стабильности в 21-м столетии можно достичь только тогда, когда между гражданами и государством будет создана атмосфера доверия. В противном случае нас ожидают постоянные неудачи или, даже, распад государства.

Утрата государственного контроля над выполнением своих функций или над своей территорией происходит разными путями: распад центра (Непал), сепаратистские движения в мультиэтнических государствах (Югославия, Эфиопия), постоянные конфликты (Конго, Либерия, Сомали, Уганда), репрессии против диссидентских движений (Сальвадор, Гватемала, Судан), иностранное вторжение (Афганистан, Ливан).

Чем дольше длиться конфликт в стране, тем больше он влияет на характер работы государства, на отношения между ее институтами. Закрытый процесс принятия решений и доминирование немногочисленной элиты приводит к эрозии государственных институтов и утраты доверия к ним среди населения, появлению клиентел, неуправляемых потоков людей и финансов, которые пересекают границу, и, наконец – к возникновению вооруженных группировок и дроблению национальной территории. Переход от такой угрожающей ситуации к государству, которое нормально работает, в данный момент является проблемой, которая требует ясного понимания того, как ее решать. Следует отметить, что те страны, где тлеет внутренний конфликт, совсем не являются «чистой доской», на которой можно написать все, что угодно, а поэтому очень сложно поддаются институциональным реформам. Постоянные конфликты разрушают социальный капитал. Суверенность при таких условиях трансформируется в монополию на власть, но на «власть в смысле контроля и создания закона, а не простой формальной поддержки законности и независимости», а ведь главной задачей Украины изначально была задача развития.

Сможет ли наша слабая и неразвитая элита преодолеть структурный кризис политики и предложить гражданам Украины переход от политики вражды – к политике обеспечения общей безопасности, от закрытости – до прозрачности принятия решений, от приватизации и разворовывания общественных фондов – к развитию человеческого капитала, от противоположных идентичностей – к защите человека и созданию гражданского общества, от власти силы – к власти закона? И, в конце-концов – создать государство, которое будет соответствовать чаяниям граждан. Для этого необходимо не только понимание вызовов и задач, которые стоят перед современным государством, но и взгляд на перспективу, на 10-20 лет вперед, а не на 1-3 года, как это делается до сих пор.

«Диалог.UA» предлагает обратить внимание на указанные проблемы, чтобы понять, как, собственно, процессы, происходящие на территории нашей страны, отображаются в общественном сознании, что понимает и к чему стремится рядовой гражданин, когда критикует государство и отождествляет его с политикой и правящей силой, которая только распоряжается государственной машиной. А главное – какими критериями мы можем пользоваться, когда хотим оценить социальную эффективность той или иной политики, совершенство и функциональность государственного механизма. Нам нужна стабильно-устойчивая или активно-действующая власть; нам нужна компетентно-грамотная, или морально-порядочная власть?

Выбор пока есть.

Свернуть

Проблема, которая из года в год остается предметом пристального внимания, но до сих пор не имеет окончательного решения, касается определения отношения украинского общества, граждан, к собственному государству и к государственной власти, – их оценка, уровень понимания, приоритеты, необходимые качества, стереотипы.

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Кризисы будут повторяться, пока не произойдет окончательный передел собственности

7 ноя 2008 года
Леонид Макарович как-то сказал, что наша правящая элита оказалась «ниже ватерлинии». Как так оказалось, что наша правящая верхушка за исторически короткое время стала представлять собой для населения не образец для подражания, а нечто, вызывающее неприязнь, если не хуже?

Леонид Макарович немного лукавит. Дело в том, что украинская власть, в основном, представляет собой модифицрованную партхозноменклатуру советских времен. Если вы посмотрите биографии людей при власти, то в большинстве своем все они происхождением оттуда и тех же кровей, что и сам Леонид Макарович. Что касается молодого пополнения, то прямо скажем, финансовая и карьерная зависимость от старых кадров привела к тому, что вообще-то они представляют собой клонов старой номенклатуры. Это те же приемы, та же риторика, и так далее. Поэтому сохранилась традиция безответственности и вседозволенности власти.

Когда власть себе все позволяет? Когда считает, что ни за что не будет отвечать. «Чтобы у нас все было, а нам за это ничего не было».

Это старая традиция, и говорить, что это все произошло только в последние годы нельзя, так было постоянно, только в большей или меньшей степени. Сейчас это более заметно, потому что власть срослась с бизнесом, получив уверенность, что «все схвачено, за все заплачено». К сожалению, обществу не удалось преодолеть то, когда люди во власти, выступающие от имени государства, позволяют себе все, что угодно. Это ведь проявлялось на всех уровнях – от рядовых милиционеров до секретарей ЦК. Правда, в те времена у них была своя этика, если берешь, то бери «по чину», сейчас же законы принимаются под конкретный интерес, а не исходя из демократических или общечеловеческих ценностей, которые представляют собой всего лишь лексическую ширму. Политика рассматривается всего лишь как возможность получить привилегии и льготы для своего бизнеса, своей группы и так далее. Вопрос, как долго это продлится, и найдет ли общество в себе силы это преодолеть. В других странах такому переходу предшествовал длительный период, были революции, восстания, кризисы.

