В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска

Новый общественный договор – быть или не быть?

Украина опять достигает одного из переломных моментов в своей истории, но на сей раз, находясь в очень опасном состоянии: потенциал разрушения значительно превосходит моральные табу и желание прислушаться к здравому смыслу. Социальный контракт менялся неоднократно даже в течение небольшого, с точки зрения истории, срока существования независимой Украины, и мы будем проходить через это снова и снова. Однако одним усовершенствованием правового поля стоящих перед страной проблем не решить. Необходимо изменение характера отношений между властью и народом, в том числе, повышение взаимной ответственности власти и народа друг перед другом. Но кто сегодня возьмет на себя роль сурового, беспристрастного и неподкупного арбитра в надоевшем всем поединке «Власть vs. Народ»?

История умалчивает о том, когда и в каких обществах впервые возник общественный договор. Однако уже древнегреческий софист Протагор, указывал, что никто не является абсолютно самодостаточным, и что люди связаны друг с другом взаимным сотрудничеством.

Многие столетия спустя, такие философы как Жан-Жак Руссо и Томас Гоббс, занимавшие в этом вопросе противоположные позиции, пришли к схожим выводам. Ради мира, выживания и получения ресурсов, каждому человеку необходимо отдать часть своих прав и взять на себя определенные обязательства в отношении остальных людей – так появляется «социальный контракт» или «общественный договор».

«Суть идеи общественного договора можно выразить просто: каждый из нас помещает себя под власть общей воли, и группа рассматривает каждого индивида как часть целого». Книга Руссо «Социальный контракт, или принципы политических прав» вдохновляла революционеров и политических реформаторов в Северной Америке и Франции 18-го века, а затем и во всем мире. Ее влияние можно проследить в Декларации Независимости (1776), Конституции США (1787), Билле о правах (1789), Декларации прав человека и гражданина (1789), Всеобщей декларации прав человека (1948). Современный социальный контракт слабее, чем когда-либо.

Свидетельство тому – масса людей, которые нарушают его, которым он тесен, которым он не подходит. Более того, на сегодня мы все чаще наблюдаем отрицание социального контракта простыми людьми, движимыми не только чувством разочарования политическим процессом, но и откровенной враждебностью к нему. На данный исторический момент, существующий в Украине общественный контракт не решает главной проблемы – проблемы инвестирования населением своих ожиданий, интересов и ресурсов в предлагаемые функционирующими политиками проекты. Население четко разделяет: политики - это «они». А «мы» - это те, кто политикой не занимается. Политики имеют свои какие-то проблемы, такие как геополитический выбор, интеграция в Евросоюз, в НАТО, газовые войны. И есть проблемы, которые волнуют граждан, – это пенсии, зарплаты, тарифы, состояние медицины, проблемы ЖКХ. В общем, – физическое выживание.

Эти два мира, по сути, не пересекаются. Отсюда фронтальное недоверие к государственному аппарату, к политическим игрокам и политическим партиям как к выразителям интересов простого гражданина. Все это показывает, что социальный контракт находится в движении, приближаясь к высшей точке «кипения», следовательно – к пересмотру.

Социальный контракт менялся неоднократно даже в течение небольшого, с точки зрения истории, срока существования независимой Украины, и мы будем проходить через это снова и снова. Однако одним усовершенствованием правового поля стоящих перед страной проблем не решить. Необходимо изменение характера отношений между властью и народом, в том числе, повышение взаимной ответственности власти и народа друг перед другом.

Но кто сегодня возьмет на себя роль сурового, беспристрастного и неподкупного арбитра в надоевшем всем поединке «Власть vs. Народ»? Ведь 13 лет со дня принятия Конституции 1996 года «совершенствование» общественного договора шло в сторону заключения негласных договоренностей между властью и народом о том, что «немножко» нарушать Основной Закон никому не запрещается. И лишь бесплодные попытки остановить ведущий в никуда процесс нарастающего отрицания прав и свобод граждан и вседозволенности власти показывают, как далеко зашла наша страна на пути к самоуничтожению.

Сегодня ясно только одно, если мы хотим действительно сохранить страну, необходимо оставить все попытки узаконить и выдать за общественный договор партийные и корпоративные ценности и цели. Нужно отказаться от эксплуатации тех тем, которые делят общество на «своих» и «чужих» – ЕС или ЕЭП, язык, поместная церковь… Прошлое виснет на всех нас многопудовым грузом, но Украина должна, наконец, повернуться лицом к будущему. Поэтому в новом общественном договоре не должно быть того, что противоречит интересам общества, ВСЕГО общества.

