В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска
Институт стратегических исследований "Новая Украина"
Другие диалоги:

Владимир Лупаций: Крым должен стать провайдером интересов всего Причерноморского региона Украины

Версия для печати
21 мар 2011 года

Новая украинская власть работает уже год. За это время Виктору  Януковичу удалось решить тактическую задачу - отстроить исполнительную вертикаль. Однако, несмотря на постоянные заявления о необходимости реформ, новая команда так и не смогла представить какую-либо целостную концепцию и стратегию модернизации страны. По сути, одним из немногих программных документов, рассчитанных на долгосрочную перспективу, остается Стратегия развития Крыма до 2020 г. О роли Крыма в модернизации украинского Юга, о новых требованиях к крымской элите и ее миссии в макрорегиональных процессах – в беседе с одним из главных разработчиков крымской стратегии – исполнительным директором  Центра социальных исследований «София» Владимиром Лупацием.


 

Крым ставит перед собой задачу качественно измениться, но очевидно то, что эти изменения не  будут проходить в вакууме. Поскольку соседи Крыма по Черноморскому региону одновременно являются и партнерами и конкурентами. Они достаточно быстро двигаются, особенно это касается Турции и Грузии. На момент подготовки Стратегии развития Крыма, в чем мы опережаем, а в чем проигрываем нашим соседям по Черноморскому региону?

Для крымской стратегии была принципиальной оценка его экономического и геополитического пространства. Принципиальным был вопрос, чтобы позиционировать стратегию развития Крыма как один из национальных проектов. Ведь за все 20 лет не был поставлен вопрос о крымском проекте Украина. До этого, все разработки, которые были, двигались в идеологии «остров Крым», или в идеологии «реинтеграции в состав России». При этом целый ряд факторов оказывался за пределами сознания их разработчиков. В новой стратегии упор был сделан на то, что Крым не живет в безвоздушном пространстве, а есть внешняя и внутренняя составляющая и необходимо использовать потенциал межрегионального сотрудничества в рамках Украины.

Второй вариант, каким образом Крым может максимально использовать свой потенциал, связанный с удобным геополитическим и геоэкономическим положением.

Расскажите о сильных сторонах Стратегии.

Было зафиксировано две позиции, которые до этого не учитывались. 

Первая, как я уже сказал выше, это использование потенциала межрегиональной кооперации. Смысл заключается в том, что три ключевых проблемы, от которых зависит устойчивое развитие Крыма в долгосрочной перспективе - это вода, электроэнергия и качество транспортной инфраструктуры. Данная проблема межрегиональная, макрорегиональная, т.е  не крымская проблема. Речь идет о том, что офис северо-крымского канала находится в Херсоне, основные генерирующие мощности электроэнергии находятся в Запорожье, а офис Приднепровской железной дороги находится в Днепропетровске. Вот как минимум три важнейших инфраструктурных проблемы, с которыми сталкивается Крым и соседние области. Эти проблемы оказываются за пределами внимания как крымских элит, так и этих областей. Поэтому речь идет о необходимости создания постоянно действующего форума межрегионального сотрудничества в Днепровско-таврийском регионе. Тем более что последнее решение совета регионов при президенте поставило задачу запустить ежегодные форумы межрегионального сотрудничества.

В этих условиях Крым, который сформулировал собственную стратегию, получает возможность выступить провайдером в развитии межрегиональной корпорации и таким образом привлечь внимание центральной власти, правительства к решению несущих макрорегиональных проблем, которые касаются и непосредственно Крыма. Грубо говоря, для того чтобы стратегия Крыма успешно реализовывалась внутри Крыма, Крым должен занять более активную позицию и позиционироваться на общенациональном и макрорегиональном уровне внутри Украины.

Это требует соответственного качества элит, потому что вы предлагаете местным элитам возвыситься до уровня понимания не региональной проблематики, а национальной.