Социологические опросы показывают очень невысокий уровень доверия к власти. Можно ли сказать, что общество пассивно не доверяет власти, или оно ей активно недовольно?

Общество недовольно. Есть показатели, которые можно считать критериями недовольства. Когда людей во время социологических опросов спрашивают, не считаете ли вы, что один или несколько политических деятелей могут сделать больше, чем вся демократическая система, то большая часть людей склоняется к этой мысли. Это значит, что большая часть населения нынешней властью недовольна, поскольку она не может решить проблемы, которые беспокоят людей.

Равно ли качество общества качеству правящей верхушки?

Примерно адекватно. Почему? Общество терпит такую власть, потому что видит в ней свое зеркальное отражение. Большая часть людей ведь не слишком строго следует предписаниям морали. Это то, что Евгений Головаха, директор Института социологии, называл «аморальное большинство». Большинство людей считают, что все вокруг действуют аморально. И в какой-то мере это действительно так. Чтобы быстрее решить вопросы, люди сами дают взятку, ищут «концы», не идут законным путем, и эти нормы поведения воспроизводятся среди молодежи, что я и наблюдал, когда занимался преподаванием. Студенты ищут, как бы схитрить, стремятся найти лазейку и так далее. Поэтому люди с одной стороны, возмущаются властью, а с другой – они ее терпят. Люди недовольны другим – тем разрывом между богатыми и бедными, который в несколько раз больше, чем в других европейских странах.

Людей бесит само поведение, когда какой-нибудь родственник власть имущего совершает преступление, и спокойно избегает наказания. В крайнем случае, ему создают условия, чтобы он мог куда-нибудь уехать, и спокойно переждать, пока все уляжется. На фоне такого социального разрыва еще и такое вызывающее поведение - строительство огромных домов, захваты земель в заповедных зонах, вопреки всем законам и нормам морали – вот что возмущает людей. На берегах Днепра вообще все застроено, негде пристать, негде выйти к воде. А ведь значительная часть населения у нас сохраняет еще социалистические представления о морали и справедливости, они не могут с этим смириться. Раньше хотя бы земля и природа еще принадлежали всем, принадлежали людям, а сейчас и это последнее у них забрали.

Из года в год в нашей стране возникает весенне-осенний политический кризис. Это явление свойственно многим странам, которые мы раньше считали как бы не совсем нормальными, а сейчас оказалось, что и мы такие же. Можно ли сказать, что в Украине сформировалась такая модель власти, которой выгоден перманентный кризис?

Постоянные кризисы это атрибут не только африканских, латиноамериканских или азиатских стран. В Италии, например, тоже постоянно меняются правительства. Другое дело, что понимать под кризисом, политика предполагает постоянную борьбу интересов, просто мы к этому еще не совсем привыкли. Проблема не в этом. Может ли при этом нормально работать экономика? Проблема не в том, что Тимошенко рассорилась с Ющенко, а в том, что за этим могут последовать какие-то катаклизмы в перераспределении собственности, на фондовом рынке, в финансах и так далее. Когда экономика еще не устоялась, политические кризисы опасны, потому что у нас политика, это средство добывания денег, а не наоборот.

Кризисы будут повторяться до тех пор, пока не произойдет окончательный передел всей собственности, пока все бизнес-группы не заключат так называемое «хельсинкское соглашение» о неприкасаемости границ друг друга, поймут, что пора остановиться, принять то, что этап приватизации госсобственности никогда не может быть справедливым. Кто-то что-то ухватил из госсобственности, потому что оказался в нужное время в нужном месте, и оказался еще и пронырлив. Но когда-то это все должно остановиться, ведь приватизация не может продолжаться бесконечно, должен начаться поиск компромиссов.

Чего люди ждут от власти? Понятно, что запросы и ожидания очень разные, но есть ли что-то общее в наших ожиданиях? Иначе говоря – какой должна быть идеальная власть в Украине?

Пока еще очень сильны патерналистские настроения. Общество хочет, чтобы государство взяло на себя решение основных социальных вопросов. Пока что идеал такого государства преобладает. Также преобладает мнение, что крупные предприятия должны быть государственными, а мелкие и средние – частными. Надо все-таки понимать, что крупная промышленность создавалась под крылом государства трудом многих поколений людей, и в каждой семье знают, сколько пришлось пережить их отцам и дедам, чтобы создать промышленный потенциал страны. Крупная промышленность создавалась «всем миром», потому и должна и дальше оставаться в руках государства, а мелкие предприятия – магазинчики, кафе и так далее – лучше работают, когда находятся в руках одной семьи.

Структура управления большинства стран строилась по образцу стран «старой демократии» Европы – парламент, разделение властей и так далее. Однако сейчас, как оказалось, в странах периферии эта структура работает не всегда хорошо, что приводит к конституционным кризисам, военным переворотам и прочим неприятным вещам. Не стоит ли Украине поискать свою, более удобную для нашей национальной психологии и традиций, модель управления?

