В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска
Проект "Украина"
Другие диалоги:

Модернизация экспортной модели экономики на повестке дня будущего главы государства

Версия для печати
19 окт 2004 года

Попытки вернуться к огосударствлению экономики, занимающие видное место в программах многих из кандидатов в президенты, явно относятся к разряду несбыточных. Мобилизовать экономическую систему и подчинить ее какой бы то ни было стратегической линии развития можно лишь прозрачными рыночными методами на основе консенсуса ведущих экономических сил. Пожалуй, это – самая сложная задача будущего президента, но не единственная

Выбор, стоящий перед человеком, на деле зачастую оказывается иллюзорным. Сила непреодолимых обстоятельств подчас диктует львиную долю выбора – и наиболее правильные решения принимает тот, кто в полной мере осознает и предвосхищает такую необходимость. Так, в значительной мере искусственным является вопрос выбора, перед которым оказалась избирающая нового Президента Украина. Независимо от своей политической окраски и способа прихода к власти, новый глава государства, кем бы он ни был, должен будет решить определенный комплекс первоочередных и стратегических задач в экономической сфере, решение которых принципиально важно для самого существования государства Украина и его главы. Последний будет иметь выбор (и то весьма относительный) лишь в отношении инструментов решения, тогда как постановка задач вполне однозначно определена уже сегодня. И одна из важнейших задач – это модернизация экспортной модели украинской экономики.

Экспортная модель роста: за что боролись…

Непременной составляющей программ восстановления экономики середины 90-х была всемерная поддержка экспортоориентированных производств и стимулирование роста экспорта. На рубеже столетий мечта отечественных экономистов сбылась. Более чем четырехлетний непрерывный экономический рост в Украине, безусловно, стал результатом сочетания множества факторов. Но тот непреложный факт, что за 2000–2003 гг. ВВП вырос на 33 %, промышленное производство – на 60 %, а экспорт товаров и услуг - на 80 %, свидетельствует о ведущей роли именно экспортного фактора.

Роль “пускового механизма” роста сыграли последствия финансового кризиса 1998 г. После продолжительного периода реальной ревальвации гривни, которая составила за 1995–1997 гг. 31 %, за 1998–1999 гг. девальвация в реальном измерении составила 93 %. Это не только создало благоприятные условия для ценовой конкурентоспособности отечественных предприятий, но и способствовало существенному увеличению денежного предложения. За 1998–1999 гг. денежная масса М3 увеличилась в 1,8 раза, что значительно смягчило монетарный „голод”, от которого страдала экономика, упростило платежные расчеты, облегчило фактический налоговый пресс на субъекты экономики.

Попавшее на столь благоприятную почву улучшение конъюнктуры международных рынков способствовало активному увеличению объемов экспорта в 2000 г. Темпы прироста экспорта в полтора раза превысили темпы роста промышленного производства и более чем втрое – рост ВВП, а внешнеторговый оборот достиг почти 90 % ВВП. Сформировалась «экспортная модель» экономического роста.

К сожалению, правительство избрало пассивную тактику „потребления” благоприятных внешних факторов экономического роста, направляя положительный эффект прежде всего в социальную сферу. В результате «экспортная модель» не была ориентирована на распространение эффекта экономического оживления на другие отрасли экономики и сменилась замедлением роста и дефляцией 2002 г.

«Второе пришествие» «экспортной модели» состоялось в 2003 г. В стоимостном измерении объемы экспорта товаров и услуг выросли по сравнению с предыдущим годом на 5,3 млрд. долл., что составило три четверти суммарного прироста ВВП в долларовом эквиваленте, а объем экспорта достиг 55,2 % ВВП. По итогам первой половины 2004 г. экспорт товаров и услуг вырос на 44,7 %, увеличившись до 56 % ВВП (а по итогам первого квартала – свыше 70 %). Увеличение объемов экспорта произошло вследствие как улучшения внешнеэкономической конъюнктуры, так и благодаря ревальвации евро по отношению к доллару США (за год она составила 17 %), что, при сохранении постоянного номинального обменного курса гривны относительно доллара способствовало увеличению ценовой конкурентоспособности украинских товаров на внешних рынках. Благоприятную почву для реализации этих факторов составила устойчивая ремонетизация экономики, которая происходила большей частью за счет гривневых интервенций НБУ на валютном рынке: М3 выросла за 2001–2003 гг. втрое.

