В украинской системе нечего исправлять, - там все надо менять.

Евгений Чичваркин

Пользовательского поиска
Проект "Украина"
Другие диалоги:

«Экс»-люди: блеск и нищета последнего "прощай"

Версия для печати
9 дек 2003 года

В Украине пока нет неписанных правил поведения для ушедших в отставку высокопоставленных чиновников. Западные стандарты поведения для них не указ – их родина Советский Союз; старые традиции сломаны, а новые еще не сложились. Влияние – это капитал «бывших», но и размеры у него разные, и распоряжаются им по-разному.


Раньше уйдешь – спокойней умрешь

Впервые проблема бывших «верхних» возникла, как нам думается, в Индии. Как писал Э.Канетти, в эпоху Великих Моголов смена государственной власти шла своеобразно. Сын, достигнув сорокалетия, терял терпение, сколачивал войско и шел войной на своего царственного отца. С властью, как известно, по доброй воле никто не расстается. Отцы сопротивлялись, и если удавалось, сынков убивали, а если нет – коротали остаток своих дней в заточении. Жили моголы лет по 80–85, а потому проблема стояла остро. К сожалению, обильной мемуаристики о тех интересных временах не сохранилось – моголы были людьми не только необузданными, власто- и сластолюбивыми, но и малограмотными. Причина такой свистопляски для нас понятна и актуальна: отсутствие четкого механизма передачи власти, а проще говоря – беззаконие.

Иное дело – наше время. Тихий, заранее подготовленный отход от дел, по крайней мере, дает шанс умереть своей смертью. 75-летний Шеварднадзе во власти явно засиделся, и, как видите, не к добру. Политики могут раскинуть паучьи сети своего влияния (как, например, Борис Ельцин и его семья), с целью обезопасить себя не только от уголовного преследования, но даже от морального осуждения. За многие века не повезло лишь одному малоизвестному римскому экс-императору, который весьма заблаговременно отрекся от власти, но его все равно спустя несколько лет вытащили буквально из-под кочана капусты и зарезали. Последний русский царь, отрекшийся в пользу брата, не в счет – уже пришла буржуазия, началась мода на демократию, поэтому и несчастливцев среди правителей становится больше. Филиппинский диктатор Маркос, двое южнокорейских экс-президентов, и даже генерал Пиночет на склоне лет покой утратили.

Другой вариант – люди молодые и амбициозные. Оказавшись вне политики, они собираются с силами и пишут бестселлеры, как Гитлер после «пивного путча». Выйдя из тюрьмы, где он написал «Майн кампф», он стал уже не «герр», а «фюрер», вождь. Похожий вариант провернул и Нельсон Мандела, хотя в тюрьме ему пришлось задержаться лет на двадцать дольше. Уже в наши дни активную позицию избрал и Слободан Милошевич, «с радостию и упованием» отдавшийся в руки самого справедливого и гуманного суда в мире – того, чье здание так похоже на бочку с бензином. Такие люди просто не мыслят себя вне политической жизни и живут лозунгом Виктора Андреевича Терминатора: «я ухожу, чтобы вернуться!».

Есть и третья модель поведения, более распространенная за океаном. Тамошние президенты, покинув Белый Дом, ведут себя тихо, становятся почетными пенсионерами и даже моральными авторитетами. Если они участвуют в политике, то меняют свою политическо-половую принадлежность, как например, демократ Джимми Картер, ставший чем-то вроде матери Терезы. Бывший кандидат от демократов Альберт Гор, проигравший Бушу на выборах, тот просто засел в своем семейном ресторане, что никого не шокирует. Скорее наоборот – значит, не цепляется за власть, живет как нормальный человек.

Еще пример: недавно несколько бывших президентов выступили в защиту прав американцев, не имеющих медицинской страховки – а таких людей в США миллионы. И нация им благодарна, ведь «эксы» становятся лидерами гражданского общества. Они подают пример, как можно законно прийти к власти, и даже наделав немало глупостей, вовремя уйти, получив взамен прощение, почет и уважение.


Две потребности, одна нужда


В целом о жизни президентов в отставке пишут мало. Причем даже в США, где есть замечательная традиция ковыряться в белье политиков, а найдя там блоху, назвать ее Моникой Левински. Общая картина все же ясна. «Бывших» не трогают. Почему?

Так уж устроено человеческое сообщество – если оно не имеет некоего морального авторитета, национального символа достоинства и мудрости, ему как-то неуютно. Хотя по ту сторону Атлантики официально нет советов старейшин, или советов «десяти мудрецов» (как во Франции), экс-президенты играют примерно такую же роль. Их голос слышен редко, лишен металла и властных нот, а потому приятен и весом. Вспомните телерепортажи о горах цветов под стенами Букингемского дворца, когда англичане хоронили королеву-мать. А когда шла процессия с телом экс-президента Франции Миттерана, и за его гробом оказались жена и любовница? Французы восхитились своим президентом еще больше, хотя политику он гнул вправо, а сам смотрел налево.