В каждой стране модель управления строилась эвентуально, исходя из особенностей самого процесса развития, путем проб и ошибок, что-то перенимая, что-то отбрасывая. Есть общие принципы демократической власти, но это всего лишь общие принципы, а государство в любой стране в известной мере зависело от исторической случайности. В какой-то момент понравилась президентская власть – приняли ее. Не понравилась – сменили на парламентскую. Поэтому, конечно, Украина еще будет менять модель своей власти. Она будет похожа на другие, но все равно она будет своей, имеющей национальные особенности.

Чего у нас еще нет, так это традиций новой политической культуры. Дело в том, что политическая традиция играет зачастую большую роль, чем формальные законы. По закону, не должен депутат переходить из фракции во фракцию – а переходит. По идее, это должен регулировать не закон, а традиция. Особенно когда речь заходит о дискредитации. У нас можно обнародовать любые факты, и ничего. Поговорят-поговорят,  и успокоятся. Но у нас пока традиции политической нет, поскольку долгое время не было самой политической жизни.

В правящей верхушке КПСС традиции были, были неписаные правила, нормы поведения в семье, в общественных местах, в принятии решений, в одежде. Нигде, ни в одном уставе не прочтешь о том, как они поступали на самом деле, и традиции отнюдь не все были плохими, много было и позитивного, например, взаимный контроль. Некоторые вещи прощались, а некоторые и нет. Однако политической жизни не было, и ее традиции еще только должны возникнуть. Чтобы они сформировались, нужно, чтобы общество проявило нетерпимость к некоторым вещам.

Вообще традиции и культура идут по двум направлениям – снизу верх, и сверху вниз. Так что многие вещи, нормы поведения, которые приняла элита, становятся образцом и для масс. Это сложный процесс, в котором общество должно играть не пассивную, а активную роль, посылая верхам импульсы – что оно принимает, а к чему оно непримиримо. Для этого оно должно быть гражданским, активным, чего у нас пока, к сожалению, очень мало. Уход от политики, что сейчас наблюдается, говорит не в пользу нашего общества.

Беседу вел Андрей Маклаков
Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

НАТО: ответ на кризис в Украине и безопасность в центральной и восточной Европе

Действия России в Украине вынудили наблюдателей и политиков по обе стороны Атлантики, включая членов Конгресса США, пересмотреть роль Соединенных Штатов и НАТО в укреплении европейской безопасности. Особую обеспокоенность в плане безопасности вызывает ситуация вокруг таких стран не-членов НАТО, как Молдова и Украина. Отражая взгляды США и их европейских союзников, генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен назвал военную агрессию России «самым серьезным кризисом в Европе после падения Берлинской стены», и заявил, что НАТО «больше не может вести дела с Россией, как раньше».

Этот отчет, подготовленный всего месяц назад Исследовательской службой Конгресса США, хорошо передает образ мысли и расхождения позиций среди американских законодателей в отношении НАТО и кризиса в Украине – с одной стороны, заявления о готовности защитить интересы членов альянса, а с другой – ссылки на пророссийское общественное мнение в ряде стран Запада.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Михайло Сидоржевський, журналіст, письменник, головний редактор газети «Літературна Україна»

Ми - «ті, що запізнюються»

Виктор Иванович Янов, социолог, писатель

Согласие большинства со сложившейся ситуацией

Владислав Романов, директор Информационно-аналитического агентства «Приднепровье», к.и.н., доц.

Выход из кризиса управления – в самоорганизации населения

Євген Головаха, Заступник директора Інституту соціології, Завідуючий відділу історії, теорії та методології соціології, професор

Мрійники з Банківської

Сергій Таран, голова Правління Центру соціологічних і політологічних досліджень «Соціовимір» директор Міжнародного інституту демократії

Все можна змінити

Александр Стегний, доктор социологических наук, исполнительный директор Центра социальных и маркетинговых исследований «Социс», ведущий научный сотрудник Института социологии НАНУ

Главный урок кризиса: деморализация населения

Олександр Вишняк, доктор соціологічних наук, директор фірми «Юкрейніан соціолоджі сервіс»

Інститут президентства в нинішньому його вигляді є п’ятим колесом до політичного воза

Виктория Подгорная, к.ф.н., директор Центра социально-политического проектирования

Власть не решала и не собирается решать реальных проблем общества

Владимир Золоторев, журналист

Власти пока удается обезопасить себя от претензий общества

Дмитрий Выдрин, политолог

Наша власть разлагает и растлевает общество

Андрей Золотарев, политолог (Днепропетровск)

Критическая точка еще не пройдена

Роман Чайка, журналист

Страшніше нове покоління

Виктор Небоженко, президент Агентства корпоративной поддержки «Трайдент»

Застой, классический застой молодого государства, которое никак не может найти источник саморазвития

Кость Бондаренко, директор Института проблем управления имени Горшенина

Только после протрезвления и жестокого разочарования может наступить политическое выздоровление нации

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,044