Мы предлагаем в новой теме «Диалог.UA» обсудить назревшие вопросы общественного договора в Украине. Чем плох нынешний вариант Общественного договора, и в какой части его следовало бы изменить/усовершенствовать? Нужно ли переписывать «Общественный договор»? Что нужно, чтобы это сделать? Кто больше заинтересован в «заключении» Общественного договора – власть, бизнес, народ? Если перестает действовать Общественный договор между народом и властью, то сможет ли функционировать то, что мы называем государством? Достаточно ли компромисса и сговора элит для пост-кризисного управления страной и для ее сохранения? На эти и многие другие вопросы, связанные с разворачивающейся в стране конституционной дискуссией, нет простых ответов. Но тем актуальнее диалог, к которому мы приглашаем наших авторов, экспертов и читателей.

Свернуть

Украина опять достигает одного из переломных моментов в своей истории, но на сей раз, находясь в очень опасном состоянии: потенциал разрушения значительно превосходит моральные табу и желание прислушаться к здравому смыслу. Социальный контракт менялся неоднократно даже в течение небольшого, с точки зрения истории, срока существования независимой Украины, и мы будем проходить через это снова и снова. Однако одним усовершенствованием правового поля стоящих перед страной проблем не решить. Необходимо изменение характера отношений между властью и народом, в том числе, повышение взаимной ответственности власти и народа друг перед другом. Но кто сегодня возьмет на себя роль сурового, беспристрастного и неподкупного арбитра в надоевшем всем поединке «Власть vs. Народ»?

Развернуть

Мнение эксперта
Другие диалоги:
Версия для печати

В обществе определенно возник запрос на новое видение украинского государства, на новые характеристики державы

24 июл 2009 года

Идея общественного договора, когда-то бывшая почти революционной, а затем надолго впавшая в летаргический сон, в начале нового тысячелетия, похоже, проснулась и успешно завоевывает все новых сторонников, причем в самых разных странах на всех континентах. Наконец, она проникла и в Украину. В чем причина ее актуальности?


Я думаю важно заметить, что идея общественного договора в исторической ретроспективе всегда имела свое конкретное наполнение. Есть определенное расхождение в толковании этого красивого мифа в 18-м веке с толкованием его сейчас. Различие состоит в том, что в 18-м веке, когда ведущие капиталистические страны переживали период внутренней социальной трансформации, изменялось понимание и значение суверенитетов, суверенности и государства, когда власть постепенно перераспределялась от родовой аристократии к «третьему сословию».

Когда формировались первые механизмы избираемой, а не династической власти, идея общественного договора понималась как идея нового государства, когда оно принадлежит народу, всем, а не какому-то одному человеку. Тогда эта идея совсем не означала, что необходимо некое всеобщее равноправное действо, это была скорее идеологема, а не руководство к практическому действию.

С течением столетий, идея общественного договора обрела практическое содержание. К нынешнему времени, в большинстве стран начали работать механизмы представительной власти. Многие государства позиционируют себя как республиканские системы, где власть принадлежит нации, а идея прямого участия гражданина в формировании конституционного строя наполнила идею общественного договора новым содержанием через механизмы прямой демократии, представительской демократии. Появилась возможность действительно учреждать разнообразные институции и нормативы, обеспечивающие жизнедеятельность всего национального уклада.

Таким образом, сама идея общественного договора прошла определенный исторический путь от идеологемы, выражающей новую трактовку суверенитета, до практической идеи, реализация которой в различных странах демонстрирует, как нация может заниматься самоорганизацией через механизмы прямой и представительной демократии.


Почему в Украине мы постоянно возвращаемся к теме учреждения и переучреждения государства, построения неких новых договорных отношений между обществом и государством?


Я думаю, тут есть проблема некой «родовой травмы», говоря языком политической психоаналитики, травмы, полученной при становлении украинской независимости. Обретение Украиной независимости было связано не с широким общественным действом, хотя общество было очень активно, а держава переживала бум политических проектов; тем не менее, акт получения независимости стал усилием элитарных групп, которые только оформляли распад бывшей советской системы и взяли на себя ответственность за создание нового государства. Собственно, в их руках тогда было и определение государственных границ, и идеологическая трактовка, и формирование первых мифо-форм государства, поскольку они одновременно имели возможность и давать исторические наименования, и трактовать природу происходящего.