Модель, исчерпавшая себя

«Экспортная модель» экономического развития обеспечивает высокие темпы экономического роста, увеличение доходов предприятий и населения, поступлений в государственный бюджет. Однако процесс ее развертывания в Украине показал значительную ограниченность этой модели, которая может применяться лишь в ограниченный промежуток времени. Затягивание в экспортную модель ведет к развитию серьезных противоречий, порождающих ее неустойчивость. Посему, как это ни парадоксально, но перед Украиной, делающей сегодня семимильные шаги в росте именно благодаря экспортному фактору, стоит ключевая задача: трансформации экспортной модели роста. Сделать это необходимо по двум основным причинам.

Во-первых, в условиях, когда внешний товарооборот на 20 % превышает объем ВВП страны, возникает прямая зависимость национальной экономической динамики от колебаний конъюнктуры внешних рынков и конкурентоспособности украинских товаропроизводителей на этих рынках. Последняя внушает экспертам существенные опасения. Они связаны с прекращением ревальвации и стабилизацией курса евро, что приостановит рост ценовой конкурентоспособности украинских товарах на рынках еврозоны; ужесточением конкуренции на рынках металлопродукции, в частности – в результате превращения Китая из потребителя в производителя металла для мирового рынка; изменением предпочтений прежних партнеров из стран-новых членов ЕС. Уменьшить удельный вес факторов роста, на которые не в состоянии повлиять национальное правительство – принципиально важно. К тому же, официальные прогнозы роста экспорта на будущий год весьма скромны.

Во-вторых, экспортная доминанта формирует довольно острые диспропорции в макроэкономической сфере. Активный приток валюты жестко привязывает монетарную политику к операциям Нацбанка на валютном рынке. Валютный рынок почти полностью монополизирует функцию денежного предложения: через него в обращение за 8 месяцев 2004 г. было направлено 27,5 млрд. грн., что превышает величину общего прироста денежной массы М2 (26,4 млрд. грн.).

Поток рефинансирования комбанков, напротив, иссяк: оно составило за 8 месяцев лишь 1,2 млрд. грн., тогда как из банковской системы Нацбанком было мобилизовано 6,9 млрд. грн. Нацбанк откровенно тормозил склонность банков к кредитованию не только таким прямым изъятием денег, но и ужесточая комплекс регуляторных требований.

В итоге денежные ресурсы начинают циркулировать по «малому кругу», не участвуя в обслуживании большей части хозяйственных оборотов, замкнутых на внутренний рынок. Это ослабляет положительный эффект ремонетизации экономики. Взаимозависимость секторов экономики проявляется в том, что ухудшение экспортной динамики будет отрицательно сказываться и на отраслях, ориентированных на внутренний рынок: ухудшение внешнеторгового баланса отразится на денежном рынке в виде замедления темпов роста денежного предложения, что приведет к ухудшению доступа предприятий к ликвидным ресурсам и росту спроса на рынке краткосрочных кредитов, сохраняя высокий уровень кредитных ставок коммерческих банков.

Первыми от ограничительных мер страдают отрасли, не задействованные в экспортном «буме» и не способные приобретать дорогие кредитные ресурсы. Антиинфляционные меры, предпринимаемые НБУ, усиливают преимущества экспортеров, имеющих прямой доступ к ликвидным ресурсам, чем замораживают экспортную модель развития.

Стремясь удержать гривню от излишнего удорожания (которое будет вести к ухудшению конкурентоспособности экспортеров и сокращению экспорта), НБУ вынужденно осуществляет гривневые интервенции, а значит – одновременно должен проводить стерилизацию этого прироста денежной массы, налагая довольно жесткие ограничения в банковской сфере.