Вот как раз новая команда более открыто смотрит на ситуацию и пытается более эффективно использовать единое экономическое пространство внутри Украины.

Вы подтверждаете тезис Андрея Клименко, который говорил что крымские элиты по своей сути - это маклеры. У них есть ограниченный ресурс, они выступают в качестве посредников, которые перепродают тем или иным заинтересованным субъектам активы, прежде всего - в виде земли. Именно это не позволяло модернизировать Крым за 20 лет.

Стратегия рассматривает черноморский регион в контексте южного измерения украинской политики. Этот регион занимает особое место в модернизационной стратегии Украины. Причерноморские области Украины - это не только морские ворота Украины, но регион со значительным промышленным, инвестиционным потенциалом. В отличие от восточных индустриальных областей Украины причерноморские области имеют более легкую и диверсифицированную структуру экономики. Их рынки имеют меньшие барьеры вхождения. Поэтому, неосвоенным и не до конца реализованным остается потенциал межрегионального и международного сотрудничества с участием южных и причерноморских областей Украины. Украинское Причерноморье остается недооцененным регионом как со стороны национальных, так и со стороны иностранных инвесторов.

В стратегии провозглашен курс на привлечения инвестиций и инноваций, это подразумевает конкуренцию с другими территориями Причерноморского региона за инвестиционный ресурс. Чем будет отличаться политика Крыма и Украины, для того чтобы выиграть в этой борьбе? Сейчас в условиях недостатка ресурса все пытаются затянуть к себе капиталы, внешние, внутренние, любые. Вот сейчас они могут купить, например внешних инвесторов? Я думаю, что они могут купить только безопасностью, особенно сейчас, когда дестабилизируются целые региональные площадки, как, например, Ближний Восток.

Если Крым будет просто позиционироваться в качестве «острова», тогда он будет один на один с мощными странами региона, такими как Россия, Румыния, Турция. Поэтому принципиальным для Крыма является выступить в позиции провайдера потенциала всего причерноморского региона Украины. Если Крым не опирается на тыл южных областей Украины, то его  конкретные преимущества будут теряться.

То о чем вы говорите, требует осознания этой миссии. В этих условиях многое зависит от качества местной и региональной власти. Как она реагировала на появление такого документа, насколько они поняли его суть?

Здесь надо понимать, что стратегия не сводится просто к тексту. Любая стратегия задает общее направление. Шаги, которые предпринимаются дальше правительством Крыма, сводятся к разработке плана реализации, или операционного плана, который позволит реализовать поставленные задачи и планы. Однако, даже четкая разработка плана реализации не позволит перевести в практическую плоскость те цели и задачи, которые поставлены в этой стратегии. Помимо операционного плана по реализации стратегии с источниками финансирования, необходимо еще расшить смыслы и смысловое ядро стратегии до еще многих документов. Открытым остается ячейка, связанная с разработкой гуманитарной стратегии, поскольку в основном документе задача обозначена, но не развернута.

Стратегия не показывает, каким образом на постоянной основе будут реализованы ее постулаты.

Откуда будут черпаться человеческие ресурсы для модернизации экономики? В той же стратегии указано, что 23 % население АРК составляют пенсионеры. Плюс есть проблемы с «духом рантье». Вообще реализация стратегии в том виде, в котором она предлагается, рушит сложившийся уклад. Ту крымскую идентичность, которая складывалась на протяжении многих лет. Как преодолевать сопротивление и где брать кадры?

Я думаю, что стратегия не ставит задачу слома старых идентичностей, она говорит о том, что нужно выстраивать новые идентичности, а они могут возникать только на базе продвижения новых проектов. Главный риск - это технократический подход к реализации стратегии. Чтобы избежать этого риска необходимо все время держать смысловое ядро этой стратегии, потому что бюрократия склонна на личные проекты. Есть угроза профанации этой стратегии, чего греха таить.