В истории Украины 1991 год сыграл двойственную роль. С одной стороны, это год, от которого начался отсчет первой, настоящей, реальной независимости украинского государства. А с другой – это год неполноценного учреждения, год «сообщенной независимости», когда миллионы украинских граждан узнали о том, что у них есть возможность распоряжаться своим государством. Затем им дали возможность подтвердить это на референдуме, и только после этого, по мере развития общественных институтов, граждане стали задумываться над тем, а как же мы устроены, согласны ли мы с тем, как мы были обустроены в 1991 году, и будем ли мы принимать участие в дальнейшем обустройстве нашего государства? Потому эта проблема столь упорно периодически всплывает.


Можно вспомнить события 1995–96 годов, когда власти, продолжая традицию 1991 года, пытались самостоятельно изменить конституционный строй, что вызвало очень серьезные внутренние проблемы, и оказалось, что политический класс не консолидирован, и та дискуссия, что прошла в то время, поставила страну на грань глубокого политического кризиса. Кстати говоря, в конце 1990-х годов после урока конституционных реформ 1995–96 года, была сформулирована инициатива на пути к общественному договору – идея созыва Конституционной Ассамблеи. У нее было огромное количество трактовок, в диапазоне от Учредительного собрания до совещательной структуры, от общенационального круглого стола до постоянного диалогового процесса с участием медиа. Тем не менее, идея Конституционной Ассамблеи каждый год воспроизводится с переменным успехом, когда вспыхивает дискуссия об эффективности политического строя. Конституционная Ассамблея стала своеобразной формулой выхода на общественный договор, поскольку сейчас он стал практическим предложением решать то, как мы живем, как мы хотим жить, какую власть избирать, какой конституционный строй мы хотим создать. С другой стороны – это необходимые и понятные каждому механизмы. Конституционная Ассамблея – это одна из самых популярных идей, которая пока не нашла пути своего воплощения, но, насколько мне известно, существует даже специальный законопроект о проведении такого форума. Я считаю эту идею очень прогрессивной и нужной.


Возвращаясь к идее общественного договора и «родовой травмы» украинской независимости, думаю, что было бы неверно говорить о том, что украинское общество начала 1990-х было готово к диалогу об общественном договоре. Было бы преувеличением говорить, что даже наиболее организованная часть украинского общества в начале 1990-х могла учредить государство. Наверное, есть определенная историческая закономерность в том, что роль силы, образующей государство, в то время сыграла национальная номенклатура, которая, с одной стороны, была правящим классом, имела рычаги управления и механизмы нормотворчества, а с другой – была наиболее подготовлена к этому. Между лозунгами на митингах и реализацией независимости на практике – огромная дистанция. Однако, со временем, номенклатура стала, вольно или невольно, воспроизводить в новосозданном государстве обновленную, но все же совково-сословную систему – с привилегированным бизнес-классом, с олигархами, с ограниченной системой прав.

И вопрос об учреждении государства как о предмете общественного договора стал возможен тогда, когда произошли глубокие изменения в самом обществе. К этому времени изменилась экономическая ситуация, в стране в результате экономических реформ возник довольно мощный слой самостоятельных людей, которые знают, что такое предпринимательская инициатива, и не на словах знают, что такое свобода, которые способны идею республиканского государства защищать как свою необходимую ценность. Они так устроены – организуют свою жизнь, и хотят такой же видеть и свою страну, они же стали и политическими инвесторами общественных организаций, поддерживая разнообразные общественные инициативы. Прохождение пути от совкового общества к гражданскому обществу было очень важным условием того, что идея нового общественного договора станет идеей практической или поводом к политическому действию. Что в новом общественном договоре будут заложены формулы, отвечающие на вопрос, каким будет украинское государство, как оно должно быть устроено, каким должен быть его статус, какими должны быть взаимоотношения между гражданами и государством.


В последнее время мы видим прилив конституционного творчества. Однако упорно складывается впечатление, что, предлагая свои варианты Конституции, правящая элита пытается в первую очередь разрешить свои внутренние проблемы, а не проблемы всей страны…


Грядущая конституционная реформа, о которой столько говорят, к которой все готовятся, вряд ли будет ограничена очередным элитарным актом. Кстати говоря, если на нынешнем, уже третьем витке государственного строительства, ограничиться только элитарным актом, это не будет иметь успеха – такие попытки постоянно проваливаются. Реформы 2004 года, несмотря на их кажущуюся актуальность, многие считают неудачными. Те компромиссы, которые были достигнуты, не создали эффективный механизм власти, к которой нет доверия. Те свободы, которые были подтверждены тогда, не были гарантированы, реформа местного самоуправления так и не была реализована.