Следует отметить, что ревальвация гривни (за 2000-2003 гг. она ревальвировала к доллару США в реальном измерении на 28 %) способствовала опережающему развитию именно энергоемкого экспорта, поскольку удешевляла импорт сырья и энергоресурсов. Изменение тенденции с ростом доли машиностроительного экспорта произошло в 2003 г., когда сказалась девальвация гривни относительно евро, а также ускорился рост экспорта в страны СНГ, имеющего намного более эффективную структуру.

Поскольку в остающиеся до ноября с.г. месяцы на рынок явно будут выброшены значительные массы денег в рамках явных и неявных социальных и политических программ, инфляционное давление наверняка будет возрастать, что потребует ужесточения «охлаждающих» антиинфляционных мер. В таких условиях монетарные вливания через валютный рынок могут оказаться совсем уж лишними для монетарной стабильности – что и нашло отражение в разговорах о необходимости отмены обязательной продажи валюты. Впрочем, Нацбанк пока не в восторге от этого предложения, которое, при сохранении положительной внешней конъюнктуры, может привести к значительному удорожанию гривни, со всеми вытекающими отрицательными для конкурентоспособности экспортеров последствиями.

Итак, четыре года господства в Украине экспортной модели роста показали, что со временем, не будучи подкрепленной стратегией перераспределения финансовых ресурсов, модель начинает отрицать саму себя и требует радикальной трансформации. Активный рост инвестирования, существенно ускорившийся в 2003 году, является обнадеживающим признаком такой трансформации, но энергия изменений пока еще слишком слаба по сравнению с всепоглощающим доминированием экспортного спроса.

Жить будем лучше. Но долго ли?

Несомненно, положительным результатом расцвета экспортной модели стал заметный рост доходов населения. Так, в 2003 г. средняя заработная плата в Украине выросла на 22,8 %, а реальные доходы населения Украины в целом - на 13,7 %. Социальные расходы бюджета увеличились на 5,8 млрд. грн., или 17,1 %. За 7 месяцев текущего года зарплата увеличилась на 27,3 %, доходы населения – на 19,7 %. Природа такого увеличения вполне прозрачна и связана с увеличением доходов предприятий в условиях экономического роста, облегчением доступа к ликвидным ресурсам, ужесточением требований по исполнению хозяйственного законодательства, что, в свою очередь, способствовало должному наполнению и расходованию бюджета.

Правительство, поставив в качестве главного приоритета повышение зарплат, пенсий и прочих выплат, тем самым удачно компенсировало тормозящий эффект, оказываемый ограничительными мерами Нацбанка. Деньги через потребительский рынок все же попадают в экономику, стимулируя потребительский спрос, а, следовательно – отрасли, ориентированные на его удовлетворение. Несмотря на все лукавство официальных показателей инфляции, которые явно завышают показатель реального роста доходов населения, В.Януковичем таким образом, создана неплохая социальная база для поддержки на предстоящих выборах. В то же время, с макроэкономической точки зрения, столь активная социальная политика в финансодефицитной экономике приводит к неоднозначным последствиям. Аккумулируя средства через фискальную сферу для нужд социальных выплат и повышения зарплат бюджетников, государство тем самым изымает у предприятий потенциальные инвестиционные ресурсы, ослабляя их способность реагировать должным образом на растущий потребительский спрос населения. К тем же последствиям приводит и «стимулирование» повышения зарплаты работникам негосударственных предприятий. Поскольку, напомним, кредитная активность банков при этом тормозится стерилизующей политикой Нацбанка, остается лишь восхищаться самоотверженностью предприятий, умудряющихся в таких условиях обеспечивать рост инвестирования.

