В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

«Ключевым словом» начавшегося 2009 года стало слово «кризис». Это слово звучит в разных уголках планеты, однако Украина в последние годы полюбила крайности, и именно поэтому наш кризис носит системный характер, и уже многие начинают сомневаться – «а выживет ли больной?!». Люди пребывают в ожидании еще более трудных времен. Почти 90% населения страны считают, что пребывают в депрессивном и стрессовом состоянии, – таковы данные опроса Института глобальных стратегий. Украинцы готовятся к худшему и стараются не строить долгосрочных планов. Так общество реагирует на экономический кризис, поскольку все понимают, что после кризиса в Украине следует ожидать больших перемен. Какими будут эти перемены? Чем отличается нынешний кризис от не слишком стабильного периода в жизни страны, который мы переживали в последние годы?

Мировой кризис ускорил давно назревший кризис украинской экономики. За прошедшее десятилетие в Украине научились перераспределять и потреблять, но забыли, как и что можно производить. Мы проедали производственные, сельскохозяйственные и инфраструктурные «запасы» и «заделы», увеличивали армию коррумпированных чиновников и депутатов всех уровней. Создание видимости проведения бесконечных политических реформ привело к жесточайшему кризису власти – фактическому безвластию и на государственном, и на местном уровнях. Произошла подмена многих понятий и переоценка еще больших ценностей.

В стране, где каждый второй если не «юрист», то «экономист», работать становится не только негде, но еще и некому. И уже давно едва ли не единственное конкурентное преимущество Украины пост-советского периода – «дешевая квалифицированная рабочая сила» – потеряло смысл: осталась либо дорогая, либо неквалифицированная. При этом последней становится все больше, к тому же, она все больше стареет, умирают не только села, умирают уже и города.

Мы долгие годы решали проблему языка и раздела страны, но не провели НИ ОДНОЙ(!) реформы. В Украине «дерибанили» бюджет, теряя при этом образование, здравоохранение, науку и культуру. Денег становилось больше, но жители Украины так и не научились их экономить. Тратить – да! А экономить… это было не модно, несмотря на все «походы в Европу». Никого не интересовали ни энергосберегающие технологии, ни то, кто и сколько газа/воды/электроэнергии потребляет. Тезис о необходимости перевода экономики на инновационную модель развития превратился в заклинание, которое повторяли все, но мало кто хоть что-нибудь делал для его реализации.

Когда-нибудь, это должно было закончиться. Относительно благополучные внешние обстоятельства ввели украинскую власть в заблуждение, выходить из которого она, похоже, и не собиралась, хотя страна все больше сползала в экономическую пропасть перегретых рынков и рискованных кредитов. И опять, уже в который раз, помогли «внешние факторы» – глобальный экономический кризис все расставил на свои места и показал, дорогого ли стоит НЫНЕШНЯЯ украинская экономика и политика. Оказалось не то что «немного», а сущие гроши, но и их еще нужно суметь сохранить…

Кризис принято называть не только крушением сложившихся «мифов», «устоев» и «стереотипов», но еще и новой возможностью. Хотелось бы понять – возможностью чего? Что ждет экономику, каким выйдет из кризиса общество, как долго будет происходить смена правящих элит? Кого кризис только коснется, а кому придется уйти с экономической и политической сцены, освободив дорогу новым, и, будем надеяться, более прогрессивным силам.

Украине еще предстоит многое потерять, но шанс «приобрести» перемены и обновления – точно остается! Время почивать на лаврах и проедать запасы истекло. Украину ждет инициирование, продвижение и поддержка, тех социальных, политических и экономических изменений, которые способны изменить существующую повестку дня, характер и содержание политики властей в интересах нового, субъектного, более созидательного и продуктивного способа жизни каждого из нас и всех нас вместе взятых – граждан Украины. Об этом мы начинаем разговор в нашем первом в новом 2009 году диалоге.

Свернуть

«Ключевым словом» начавшегося 2009 года стало слово «кризис». Это слово звучит в разных уголках планеты, однако Украина в последние годы полюбила крайности, и именно поэтому наш кризис носит системный характер, и уже многие начинают сомневаться – «а выживет ли больной?!». Люди пребывают в ожидании еще более трудных времен. Украинцы готовятся к худшему и стараются не строить долгосрочных планов. Так общество реагирует на экономический кризис, поскольку все понимают, что после кризиса в Украине следует ожидать больших перемен. Какими будут эти перемены? Чем отличается нынешний кризис от не слишком стабильного периода в жизни страны, который мы переживали в последние годы?

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

Кризис усилит потенциал самоорганизации общества

30 янв 2009 года
Кризис усилит потенциал самоорганизации общества: Кризис усилит потенциал самоорганизации общества

Евгений Белоножко, научный сотрудник лаборатории мониторинга социальных ситуаций Института социальной и политической психологии

Финансово-экономический кризис сейчас одна из главных тем для обсуждения в мировых медиа. Какие «мифы кризиса» вы могли бы назвать?