Порой нужда в авторитетах создает озадачивающие компромиссы. Кто-то же прозвал трусливого и жестокого царя Ивана «грозным», и эта ложь прижилась. Над Брежневым при жизни втихомолку насмехались, но когда его не стало, затосковали – на сайте «русский Париж» даже появились речи генсека. А сколько среди нас сталинистов, несмотря на все разоблачения «отца народов»? Авторитет – это тихая гавань для слабого духа. Но когда авторитет оказывается надутым, мелким человечишкой, народ мстит ему за этот обман презрением и даже чем-то худшим. Воинственному Цезарю простили его гомосексуализм, а после смерти даже то, за что раньше его зарезали. Глупому, мирному, но никчемному Гелиогабалу – нет. Закололи, а труп выбросили в Тибр, потому что народ любит дураков лишь в сказке.

Что изменилось в человеке с тех пор, когда чернь в Колизее требовала «хлеба и зрелищ»? Те же потребности, та же нужда в авторитете, который их утолит. И пусть попробует не справиться!


Игра без правил


В наших краях, получив отставку, начальники страны ведут себя по-разному. Многие из тех, кто занимал высокие посты при советской власти, а при новой их потеряли, озлобились. Некоторые время от времени появляются на людях, как например, бывшая председатель Верховного Совета УССР Валентина Шевченко, но особого влияния не оказывают. А вот Валентин Згурский, бывший столичный градоначальник, хотя и мало заметен, влияние на происходящее в стране оказывает и сейчас, через концерн «Славутич» и господ Суркиса и Медведчука, «птенцов гнезда Валентинова». Есть немало подобных примеров.

Другие идут в бизнес. Так, бывшие премьеры Виталий Масол и Витольд Фокин основали бизнес-структуры. В публичной жизни они не очень заметны, но их не забывают. Так, недавно промелькнуло сообщение о награждении В.Масола орденом князя Ярослава Мудрого 4-й степени.

Некоторые, утратив высокие посты, все же как-то вписались в новые обстоятельства. Например, бывший секретарь ЦК Компартии Украины Станислав Гуренко стал народным депутатом. Об определенном влиянии советских «бывших» говорит хотя бы факт муссирования в прессе необходимости празднования 85-летия со дня рождения Щербицкого. Открыл свое дело и бывший вице-премьер по вопросам АПК, ушедший на пенсию Юрий Карасик. Есть сведения, что в Бориспольском районе он создал крупное КСП. Трактористы в этом КСП зарабатывают, по сельским меркам, весьма прилично: 600–800 гривен, а в посевную – и до двух тысяч. Несколько крупных сел, как говорят, просто преобразились, да и авторитет у Юрия Михайловича в районе крепок.

Удивительную цепкость во властных структурах (как-никак, бывший альпинист) демонстрирует экс-вице-премьер Валентин Симоненко, ставший руководителем Счетной палаты. СП работает уже шесть лет, но дисциплина в коллективе сохраняется железная. Крепким орешком оказался и экс-министр иностранных дел Анатолий Зленко. Угодив в немилость и потеряв министерский пост, он оказался на дипломатической работе, но справился с обстоятельствами, снова стал министром и закончил карьеру достойно: представил публике свою книгу и отправился на заслуженный отдых. Его примеру вторит председатель ЦИК Михаил Рябчук. Кто следующий?

У всех на виду и пример Леонида Макаровича Кравчука. Правда, к народным любимцам его не причислишь – партийная принадлежность мешает, но никак не его деятельность на посту Президента. Он сделал свой выбор: не стал ни моральным авторитетом, ни лидером гражданского общества, но подался в свиту Суркиса и Медведчука. Можем ли мы представить себе Билла Клинтона, тусующегося возле Билла Гейтса или Сороса? Увы, но чувство собственного достоинства у выходцев из украинских сел, даже ставших президентами – это не вышкол выпускников Итона или Йеля.

Некоторые из бывших, лишившись постов, буквально растворяются. Куда делись люди, составлявшие правительство времен премьерства Леонида Кучмы? Целый ряд фамилий, которые уже мало кто вспомнит. Есть и пару особых случаев, когда некоторая бескомпромиссность и прямолинейность в характере помешала их обладателям подняться выше. Например, Иван Салий, бывший столичный мэр. В горбачевскую перестройку он даже позволил себе публично спорить с самим Щербицким. При советской власти он был секретарем Подольского райкома партии. Нынешний облик Подола – это во многом заслуга Ивана Салия. Чуть позже он позволил себе перечить первому Президенту, но уже не столь безнаказанно. Популярность и предприимчивость помогла ему выиграть выборы в парламент независимой Украины. Но едва ему исполнилось 60 лет, на работе в столичной администрации задержаться не пришлось – отправили на пенсию.