Таким образом, проистекая из единого источника – экспортной модели роста, монетарная и фискальная политика на самом деле действуют в противоположных направлениях. Конечный КПД такого «тянитолкая» оказывается весьма низок, как результат – экономика растет «сама по себе», а политика правительства сосредоточивается на том, чтобы придать этому росту видимость соответствия принятым программам и планам.

Крайняя неразвитость инструментов межотраслевого перелива капиталов с одной стороны, и механизмов аккумуляции финансовых ресурсов с целью формирования «длинных денег» с другой, приводят к практическому отсутствию специализированных банков долгосрочного кредитования, небанковских финансовых институтов, финансово-промышленных групп и т.п. Поэтому эффекты от роста экспортных отраслей и отраслей, ориентированных на потребительский рынок, в недостаточной степени распространяются на другие секторы экономики.

В итоге, «инвестиционный бум» пока мало влияет на повышение конкурентоспособности украинской промышленности, обновление основных фондов в этом секторе экономики, формирование основ устойчивого экономического роста. Напротив, генерируемые в реальном секторе экономики инвестиционные ресурсы откачиваются во вторичные сектора экономики, как через децентрализованные финансовые инструменты (в операции с недвижимостью, торговлю, транспорт), так и через фискальные механизмы (в госуправление, здравоохранение, культуру и спорт, коммунальные услуги).

В целом, прирост инвестиций в промышленность (24,6 %) был в 2003 г. заметно ниже среднего по экономике, а всего в этот вид экономической деятельности поступило лишь 38,7 % всех капиталовложений. Опережающими темпами росли инвестиции в оптовую и розничную торговлю (54,8 %), причем за 2001–2003 гг. они увеличились в 3,6 раза, тогда как в промышленности – менее чем в полтора.

В условиях фактического отсутствия стимулов к инвестированию капиталовложения направляются, прежде всего, в виды экономической деятельности, имеющие высокую ликвидность и короткие сроки окупаемости, что не удивительно в свете сохраняющейся дороговизны кредитных ресурсов, а, следовательно – стоимости денег во времени (как главного критерия оценки финансовой состоятельности инвестпроекта). В результате выдающиеся успехи экспортных отраслей не вылились в адекватный прирост капиталовложений: в металлургию в 2003 г. поступило лишь 10,3 % всех инвестиций в промышленность (удельный вес отрасли в валовом выпуске – 24 %), в машиностроение – 8 % (удельный вес в выпуске – 14 %). В сельское хозяйство, давшее 11 % валового выпуска, поступило лишь 4 % всех инвестиций в основной капитал. В то же время, 13 % всех инвестиций в 2000-2003 гг., в т.ч. 20 % - в 2003 г. поступило в транспортную отрасль, что более чем вдвое превысило удельный вес отрасли в валовом выпуске. В предприятия пищевой промышленности, в 2003 г. в отрасль поступило 21 % всех промышленных инвестиций, притом, что ее валовой выпуск составлял 17 % валового выпуска промышленности.

Как следствие, в экономике возникают очаги «локального перегрева», связанные с перенакоплением финансовых ресурсов на отдельных направлениях, характеризующихся быстрой оборачиваемостью средств или высокой нормой прибыли, что приводит к уменьшению отдачи капитала и повышению цен на продукцию отрасли. Это, в свою очередь, вызывает у монетарных властей желание принять меры по «охлаждению» экономики», что вносит определенную зыбкость в прогнозы дальнейшей экономической динамики.

Президент – в ответе за все!

