В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска
Зал периодики
Другие диалоги:

Развитие Евразии начинает приобретать черты комплексного проекта

Версия для печати
18 ноя 2003 года

"УиМС" продолжает публикацию интервью с экспертами в рамках проекта "Евразийский выбор?". На этот раз с вопросами относительно необходимости выработки политики Украины в евро-азиатском регионе, а также украинских перспектив в странах этого региона мы обратились к директору Центра социальных исследований "София" Андрею Ермолаеву.

 

- Нужно ли вырабатывать евразийское направление внешней политики нашего государства? Стоит ли ориентироваться на страны и рынки этого региона? И если стоит, то какие факторы необходимо учитывать?

 

- Прямо с Евразии и начнем. К сожалению, в Украине идентификация региона и того социокультурного мира, который в этом регионе развивается, не то чтобы табуирована, но постоянно находится "за кадром". Одной из причин такой ситуации является то, что киевские интеллектуалы и власть довольно скептично относились к тем доктринальным наработкам, которые существуют в России на протяжении как минимум одного столетия, имеют четко выраженный "над-украинский" характер и, соответственно, вызывают вполне объяснимое раздражение.

 

С другой стороны, вопрос геополитического и геоэкономического развития Евразии постоянно упирался в проблему ведущей роли России. Не без оснований считается, что говорить о евразийской внешней политике  (как характеристике) - значит признавать главенствующую роль России.

Третий фактор - "магия слова" “Евразия”, которое используется в целом ряде смысловых ипостасей.  Это и историософская трактовка сути социокультурных и геокультурных процессов, и устоявшееся геополитическое определение региона, использующееся на уровне международных стратегий и доктрин (в частности, американская внешняя политика рассматривает евразийскую как европейскую, крупные международные корпорации имеют евразийские отделы, занимающиеся сбытом продукции исключительно в этом регионе). Это также и существующая традиция географической идентификации региона. Пока существовала Российская империя и Советский Союз, названия государства «вытесняло» географию. Сейчас же, после распада Союза, возникла необходимость географического определения региона.

Я уже не говорю о геополитических доктринах XX  века, в рамках которых Евразия позиционировалась как один из носителей идеологии  борьбы континентальной державности с морской.

 

Поэтому стоит сразу договориться, что мы не  будем касаться историософской традиции поиска евразийской идеи, новых евразийских сущностей, что присуще российской географической, исторической и философской школам. В данном случае мы говорим, во-первых, о новых геополитических и геокультурных проектах, которые сформировались и существуют в этом пространстве сегодня и сейчас. Во-вторых, мы говорим о тех объективных тенденциях, которые развиваются в Евразии, свидетелем и участником которых является Украина. И, в-третьих, что в Украине подразумевается под "стратегией".

 

К сожалению, с первых лет независимости трактовка национальной стратегии в Украине ограничилась сугубо меркантильными измерениями: рынки, товары, политические дивиденды, изредка - решение каких-то социокультурных и социальных аспектов, да и то в очень ограниченном варианте.

 

Могу привести пример. Когда властью и ведущими политическими силами была протрактована европейская стратегия, она была наполнена исключительно следующими пожеланиями: мы хотим достичь вашего уровня жизни, мы хотим проникнуть на ваши рынки и тому подобное. Однако Европа (как, кстати, и Евразия) -  это комплексный  геокультурный проект, который осуществляется не только в географической, экономической и политической плоскостях. Европейский проект отражает серьезнейшую духовную борьбу цивилизационных идей. Я говорю о противоборстве новых "синтетических" идей евроатлантического мира, которые отстаивает американская культура и американский истеблишмент, и европейской  идее единого христианского мира, единого прежде всего в социо-культурном измерении, поскольку собственно религиозный аспект играет второстепенную роль. Хотя и в сфере духовно-религиозной жизни Европы мы являемся свидетелями новых веяний.

Вот что стоит за кадром борьбы за европейский проект. И участие в этом проекте подразумевает и понимание сути глобального сценария и своей возможной роли в нем.

 

Еще более сложная ситуация с евразийскими процессами.

Необходимо понимать, что развитие Евразийского региона начинает приобретать черты комплексного проекта. Все очевиднее стремление молодой российской политической, экономической и культурной элиты сформировать такой евразийский проект. И не просто как доктрину для философов или как некую политико-географическую реальность, а как проект, в котором будут решены глобальные внутренние противоречия России и стран - партнеров по региону. Как ни парадоксально, но и идея российских либералов по поводу формирования российской «либеральной империи» - своеобразная ненаписанная глава из ежегодного послания 2003 года российского президента Владимира Путина – из этой же «оперы».