Попытки закрепить эти изменения через разнообразные широкие коалиции тоже не встретили доверия в обществе. Из этого я делаю вывод, что новый виток изменений конституционного строя и политической системы Украины не может быть проведен без участия общества, без новых форм, в которых реализуется идея общественного договора. Конституционная Ассамблея – один из таких рецептов. Возможны и другие варианты, более жесткие, более грубые, например, референдум, идею проведения которого выдвинул президент Ющенко. Референдум в определенном смысле тоже можно считать путем осуществления общественного договора через голосование, через поддержку набора каких-то идей, новых черт, новых ценностей государства. Но мне кажется, что референдум это все же более грубая, более манипулятивная форма. Конституционная Ассамблея или Учредительное собрание выглядит более конструктивным, более честным способом реализации нового общественного договора, позволяющим вовлечь в диалог большой круг экспертов. Это форма, протяженная во времени, которая минимизирует какие-то ошибки и спекуляции. Хотя это также непростой путь решения стоящей перед обществом задачи, требующий терпения, понимания, навыков ведения большой национальной дискуссии, к чему тоже не все готовы.


Подобного рода идея требует поддержки организованной политической силы, иначе ее не реализовать, поскольку она идет вразрез с интересами основных политических игроков. Кто может поддержать такую идею, какая сила?


Большая часть нынешней политической элиты, в том числе и правящий режим, и та часть, которая находится к нему в оппозиции, хотя тоже участвует в управлении страной, являются «плоть от плоти и кровь от крови» наследниками и проводниками старой номенклатурной элиты, мутировавшей и прошедшей транзитом от класса номенклатурного к классу олигархическому. В связи с этим, как правящая сила они не заинтересованы, чтобы конституционный процесс был общественным процессом, им желательно, чтобы он был кулуарно-корпоративным. Мол, «как мы договоримся, такой и будет эта страна». Но такой вариант входит в противоречие с общественными ожиданиями. Это – классический образец формирования и разворачивания социального противоречия между консерватизмом правящих сил и общественным запросом.

Кстати, это противоречие вписывается и в рамки того, что происходит с Украиной, в понятие демократического транзита между общественным запросом на новую систему коммуникации, новый тип государства и на консерватизм элиты, которая пока это государство удерживает, желая приравнять свой корпоративный интерес к национальному.

Мое предположение состоит в том, что третий корпоративный передел не удастся. Так же, как провалились попытки ограниченных реформ и ограниченных вариантов широких коалиций, не удастся и кулуарный вариант конституционной реформы. Никто не отрицает того, что сам по себе конституционный процесс, лежащий в основании нового общественного договора, должен быть легитимным, должен проходить в рамках существующего права. Но все вынуждены признать и то, что он должен быть общественно значимым, а значит – должен пройти через «игольное ушко» легитимности, но в новой форме.

Мне кажется, что пока самыми активными сторонниками реализации этой идеи являются общественные организации. Эта та часть политической системы, которая не так жестко завязана на интересы политических инвесторов; представляет не только политическую, но и интеллектуальную элиту, которая более рефлексивна и менее консервативна, чем политическая. С другой стороны, мне кажется, что идею нового общественного договора подхватят и представители новой политической элиты, потому что для них это уникальный способ легитимации, отделения от старой элиты. Грядущие президентские выборы, парламентские выборы, к которым все готовятся, будут особенными выборами, особым политическим периодом мягкой смены элит, не революционной, а эволюционной, в виде смены поколений. На этих выборах молодые конкуренты, которые представляют широкий идеологический спектр, будут пытаться выступить с новыми, прогрессивными идеями, одной из которых и является идея общественного договора.


Политическая рефлексия отнюдь не является первоочередной заботой населения, у него хватает и других проблем. И все же: можно ли сказать, что в обществе сформированы определенные ожидания того, каким должно быть государство, своего рода общественный запрос на его обустройство?


В обществе определенно возник запрос на новое видение украинского государства, на новые характеристики державы. Прошедшие годы показали, что наше общество не приемлет крайностей, в том числе в государственной идеологии. За эти 18 лет украинцы показали себя как люди толерантной культуры без националистических и прочих перекосов. Вместе с тем, мы имеем общество, в котором нет запроса на авторитарные стили управления. Все попытки политических вождей навязать себя и свою программу в качестве некоего ключа к развитию, панацеи от всех бед, проваливаются. Украинское общество время от времени творит себе кумиров, но само же их и разрушает.

