Права или только обязанности? (О состоянии соблюдения прав человека в Украине и мире на протяжении последних 65 лет)

Развитие технологий и усиление негосударственных игроков (корпораций, НГО и пр.) приводит к тому, что появляются все новые вызовы правам человека – в сфере экологии, биоэтики и др.; таким образом, идея человеческих прав становится все более актуальной, а их защита – все более трудным делом.

Рост мощных негосударственных игроков представляет сложную проблему для сферы прав человека. Международные соглашения по правам человека писались для защиты прав людей перед государством, и ни одно из них прямо не защищает их от негосударственных игроков. Кодексы корпоративного поведения работников и защита природы в таких условиях становятся неадекватными, поскольку все опускается до самого нижнего уровня, да и он сохраняется лишь благодаря общественному давлению. Государственное регулирование часто становится затруднительным или невозможным, а политикам не хватает воли, да и способностей что-то изменить к лучшему.

Идея экономических и социальных прав человека, несмотря на ее систематическое замалчивание правительствами большинства стран мира, особенно с началом кризиса, является не только ценной сама по себе, но и может стать важной основой для действительно антикризисной экономической политики.

Идея человеческих прав может не давать конкретных рекомендаций, что и как менять, но дает нам язык, позволяющий описать, чего мы хотим, и чего требуем от властей – выполнять хотя бы свои важнейшие обязательства.

Из-за плохого государственного управления права человека – а это важнейшее условие всеобщего благополучия, постоянно нарушаются, что ведет к кризису политического развития. Научные исследования также показывают, что чаще всего права человека нарушаются в странах, пораженных кризисом легитимности и участия.

Права человека – это прямое отражение условий существования правящего класса; если он беззаботен или безответственен, то в государстве разворачивается «синдром политической недоразвитости».

Термин «нетократия» существует относительно недавно, но уже имеет историю подъемов и падений. Появившись, как утверждает «Википедия», в начале 90-х в журнале «Wired», он имел футуристическую окраску, которая сохранялась до начала 2000-х и выхода одноименной книги Барда и Зодерквиста. Однако после кризиса «дот-комов» он надолго утратил популярность. В последние годы термин постепенно начал «оживать».

Несмотря на довольно длинную историю «e-Learning», то есть дистанционного или электронного обучения, оно только начинает разворачиваться в полную силу, и является одним из несомненных благ, принесенных Интернетом; по мнению ведущих аналитиков, системы электронного обучения будут успешно развиваться и дальше, и сегодня являются направлением, которое все еще недооценено.

И все же, сегодня можно сказать, что рынок электронного обучения, это зрелый рынок. Здесь сформировались реалистичные ожидания в плане будущего обучающих технологий. Во многих организациях электронное обучение стало частью стратегии подготовки кадров, и полностью вписано в организационный процесс. Таким образом, вы сами можете решать, как использовать обучающие технологии в своей организации или школьном классе.

В новом цифровом мире, где у людей появляется масса способностей учиться, общаться и сотрудничать друг с другом, у нас появляется и все больше возможностей для создания лучшего будущего цифрового активизма, всей сетевой общественной деятельности. Общественную деятельность в Сети можно и нужно улучшать. Сегодня мы видим марши, однако завтра можем увидеть альтернативные политические структуры. Создание и обеспечение деятельности альтернативных политических структур выглядит очень трудным делом.

Возможно, что будущее сетевых технологий в общественной жизни и политике – вовсе не в попытках организации массовых движений, создания петиций и т.п., а в организации альтернативных органов власти? Правда, даже энтузиастам оно представляется отнюдь не близким.

Так называемый «Анонимус» уже давно перестал быть простой группой хакеров; сегодня это быстро развивающийся массовый феномен и глобальная политическая субкультура, объединяющая как левых, так и правых борьбой за свободу Сети от правительственного и корпоративного контроля, которая время от времени приводит и к реальным политическим выступлениям.

Анонимус это классическая «дело-кратия», то есть, бескорыстное действие. Здесь не нужно получать разрешение, нет обещаний и уговоров, и каждое действие это само по себе вознаграждение. Анонимус стал опасен для правительств и корпораций не из-за способностей хакеров (хотя они у них есть), или числа своих участников, а из-за их ярости.

Использование гремучей смеси из виртуальной и реальной политической деятельности уже увлекло за собой миллионы людей – особенно молодых людей; это уже политика не 20, а 21 века. Эта возникающая на наших глазах, смешанная и эфемерная форма политики становится нормой для молодого, и «оцифрованного» поколения. Исследование фонда МакАртура показало, что 41% молодых американцев уже участвовал за последний год, по крайней мере, в одном политическом действии через Интернет. И у меня есть подозрение, что в Европе будут такие же показатели.

Новые идеи в сочетании с новыми сетевыми технологиями и прямыми, массовыми политическими действиями стали секретом успеха Б.Грилло и его партии, победившей на недавних выборах в Италии; по мнению ряда обозревателей, эта победа должна стать уроком для всей Европы – формат политики меняется на наших глазах.

Центр соціальних досліджень “Софія” з 4 по 10 квітня 2013 року провів опитування серед населення України. Опитування проводилося у всіх областях, АР Крим, містах Київ і Севастополь (загалом у 127 населених пунктах). Всього було опитано 2015 респондентів віком від 18 років і старше. Вибірка репрезентує доросле населення України за основними соціально-демографічними характеристиками (стать, вік, тип населеного пункту та регіон проживання). Метод проведення опитування – індивідуальне інтерв`ю за місцем проживання респондента (на дому). Статистична похибка не перевищує 2,2%.

Вот уже двадцатый год в Украине идут дискуссии о национальной идее и национальной идентичности. Важным и положительным итогом этой дискуссии является то, что признается несомненным факт становления молодой политической нации. Сложной, противоречивой, но, тем не менее, устойчивой и достаточно толерантной. Ученые, эксперты и политики в своих характеристиках и прогнозах сходятся в том, что качественным результатом этого становления должно быть формирование модернового, амбициозного и консолидированного общества-нации, которое идентифицирует себя как часть большой европейской цивилизации. При этом упускается из виду либо недооценивается социально-психологические особенности людей, которые здесь и сейчас формируют нацию будущего.