Основные характеристики такого проекта:

Первое, - это постепенное превращение России из православного русского государства с многонациональным составом в поли-конфессиональную евразийскую страну.

Второе, - это трансформация русской нации, которая пережила периоды подъема и спада, в новое качество. Либеральная революция 90-х годов изменила качественный состав и настроения правящей элиты. Сформированы новые запросы на трактовку истории  взаимоотношений народов России-Евразии, постепенно смешиваются ценностные установки вероисповедания (русский ислам как феномен), формулируются новые миссии России-Евразии.

Третье, - это новый формат политического объединения народов евро-азиатского региона, которые начинают активно ассимилироваться в единое целое (возможно, в новый супер-этнос).

Четвертое – мобилизация всего евро-азиатского региона в рамках нового экономического, политического и культурного союза (объединения), которое уже сейчас российские политики и интеллектуалы сравнивают с Евросоюзом.

 

И Украина начинает сталкиваться с первыми наработками, которые принес с собой  этот евразийский проект.

Одна из таких идей, которую высказала  российская власть, и к которой Киев был не готов, - это идея поли-конфессиональной России. В частности, активизация России в кругу стран Исламской конференции - это активизация внутреннего гражданского диалога не только по поводу судьбы русского христианства, но и по поводу судьбы русского ислама.

Собственно, и новосозданное Единое экономическое пространство в СНГ может иметь смысл и перспективу лишь как первый практический шаг по экономической мобилизации евро-азиатского региона в новое целое.

 

Несомненно, не все так просто, и российскую интеллектуальную элиту и политикуум ждут большие дискуссии, которые растянутся на несколько пятилеток. Будут и попытки формально связать новые проектные подходы с доктринами прошлого, будут и поиски новой евразийской идеи как «национальной идеи» для России-Евразии. И все же, в отличие от интеллектуальных наработок столетней давности, сейчас мы имеем дело с живым развивающимся процессом, который развернулся в России. Характерно, что к новым думским выборам 2003 года в России уже существовало минимум три партийных проекта с евразийской идеологией. Это выглядит пока как «зондаж почвы», но через три-четыре выборных цикла «политические евразийцы» могут стать одной из самых влиятельных политических сил.  Характерно и то, что политическая версия «нео-евразийской» идеи предполагает синтез традиции, поли-конфессиональности, единой истории России-Евразии и «левой идеи».

 

Процессы в России затрагивают и те страны евро-азиатского региона, которые традиционно выполняли сателлитарную функцию по отношению к российской империи и СССР, а сейчас осознают необходимость выхода на наднациональный уровень, преодоления разрушительных для них этнических, культурных и межконфессиональных конфликтов (прежде всего, Казахстан, Беларусь).

 

Для Украины выход один: необходима выработка собственного национального проекта развития, или национальной стратегии, если угодно, которая охватывала бы как смысловые аспекты, так и политтехнологию – развитие международных отношений, участие в различных организациях, «зонах» и прочем.

На этом распутье – возможны три альтернативы.

Первая -  Украина как участник европейского проекта. Это миссия, связанная с созданием Большой Европы и реализации проекта единого христианского мира в формате единой европейской цивилизации. Кстати, это и серьезнейшая проблема для европейской части России, которая объективно конфликтна евразийским тенденциям развития (З.Бжезинский говорил о проблеме  «Европы Петра»). 

Вторая -  Атлантический проект и Украина, предполагающая национальную стратегию, ориентированную на формирование одинокой  «нации-борца» (форпост Запада в решении «восточного вопроса»).

И третья - вхождение в евразийский проект. Это ассимилятивная стратегия, связанная с  преемственностью таких форматов как Московия-Российская Империя-СССР (где Украина обеспечит преемственность со славянским прошлым государственности – Руськой Земли и Киевской Руси). Р  сожалению, активное участие Украины в евразийском проекте будет означать для нее превращение в своеобразный социо-культурный, исторический и демографический ресурс. Но это – тема отдельного разговора.

 

Поэтому, на мой взгляд, украинские политики в сжатые сроки должны определиться относительно новой пост-советской ойкумены. Украине непозволительно рассматривать евразийскую интеграцию (СНГ, ЕврАзЕС, теперь – ЕЭП, в будущем – валютный союз и единое культурное пространство, …) только с экономической точки зрения. И я не понимаю наших политиков, которые, извините, заталдычили, что вот, мол, мы ограничиваемся зоной свободной торговли, и все останется по-прежнему. Так могут говорить бизнесмены, слабо погруженные в социо-культурные контексты, но не представители политической элиты.