Разумеется, непосредственная разработка и реализация валютно-денежной и даже бюджетно-налоговой политики не относятся к прямым задачам президента страны – это поле деятельности соответствующих органов управления государством. Однако, в решении стоящей перед ним суперзадачи – трансформации экспортной модели роста – будущий президент непременно окажется перед необходимостью преодоления противоречий, возникающих в результате действия вышеописанных макроэкономических закономерностей. Чтобы воплотить в жизнь заманчивые планы роста народного благосостояния, занимающие почетное место в программах практически всех кандидатов на высший пост страны, а возможно – даже сохранить достигнутые социальные высоты, нужно, независимо от перспектив возможного сохранения «экспортной модели» в ближайшие годы (развитие торговых отношений как в восточном (ЕЭП), так и в западном (ЕС) направлении может продлить ее жизнь на какое-то время), обеспечить перераспределение ресурсов, получаемых экспортерами, на формирование внутренних факторов экономического развития, расширение внутреннего рынка, повышение национальной конкурентоспособности, построение инновационной модели развития. Для этого придется поискать другие инструменты абсорбции избыточной ликвидности комбанков и прочих «горячих» денег, направить их в долгосрочные вложения, финансирующие структурную модернизацию экономики. Возможные механизмы этого не раз перечислялись различными экспертами, но для их реализации нужна сила, поднимающаяся над функциональной заданностью Минфина и Нацбанка. В этом и будет состоять наиболее интеллектуально сложная задача нового президента.

Особенность процесса состоит в том, что осуществляться он должен на основе современных рыночных механизмов, стандартов международного права, требований ВТО, норм и правил, действующих среди стран ЕС. Попытки вернуться к огосударствлению экономики, занимающие видное место в программах многих из кандидатов в президенты, явно относятся к разряду несбыточных. Дезинтеграция прежней экономической системы уже достигла такого уровня, что собрать ее воедино и подчинить какой бы то ни было стратегической линии развития возможно лишь в поиске консенсуса ведущих экономических сил и групп прозрачными рыночными методами. Пожалуй, это – самая политически сложная задача будущего президента.

В своих предвыборных программах кандидаты в президенты Украины честно провели инвентаризацию проблем, на которых сегодня сосредоточено внимание «среднего» избирателя и, обходя острые углы, привычно пообещали их решить. Задачи «второго плана», без решения которых обещания будут невыполнимы, кандидаты предпочли в своих программах обойти вниманием.

Парадоксально, но факт: кандидаты в президенты страны, стоящей на пороге новой волны экономических реформ (преобразований собственности, социальной сферы, трудовых отношений и т.п.), практически никак не огласили народу свои планы в этой сфере, ограничившись лишь обещаниями улучшения социального и пенсионного обеспечения, преодоления засилья коррупционеров и «мафии», как максимум – смягчения условий для малого и среднего бизнеса и радикального реформирования налоговой системы. Давно перезревшие проблемы рыночной перестройки сельского хозяйства тоже оказались закамуфлированными общими обещаниями. Не рискнул «дразнить гусей» даже известный либерал-рыночник В.Ющенко. Неразумным было бы предполагать, что кандидаты отрицают необходимость приближения отечественной экономики к мировым стандартам функционирования. Подобный «заговор молчания» свидетельствует, что кандидаты солидарны в своей оценке реальной склонности электората к поддержке либерально-рыночных преобразований. Аналогичная ситуация сложилась и в отношении якобы поддержанного широкими народными массами европейского выбора Украины. Ни один из кандидатов не провозгласил продвижения к европейской интеграции, по меньшей мере, одним из своих приоритетов. Та же судьба постигла более близкие перспективы вступления в ВТО и НАТО.

Таким образом, повестка дня для будущего президента в четком виде никем из кандидатов пока не сформирована. Видимо, никто из них не верит в способность народа принимать решения, исходя не из сиюминутных плотских эмоций и спонтанных идейных предпочтений, а на основании видения ситуации и потребности в стратегической перспективе.

сентябрь 2004 г.

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

Родился бедным? Тебе не повезло!

Артерии и «социальные лифты» общества закупориваются. Шансы карьерного роста, социальная мобильность снижается, и, что еще хуже, падает доверие людей друг к другу, что заметно среди всех классов общества, но более всего – среди бедных. Столь восхваляемый «гибкий рынок труда», означает лишь мир, в котором такая принципиально важная вещь, как профсоюз, оказывается не у дел, а с работниками обращаются как с собственностью. Это представляет смертельную угрозу семьям рабочих, и их шансам дать своим детям вдохновение и жизненные силы.