Судьба Ющенко – уникальный пример того, как общество сотворило себе кумира, но само же этого кумира и разрушило, разочаровавшись в нем и не приемля новых. Это говорит о том, что украинское общество будет искать такой путь самоорганизации, в котором будет много полюсов, будет искать точки равновесия и политического, и социокультурного устройства. Мне кажется, что у нас существует очень мощный запрос на равновесие. Украинское общество будет стремиться к преодолению того неравенства, которое возникло после распада Советского Союза: индустриальный восток – аграрный запад, село – город, и так далее.

Запрос на создание более гомогенной структуры сохраняется, и чем больше украинские политики будут его игнорировать, тем больше будут расти амбиции региональных элит и жителей провинции на проведение реформ по созданию «общества равных». Это значит, что в обществе формируется иммунитет против всевозможных этнических фобий и национализмов.

Можно утверждать, что украинское общество больше «не ведется» на этнические и религиозные конфликты, не ведется на фобии, даже когда это навязывается как большой политический проект. Поэтому будет запрос на мультикультурализм. А это запрос на определенную идеологию конституционного строя. Украинское общество будет национальным, но оно никогда не будет националистическим, а потому все попытки «зашить» разнообразные крайности в конституционный строй будут отвергаться самим ходом нашей жизни.

Сама жизнь показала, что украинское общество ориентировано на многополярность, на политическое равновесие, и я думаю, что та формула, которую юристы и политологи называют «парламентская республика», является для нас наиболее перспективной. Сильный законодатель, который избирается, доступен избирателю, отвечает перед ним. Плюс исполнительная власть без внутренних противоречий. Плюс нормальная судебная власть, а не нынешняя, которая уже стала каким-то «инородным образованием» на теле Украины. И наконец, самостоятельная, экономически обеспеченная местная власть – вот те четыре составляющих, на которые сформирован общественный запрос, в котором нуждается украинское общество.


Беседу вел Андрей Маклаков

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Опасность распространения прав человека

Если бы права человека были валютой, их курс сегодня оказался бы в состоянии свободного падения в силу инфляции многочисленных правозащитных договоров и необязательных международных инструментов, принятых за последние десятилетия самыми разными организациями. Сегодня на эту валюту можно, скорее, купить страховку для диктатур, нежели защиту для граждан. Права человека, некогда вознесенные на пьедестал основных принципов человеческой свободы и достоинства, сегодня могут быть чем угодно – от права на международную солидарность до права на мир.

Читать далее

 

Мнения других экспертов

Святослав Денисенко, эксперт Института стратегических исследований «Новая Украина»

Общественный договор в первую очередь нужен для украинского общества, а не политиков

Євген Головаха, Заступник директора Інституту соціології, Завідуючий відділу історії, теорії та методології соціології, професор

Громадські організації, прокиньтеся!

Олексій Гарань, доктор історичних наук, професор Києво-Могилянської Академії, науковий директор Школи Політичної Аналітики

Ідея скликання Конституційної Асамблеї – має право на існування

Погребинський Михайло, політолог Київського центру політичних досліджень та конфліктології

Гра в контрасти

Сергій Дацюк, философ

Договариваться о чем-то могут только творческие, свободные и равные по силе люди…

Виктор Небоженко, президент Агентства корпоративной поддержки «Трайдент»

Последние 20 лет власти России и Украины не имеют никакого общественного договора

Віталій Кулік, директор Центру досліджень громадянського суспільства

У нас нет реальной политической силы, способной сдвинуть с мёртвой точки идею политического договора

Кость Бондаренко, директор Института проблем управления имени Горшенина

Украина закаляется в борьбе против государства

Владимир Семиноженко, лидер «Новой Украины», академик НАНУ

Построение успешного государства должно стать гражданским проектом

Владимир Фесенко, директор Центра прикладных политических исследований «Пента»

Без прямых выборов Президента народ утратит свою роль субъекта Общественного договора

 

Другие диалоги

Украина в Европе – контуры и формат будущих взаимоотношений

Государственное управление: нужен ли «капитальный ремонт власти»?

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У «ЛЕВОГО ДВИЖЕНИЯ» в УКРАИНЕ?