Можно подвести итог. В сегодняшней Украине пока нет неписанных правил поведения для ушедших в отставку высокопоставленных чиновников. Западные стандарты поведения для них не писаны – их родина Советский Союз. Старые традиции сломаны, а новые еще не сложились. Влияние – это капитал «бывших», но его размеры у всех разные, и люди по-разному им распоряжаются. Кто вкладывает его в детей и внуков, кто – в бизнес, кто – отчаянно пытается вернуться в политику, цепляясь за власть. Мы живем в обществе, которое, похоже, уже утратило надежду обрести справедливость. Но оно еще не утратило надежду обрести покой и уверенность в завтршнем дне, и ради него готово заплатить «бывшим» даже по самой высокой цене. Нам от них – покой, им от нас – забвение.



Киев, майдан Незалежности. Подземный переход. Середина ноября, два часа дня. Сбоку под стенкой скорчился грязный, нечесаный человек. Мимо неслись равнодушные толпы, целовались влюбленные, шла мелкая торговля, но ошибиться было трудно: человек справлял большую нужду. В общем-то, ничего удивительного нет: даже у бомжа есть свои привилегии. Он имеет право не работать, не думать о будущем, не беспокоиться о мнении окружающих. А потому может выражать свое отношение к торжествующей  действительности самым прямым действием (по-французски – «аксьон директ», что, кстати, является названием одной террористической организации).

Еще больше привилегий есть у тех людей, которые не устилают дно общества, а образуют его «крышу». Они не ездят в метро, не ходят по улицам. Они надежно укрыты от нас в автомобилях со спецномерами и толстыми дверями своих обиталищ. Они также имеют право не работать, не думать о будущем, поменять день на ночь, а также право подтягивать кожу на лысине, говорить матом и строить дачи в Подмосковье.

Впрочем, суть у них схожа – асоциальные маргиналы, одни «нижние», другие «верхние». Какой с них спрос? И отношение к обществу похожее, выражающееся простым физиологическим актом. Они – бывшие, «экс-люди». Но если первые в народной фантазии зовутся убогими и юродивыми, то есть почти святыми, то вторые – упырями, вампирами, существами без душ.

Версия для печати
Публикации автора

 

Рекомендуем к прочтению

НАТО: ответ на кризис в Украине и безопасность в центральной и восточной Европе

Действия России в Украине вынудили наблюдателей и политиков по обе стороны Атлантики, включая членов Конгресса США, пересмотреть роль Соединенных Штатов и НАТО в укреплении европейской безопасности. Особую обеспокоенность в плане безопасности вызывает ситуация вокруг таких стран не-членов НАТО, как Молдова и Украина. Отражая взгляды США и их европейских союзников, генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен назвал военную агрессию России «самым серьезным кризисом в Европе после падения Берлинской стены», и заявил, что НАТО «больше не может вести дела с Россией, как раньше».

Этот отчет, подготовленный всего месяц назад Исследовательской службой Конгресса США, хорошо передает образ мысли и расхождения позиций среди американских законодателей в отношении НАТО и кризиса в Украине – с одной стороны, заявления о готовности защитить интересы членов альянса, а с другой – ссылки на пророссийское общественное мнение в ряде стран Запада.

Читать далее

 

Материалы по теме
Зал периодики

До олігархів

Олігархічний бізнес стає тягарем для економіки

Демократия нужна элите

Бедность и социально-негативные явления современности

Не быть элитой

"Наша політична еліта – це не мислителі і не воїни. Навіть не торговці. Це – офіціанти"

Искатели круглого стола

Як змінити якість політичної еліти України?

Восстание буржуазии на зарплате

Симбіонти* Олігархічна система в Україні існує з допомогою прислужників різного штибу

Обслуговуючий персонал

Высокая миссия элиты

Еліта українського суспільства: суть і проблеми

Що після «смерті інтелігенції»?

Антиэлитный популизм и заря нового мира

Запрос на нормальное государство

Украинская политическая элита: сезон джокера

42% миллионеров пожаловались на бедность

Неэлитная страна. Почему в Украине нет настоящей элиты?

Якість влади: спроба оцінки українських еліт

Промежуточные цели украинской элиты

Формула успіху

"ЖЛОБОКРАТИЯ"

Испытание Говерлой

Построение миллиардеров

Період напіврозпаду

Привид російського шляху

Переосмысление нищеты

Время ротации элит

Мутация элит

Бенюк: Нардепы уже обросли порнографией

В МИД все будет в шоколаде?

Власники чужих мактубів

Нова еліта. Тест на право бути лідером

Дух и быт бюрократии

Саморазрушение старой политэлиты еще не означает появления лучшей

Бути чи не бути Україні

Коли вони зупиняться...

Альтернативна еліта

Возникновение альтернативной элиты в Украине: предпосылки и перспективы-2

Возникновение альтернативной элиты в Украине: предпосылки и перспективы

Ющенко готов отравиться ради Украины

Почему деградирует мировая политическая элита

Революция или сговор элит?

Пакт Монклоа: іспанський урок для України

Экономическая элита эпохи перемен

Про стан масової політичної свідомості в Україні

За що ж ви так не любите свою Вітчизну?

Україна today: держава-мутант?

Элитарные структуры в постсоветской ситуации: возможности исследования, предварительные замечания

 

page generation time:0,137