В Британии становится все меньше социального разнообразия и знаний: в условиях нынешнего капитализма компетентные люди просто не могут никуда пробиться; они становятся жертвами социальных предрассудков и настроений. Они просто не знают, что делать, поскольку эффективная государственная политика должна идти вразрез с господствующими инстинктами консерваторов.

Читать далее

 

Материалы по теме
Проект "Украина"

Так куди ж нам слід інтегруватись?

Пореволюційна Україна: візія капітального євроремонту

Революція зобов’язує

Театр абсурда: об ушах, преферансе и кукловодах

Конец революции: не крики, но интриги

Тайные прелести Оранжада

Оранжевая революция: крах интимного человека

Оранжевая революция: Люди против Машин

Оранжевая революция: неясные итоги

Українська культура європейського ґатунку

Чего ждут граждане от будущего Президента Украины?

Желания и чаяния украинцев – а кому они нужны?

Повестка дня для нового Хищника

Довіра як національна ідея

Бедность не порок?

Бизнес-план для президента(часть 2)

Бизнес-план для президента

Украина и Россия: перспективы взаимоотношений после президентских выборов

Украинский суверенитет: возможное будущее

Внешнеполитические маневры будущего Президента

Повестка дня президента в молодой стране пенсионеров

Страна, которую нам предлагают

О программах и словах ненужных

Вибори-2004: демократичний перехід і суспільний консенсус

Дежавю на перетині століть

Зал периодики

Послание бизнесменов будущему президенту Украины Петру Порошенко

Новогодний старт в Брюсселе

Польща розраховує на ухвалення "сильної" декларації на саміті "Східного партнерства"

Идеологи против лидеров

Андрей Ермолаев: В Украине некий феодальный деграданс

Игорь Колиушко: "Отмена конституционной реформы – абсолютная утопия"

Помилка Президента

«Хіба ревуть воли, як гасла певні?» Внешняя политика Украины: Между realpolitik и fata morgana

Для кого Європа відкрита?

Год впустую

Год Ющенко. Слово в защиту гаранта

Рік Ющенка: обіцянки та оцінки

Стиль Президента: як визначити?

Загадка «новых депутатов»

Головне розчарування 2005 року

Рік президентства Віктора Ющенка: досягнення і невдачі.

Пять достижений и пять провалов "оранжевых"

«Світ — за межами нашого болю»

Що святкувати?

Майдан: весь пар пішов на гудок

Від «розлому» до політичної нації

От революции морали к революции идей!

Влада не любить, владу не люблять

Экономический «кардинал» Януковича Николай Азаров: «При нашем Кабмине Украину назвали «восточно-европейским тигром»

Це — «ліберальний кучмізм»?

Хватит с нас 'воли народа'!

Что там, впереди, скажи? Миражи? Миражи! Миражи…

Политический пейзаж в оранжевом цвете

Проект «Україна»: погляд зі Сходу

Нынешняя модель интеграции Украины обречена на провал

«Сад каменів», «Російська мотрійка» і «Рушник вишиваний»

Ми його втрачаємо

Украина под знаком нестабильности

Павло Казанецький: Ющенко та Тимошенко забули, що Майдан був не тільки за них, але й проти Кучми і брехні

Час випробувань для Помаранчевої революції – здійснення сподівань чи плачевний підсумок...

Quo vadis, domine?

Шоу Виктора и Юлии

Революція очікувань

Український капіталізм: яким він буде?

Нові баланси у внутрішній і зовнішній політиці України

Все висить на волосині

Есть ли у власти идеи?

"Росія буде колонізована Україною"

Непостиндустриальная политика. Интервью с Владимиром Семиноженко

Обрізання науки: deja vu від Юлії Тимошенко?

Конкурентоспособность страны как национальная идея

Культурний пейзаж

Украина: одновекторный путь в тупик

Оранжевый цвет буржуазии

“Ми стали модною країною. І цим треба користуватися”

 

page generation time:0,231