МИР В ВОЙНЕ или ВОЙНА В МИРУ?

НОВАЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ родится в Украине?

УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ – реформирование, перезагрузка, создание нового?

Будущее ТВ и Интернета – слияние, поглощение, сосуществование?

ФЕНОМЕН УКРАИНСКОГО МАЙДАНА

Поляризация общества - источник перманентной нестабильности. Найдет ли Украина социальный компромисс?

Партнерство Украина-Евросоюз: вызовы и возможности

МАЛЫЕ ГОРОДА – богатство разнообразия или бедность упадка

Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Виртуальная реальность и нетократия: новые штрихи к портрету Украины

Таможня или Союз?

ДЕНЬГИ БУДУЩЕГО: валюты локальные, национальные, глобальные? Бумажные или электронные?

Кадры решают все? Или почему из Украины утекают мозги?

Мультикультурализм VS национализм

Религия в социально-политическом контексте Украины

Гуманитарная политика в Украине – а есть ли будущее?

Новый мировой экономический порядок

Рынок земли и будущее аграрной Украины

ДЕМОКРАТИИ КОНЕЦ? или ОНА ВРЕМЕННО СДАЕТ ПОЗИЦИИ?

Судьба реформ в Украине или Реформировать нереформируемое?!

20 наших лет

Будущее без будущего? или Почему Украина теряет образованное общество?

Украинский характер – твердыня или разрушающаяся крепость?

ПЕНСИОННАЯ РЕФОРМА В УКРАИНЕ: куда дует ветер перемен

20 лет независимости Украины – мифы и реалии

Поход Украины в Европу: остановка или смена курса?

Местные выборы 2010: прощание с самоуправлением?

Республика: «де-юре» или «де-факто»?

Каков капитал, таков и труд

Идеология умерла. Да здравствует новая идеология?!

Повестка дня нового Президента – стабилизация или развитие?

Соблазн и искушение диктатурой

Реформа украинского здравоохранения или ее отсутствие: причины и следствия

Выборы-2010: готова ли Украина к переменам?

Неосознанный сталкер. Или. Скрытые и явные угрозы жизни Украины и возможности их предотвращения

КАК СПАСТИ СТРАНУ? или Приговор вынесен. Обжалованию подлежит?!

Человеческий капитал в топке экономического кризиса

Украинское общество в условиях кризиса: социальные вызовы и мистификации.

Большой договор между Украиной и Россией: от проекта влияния к проекту развития

Украинская власть: царствует, господствует или руководит?

Украина: нация для государства или государство для нации?

„Социальный капитал” и проблемы формирования гражданского общества в Украине

«Социальные мифологемы массового сознания и политическое мифотворчество»

Гражданин и власть: патерналистские и авторитарные настроения в Украине.

В зеркале украинского культурного продукта

Есть ли «свет» в конце регионального «туннеля» или кого интересуют проблемы местного самоуправления?

Национальная идея: от украинской мечты к новой парадигме развития

Досрочные выборы: политическое представление к завершению сезона

Кризис ценностей: что такое хорошо, и что такое плохо?

Реформы в экономике Украины: причины, следствия, перспективы

Информационное пространство – кривое зеркало Украинской действительности

Постсоветское поколение – здравствуй! (или некоторые подробности из жизни молодежи)

Проект Україна: українська самосвідомість і етнонаціональні трансформації

„Південний вектор” євроінтеграційної стратегії України

Феноменологія української корупції та її специфічні риси

Українській Конституції 10 років: від «однієї з найкращих в Європі» до правового хаосу

Украина в геополитических играх 2006-2025 гг. или Очередное обновление внешней политики

Яку Україну пропонують Україні чи Програми та реальні практики політичних партій України

Парламентський злам: проблеми взаємодії владних гілок

Майдан, рік по тому

Вызовы или стимулы глобализации?

Демографический кризис или последний украинец

Адміністративно-територіальна реформа – тест на ефективність нової влади

Ролевые игры: социодрама Украина – ЕС

Славянские миры: цивилизационный выбор

Повестка дня будущего президента

Новое украинское Просвещение

„Внутрішня геополітика” України.

Чи готова Україна „мислити глобально, діяти локально”?

Демократия по-украински

Какая Россия нужна Украине?

Українська національна еліта – становлення чи занепад?

Середній клас в Україні : майбутнє народжується сьогодні

Україна шукає свою ідентичність

Камо грядеши, Украина?

page generation time:0,119