Российский экономист Сергей Глазьев критиковал эту стратегию с той точки зрения, что одним из преимуществ Крыма является связь с Россией. По его мнению, в стратегии эта тема недостаточно раскрыта. Каким оптимальным форматом являются взаимосвязи Крыма с РФ и, на Ваш взгляд, насколько сейчас РФ является активным игроком в Крыму?  Потому что с приходом у нас новой власти не все так просто стало в отношениях с Россией, закрыто много молодежных проектов русских, не все так просто тут с российским капиталом и многое другое.

Стратегия попыталась уйти от какой-либо политизации и тут не вопрос в геополитической ориентации. Вопрос заключается в том, что можно работать с любым капиталом, если этот капитал будет рассматриваться в качестве ресурса и партнера в реализации крымской стратегии.

Поэтому вопрос заключался в том, чтобы появилась крымская стратегия, которая являлась бы частью украинского проекта. Предложения Глазьева - построить потемкинскую деревню в виде отдельного инновационного  сегмента, который должен будет работать на глобальный рынок. Однако, Крыму нужны инновации во всех секторах экономики, а не в создании какого-то отдельного выделенного инновационного сектора. В этом плане оценки, которые звучали с его стороны, некорректны. Они отказывали Украине и Крыму вправе иметь собственную стратегию. Они рассматривали Крым в качестве изюма. Где главное - найти изюминки и эксплуатировать, а все остальное оставить в качестве депрессивной территории.

Так это и есть подход крупного капитала.

Мы все время сталкиваемся с тем, что областные власти часто, пытаясь привлечь внимание правительства или центра для решения какой-то задачи, не в состоянии ее позиционировать как компонент общенациональной программы. Поэтому область должна инициировать общенациональную программу или макрорегиональную программу, в которой она является ведущей. Крым, например,  как провайдер всего причерноморского региона Украины, заинтересован в том, чтобы в Украине появилась морская доктрина, которая бы сформулировала целостные виды и задачи на использования морского и океанического потенциала.

Как вы думаете, как будет присутствовать Турция в Крыму, насколько будет усиливаться ее влияние?

Я хочу на это обратить внимание. На самом деле стратегия Турции касается Украины в целом, касается укрепления позиций во всем Причерноморском регионе. Турция не фокусируется исключительно на Крыме, она пытается выйти на украинский рынок, строительный рынок, рынок инфраструктуры. А украинские игроки выходят поодиночке и конечно они теряют, потому что у них нет экономического веса для того, чтобы вести паритетный диалог с транснациональными кампаниями.

ЕС принимал решение по своей Черноморской стратегии, они приняли документ по усилению своего присутствия в регионе, и там Украина даже не упоминалась. На ваш взгляд, насколько влияние Европы в регионе будет усиливаться? Способен ли ЕС превратить Черное море в свое «внутреннее озеро»?

Я думаю, что ЕС обеспокоен, прежде всего, вопросами безопасности и возможностями транзита. А то, что Украина не упоминается, это вина самой Украины, потому что она недостаточно активно позиционирует свой Причерноморский южный вектор евроинтеграционной стратегии.

Вопрос заключается в том, чтобы потенциал Крыма и причерноморских областей получил внешнеполитическую поддержку на общенациональном уровне среди приоритетов внешней политики. Украина заинтересована в том, чтобы этот регион был безопасным, чтобы Крым был ее имиджем. Инвестиционная привлекательность Крыма будет во многом зависеть не только от того насколько он будет динамично развиваться экономически, но и от того насколько он будет включен в региональную систему безопасности. Насколько он будет позиционировать себя как остров стабильности и как донор в системе региональной стабильности. Я думаю, что вот этот момент обеспечения региональной стабильности, гражданского мира, диалога, культуры и цивилизации - это тот сегмент, который является инструментом для капитализации потом уже всех остальных ресурсов Крыма.