 

Ведь если мы достигаем общественного консенсуса по поводу формулирования национального проекта развития на европейской стратегии (что предполагает участие Украины в европейском проекте Большой Европы),  такой выбор должен быть отражен во всех практиках (или политике во всех направлениях и сферах жизнедеятельности). Ибо речь идет, по сути, о геокультурном выборе, а не о тоннах или километрах.

 

Лишь в рамках национального проекта и возможно формулирование политики в отношении евро-азиатского региона (возможно, чуть позже – в отношении евразийской конфедерации).

Что такое выработка политики? Это расчет и создание практических механизмов по реализации осознанных и четко сформулированных интересов общества, народа, нации, а также - определение той меры, в рамках которой допустима взаимозависимость и взаимопроникновение других культур и традиций, и их экономических «носителей».

Таким образом, на мой взгляд, вопрос евро-азиатской политики Украины - это вопрос выработки норм и технологий, с помощью которых Украина обеспечивает себе позицию партнера-соседа по отношению к странам-участникам евразийского проекта, где партнер и участник – это разные подходы, разные стратегии и в итоге – разные перспективы развития. И такие комплексные проблемы как единое экономическое пространство с другими нациями и сообществами, единое  культурное пространство и т.п. – должны рассматриваться лишь в таком масштабе. Иначе Украина останется в позиции объекта влияния чужих стратегий, и вряд ли будет в состоянии выбраться из объятий Евразии.

Источник: Украина и Мир
Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Опасность распространения прав человека

Если бы права человека были валютой, их курс сегодня оказался бы в состоянии свободного падения в силу инфляции многочисленных правозащитных договоров и необязательных международных инструментов, принятых за последние десятилетия самыми разными организациями. Сегодня на эту валюту можно, скорее, купить страховку для диктатур, нежели защиту для граждан. Права человека, некогда вознесенные на пьедестал основных принципов человеческой свободы и достоинства, сегодня могут быть чем угодно – от права на международную солидарность до права на мир.

Читать далее

 

Материалы по теме
Зал периодики

Казахстан Зачем президент Казахстана хочет поделиться полномочиями с парламентом

Путин зря просит пощады, ни он, ни, к несчастью, Россия ее не получат

Роман Безсмертний: Нам треба перехопити у Кремля Союз із Азією

Какие новые черты Путина раскрыла «Прямая линия»

Народ-доносоносец

Минск и Киев решили торговать за гривны

Мы станем беднее

Смотрящие в стол

Жест Лукашенка і Назарбаєва: навіщо президенти Білорусі та Казахстану приїжджають до Києва

Лукашенко та Назарбаєв тікають від Кремля через Київ

Лукашенко примеряет вышиванку

Черный декабрь

Дивний "русскій мір"

Правила сожительства

Как жить вместе? Украинцы и русские в Украине - записки историка

Гибриды, нефть и агрессия

Астана страхуется от майдана

Враг не придет

Новороссия от Луганска до Тирасполя

Казахстан, Белоруссия и Россия: прагматизм против паранойи

«Президенту надо выйти из круга старых друзей»

Старший брат. Интервью с Игорем Чубайсом

Утраченные ориентиры

Казахстан воспользовался подушкой безопасности

"Разворот" Путина на Восток: телевизионная сказка для россиян

Духовные скрипы

Бедность по любви

Украина недооценила свою зависимость от РФ

Реэкспорт разваливает Таможенный союз

Российское ТВ и выборы в Молдавии: чего опасаются в Кишиневе

Экс-премьер Казахстана: Центральной Азии нужна система коллективной защиты

От Евразии одни убытки

Stratfor: Бывший Советский Союз 20 лет спустя

Победное шествие Александра Лукашенко

Иллюзия Хартленда

Дефолт Росії чи новий світовий порядок?

Структурная теория коллективных идентичностей и проблемы России

Конфуз Чуркина: диагноз российского политического мышления

Общая демобилизация

Портников: Крымская игра в северный Кипр

Сергей Грабовский. «Доктрина Брежнева–Путина»: новая редакция

Российские заемщики должны вернуть $112 млрд за четыре года

Запретный фрукт: каковы последствия российского эмбарго для Молдавии?

Возвращение ГУАМ

Верховный Цапок: Путин и Россия-"Большая Кущевка"

Гернот Эрлер: Молдавия оказалась в тени украинского кризиса

Европейский выбор: преступление и наказание

Пять проблем белорусской молодежи

Из-за правил ТС предприниматели Беларуси начали забастовку на рынках

Добрый совет Елбасы

 

page generation time:0,237