В массовом сознании действительно господствуют мифы. Наиболее живучий миф – имеющий патриархальную основу, что наше государство все устроит – пусть плохо, но оно сделает все, что надо. Благодаря этому мифу, снимается часть социального напряжения. Однако разрешение кризиса требует перехода к иным «совладающим стратегиям», чем привычные нам ранее, как индивидуальным, так и коллективным.

Благодаря кризису открывается возможность для процессов самоорганизации на местах – как в традиционных, так и нетрадиционных формах. Можно твердо рассчитывать на то, что потенциал общества в процессах самоорганизации усилится. Это обязательно произойдет. Это значит, что люди будут брать под контроль условия своей жизни, брать ответственность на себя, в свои руки.

С этой тенденцией обязательно будет пересекаться и линия развития государства. Прежняя неолиберальная стратегия, по моему мнению, подходит к концу, исчерпанию своего идейного заряда. Мы все еще в плену модернизационной гонки, когда задачи ставят «от достигнутого», только называя это другими словами. С такой стратегией можно немного поиграться, но выиграть – никогда. Потому очень многое будет зависеть от того, какой будет реальная стратегия развития государства и всего нашего политического целого. Если эти две линии совпадут – эффект будет обязательно. Как это будет проявляться – увидим.

Как известно, в китайском языке, иероглиф «кризис» имеет два значения – собственно кризис и возможность чего-либо. Какие позитивные возможности открывает, или может открыть нам кризис?

Вспомним, что произошло, когда с Запада прошла информация, что разразился кризис. Как отреагировали наши масс-медиа? Они заявили, что нас это никак не коснется. Причем аргументация была железной – мол, Украина не настолько интегрирована в мировую экономику, чтобы кризис ее мог как-то зацепить. И вдруг, внезапно кризис стал для нас чем-то реальным. Это произошло в начале ноября, когда, по крайней мере, для киевлян, вдруг резко подняли плату за проезд.

Кризис формирует некую подсознательную реальность, то есть реакция общественности на него еще пока скрыта, она только формируется. Поверхностная реакция людей не покажет, что у них сокрыто внутри, в умах. Со временем это проявится, но проявится неожиданным образом и станет событием.

Направление, по которому могут пойти события, средства массовой информации показывают уже сейчас. Например, в Латвии народ вышел на улицы. В Болгарии тоже самое. Поводы были разные, но результат один – демонстрации массового протеста, несогласия с властью, с ее политикой, с тем материальным положением масс, которые сейчас складывается. Все это недовольство выплеснулось в адрес государства, в адрес властей. И можно предполагать, что события пойдут в таком же направлении и у нас. Тем более, что прогнозы об этом делали уже сами наши политики.

Позитивная сторона кризисного состояния в том, что очень многих людей – или социальные группы, это заставит иначе взглянуть на привычные вещи. Например, на то, что реально было сделано в Украине в плане общественных отношений за 17 лет независимости – а это одна сотая от того, что население ожидало, то есть фактически ничего. Мы шли «от достигнутого», то есть куда толкала нас ситуация, туда и шли. А кризис это такая ситуация, когда нужды абсолютно реальны, и их нельзя снять обещаниями, отложить на потом, проблемы нужно решать сейчас.

Какова вероятность того, что жители нашей страны не замкнутся каждый в своей скорлупе, а все же попытаются решать проблемы совместно, не как приватные личности, а как граждане?

Некоторые люди смогут разрешить возникающие проблемы, повысив свой уровень самодисциплины, но отнюдь не все. Кто-то сделает стратегические инвестиции, в образование, в свою самоорганизацию, и так далее, но многие окажутся в ситуации неприятной. Целые группы людей могут потерять почву под ногами. Мне кажется, что наша, так называемая политическая «элита», также может утратить точку опоры. В принципе, было бы неплохо немного сбить с нее спесь. Да и многие из политиков согласились бы с тем, что нам нужно обновление политического лидерства, хотя кто конкретно мог бы это сделать, пока не видно. Есть у нас два-три субъекта, которые и тащат ярмо быть «лидерами общества».

Можно ожидать, что кризис заставит их измениться, заставит их принимать согласованные политические решения в интересах всей страны. Если не кризис заставит их действовать по-другому, тогда что? Однако как бы это ни было насущно, до сих пор этого не происходило. Общество понимает, что нужны новые политические фигуры, нужны новые субъекты политики, но когда дело доходит до выборов, то кому избиратели отдают предпочтение? В результате ничего не изменяется, застой - ситуация парадоксальная.

Ошибкой будет понимать кризис как локальное или непродолжительное событие. Вспомним неспокойное время 1988 года, когда все и началось – разве это был не кризис? Мы вполне можем говорить о кризисе 1988 – 2000 года. Не успели опомниться – новый кризис 2004 года. Когда он закончился, и закончился ли? Похоже на то, что кризис, начавшийся в 1988 году, еще отнюдь не закончился. Все последнее десятилетие можно трактовать как один нескончаемый кризис, мы как будто выходим из одного, но тут же попадаем в другой.