А вам не кажется, ЕС и США рассматривают Крым из-за его положения и линий пересечения интересов, как точку, которая может взорвать это пространство. Именно поэтому они на опережение начинают создавать структуры, которые позволяют усилить свое присутствие там. Потому что в Крым прокачиваются через западные фонды, западные структуры, немалые деньги по сравнению с другими регионами Украины.

Все страны, причастные к Черноморскому региону, пытаются обеспечить свое присутствие. Вопрос в том, что только наличие собственной стратегии позволяет эти двухсторонние форматы конвертировать в инфраструктуру многостороннего взаимодействия. Это будет гарантией того, что будет обеспечена прозрачность, доверие, и не будет нарушения балансов в чью-то сторону. Наличие стратегии является гарантией того, что Крым привлекает не любые инвестиции, а целевые инвестиции, которые отвечают целям и задачам, прописанным в стратегии. Нужно отказаться от привычки ходить с протянутой рукой к любому инвестору к любым деньгам.

Источник: ХВИЛЯ
Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

"Упадок Пятой республики": мифы и реальность

Одним из ключевых слов в лексиконе французских интеллектуальных элит все чаще становится «упадок» (le declin). Под ним имеются в виду действительные или мнимые риски утраты Францией в глобализированном мире XXI века ее традиционной роли одной из великих держав.

Читать далее

 

Материалы по теме
Зал периодики

Лінія фронту

Під якими гаслами просувати Майдан на Схід?

Как котят. К чему привела "поправка Кличко"

Украинское здравоохранение хронически больно. Его легче «похоронить», чем «вылечить»

СРСР та Україна: де жити краще

Власть собственности или собственность власти: Вадим Карасев о самой важной реформе

Как объединить "донецких" и "бандеровцев"

Год от года не легче

Ирина Бекешкина: "Люди хотят не диктатора, а пришествия Господа Бога…"

Как нам стать "ежиками": возможно ли "украинское чудо"?

Двадцать лет деградации, что дальше?

Что позволено кацапу – не позволено хохлу

Цугцванг Януковича-3: разбор полетов

Чому в Україні немає моральних авторитетів

Если партии выполнят свои обещания после выборов, украинцы "утонут" в долгах

Економіка Західної України. Цифри

Ресурсомор: чому вимирає Україна?

Языковой закон. Платит народ

Деньги — главное оружие XXI века

Детишек Кривого Рога три года травили ядохимикатами

В ожидании демократии - 2 (заметки на полях)

Договору понадобилось добавочное время

Максим Лациба: головна проблема — некомпетентність громадянина

Про чиновників та їхні пільги

Всеукраїнський перепис населення: мовний аспект

Лесь Танюк: Україна не могла піти шляхом Прибалтики

Україна – країна на валізах?

Эксперты называют одноразовым новый закон о выборах Верховной рады

Про зміст сакраментальних цифр і небезпеку самозасліплення ними

ДМИТРИЙ ВЫДРИН: «В УКРАИНЕ ВСЕ ТЕЧЕТ, НО НИЧЕГО НЕ МЕНЯЕТСЯ»

Молодое поколение России и Украины: пути содружества и вызовы эпох

Как Украине избавиться от «совка»?

Украина в мировых координатах человеческого развития

Кому нужно чрезвычайное положение?

В опозиції до України

Соціолог: «В Україні вже 20 років точиться боротьба між сільським жлобом у вишиванці та сином партноменклатурника»

Тюрки посоветовались в Алма-Ате

Станислав Кульчицкий: у молодежи другой взгляд на историю

Градус зростає: революції восени не буде

Генплан-2025: які зелені зони знищать

Неумеренный климат

Двадцать лет демократического транзита

Избиратель, твой номер шестнадцатый!

Нацбанк бьет оттоком

20 лет без СССР

Мир хатам, війна палацам: влада вперто штовхає Україну до крові

Самодеструкція молодих демократій

ЖКХ отдают в хорошие руки

Україна між Сходом і Заходом: стара історія на новий лад

Льготники провели разведку боем

 

page generation time:0,155