Об этом как-то говорил Пасхавер, высказав интересную мысль, что кризисное состояние становится перманентным – и этим он попал в точку. Весь вопрос в том, как люди будут самоорганизовываться, как они будут овладевать ситуацией, осваивать новые совладающие стратегии, как индивидуальные, так и коллективные, и в какой мере общество усилит свои инструменты прямого влияния на власть. Я лично рассматриваю любые массовые выступления как признак зрелости общества, которое готово воздействовать на органы власти и государство, чтобы оно отвечало его нуждам. Всего десять лет назад таким ресурсом наше общество вообще не располагало. За это время в нашем обществе произошли качественные изменения. Потому я достаточно оптимистически смотрю на его будущее. Но – очень многие люди в ходе грядущих социальных подвижек останутся на обочине.

Как изменятся на выходе из кризиса отношения государства и общества? Какая из сторон больше выиграет – или больше пострадает?

Преимущество Украины в том, что в ней сформирован крупный капитал, что позволяет решать крупные инфраструктурные проблемы. С этой точки зрения у нас есть определенные возможности. Другое дело как они будут использованы. Для меня это большой вопрос. Я пока не вижу положительных тенденций. Вовремя не инвестированный капитал – это капитал утраченный. И часть капиталов утратили и президент Буш, и английская королева, и украинские олигархи. Нужны источники воспроизводства капитала. Мало держать в своих руках гигантские финансовые средства, надо еще уметь их сберечь и приумножить. Кризис не позволяет быть неразумным и неэффективным собственником, он просто подталкивает к тому, чтобы быстрее оборачивать капиталы, инвестировать их, а не потреблять. Однако какой выбор сделают реальные субъекты экономической деятельности – сказать пока сложно.

В этом плане события конца 2004 года это, как говорится, классика. Тогда был создан отличный фундамент для рывка всего общества. Что с ним произошло? Эта социальная энергия рассеялась, вернувшись туда, откуда она пришла, но не исчезла. Разочарование – это та форма, в которой эта энергия присвоена людьми. Но в психологическом плане не может быть возврата назад.

Эта энергия еще сработает, но вопрос в том, как? Либо она совпадет с направлением развития государства и его политики, либо пойдет ему наперерез. Тогда какие-то группы или регионы войдут в стагнацию, и государству придется срочно перебрасывать туда ресурсы, либо откроется возможность ускоренного развития и страна выиграет. Примером тому может служить послевоенная ФРГ, а затем и интеграция ГДР.

Как в свое время поднималась Япония и Германия? Развитием управляло государство, оно шло сверху и управляло по очень жесткой программе. Но возможно ли это у нас? Вопрос, похоже, риторический.


Беседу вел Андрей Маклаков

Версия для печати
Рекомендуем к прочтению

"Упадок Пятой республики": мифы и реальность

Одним из ключевых слов в лексиконе французских интеллектуальных элит все чаще становится «упадок» (le declin). Под ним имеются в виду действительные или мнимые риски утраты Францией в глобализированном мире XXI века ее традиционной роли одной из великих держав.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Энри Фо, заместитель главы департамента изучения трансформаций общественных потребнстей. Асоциациия потребителей Франции

Национальные особенности украинского среднего класса

Андрей Ермолаев, директор Института стратегических исследований «Новая Украина»

Интеллектуальный дефолт нашей элиты состоялся

Виктория Подгорная, к.ф.н., директор Центра социально-политического проектирования

Пока что мы не видим большого накала страстей, но за последние четыре года общество утратило иллюзии

Семен Глузман, правозащитник, психиатр

Право на потребление

Олександр Вишняк, доктор соціологічних наук, директор фірми «Юкрейніан соціолоджі сервіс»

Нынешний кризис – сродни чернобыльской катастрофе

Владимир Балабанович, председатель Профсоюза работников сферы предпринимательства

Больше всего народ заблуждается в том, что его ждет

Виктор Небоженко, президент Агентства корпоративной поддержки «Трайдент»

Для выхода из кризиса необходим либо позитивный, либо негативный общественный договор

Павел Фролов, заведующий лабораторией социально-психологических технологий Института социальной и политической психологии

Понимание, что все мы «в одной лодке», у людей не исчезло

Александр Стегний, доктор социологических наук, исполнительный директор Центра социальных и маркетинговых исследований «Социс», ведущий научный сотрудник Института социологии НАНУ

Государство неизбежно «провисает». Доверия к государству просто нет.

Вадим Колесников, психолог-консультант

«Никогда не жили богато, так незачем было начинать!»

Олександр Шморгун, канд. філос. наук, доцент, провідний науковий співробітник Інституту світової економіки і міжнародних відносин НАН України, старший науковий співробітник Інституту європейських досліджень НАН України

Без надзвичайних антикризових дій ситуація не може бути виправлена

Євген Головаха, Заступник директора Інституту соціології, Завідуючий відділу історії, теорії та методології соціології, професор

Побавились, і досить!

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

Новый общественный договор – быть или не быть?

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,063